Практика выбора - Дарья Панова

берегу, Леор был предельно внимателен в море. Взявшись за руки, мы под наклоном плыли в глубину. Чем дальше, тем больше обитателей окружало нас. Удивительна природа. Она снабдила яркими одеждами обитателей синих глубин. Любуясь ими, ощущение тяжести от давления и темноты отступало. А затем мой спутник выудил из сумки корм, и нас окружили стаи рыбы, соревнуясь в скорости и забыв про осторожность. Меня затопил восторг. Видеть их так близко прямо перед носом настоящих, а не искусственные голографии, было незабываемо. Буйство красок и размеров поражало. А ещё прослеживались сложные отношения, иерархии, любовь и равнодушие. Я завороженно следила за парой голубых рыб размером с мою руку. Самец отгонял мелочь от корма, хватал сам и с гордостью относил своей самке. А тщательно маскирующийся ползущий скат был еле заметен. Он закопался в песок, внимательно изучая обстановку. Они нападали и защищались, друзья и враги, с легкостью поедавшие друг друга, мирно соседствали на раздаче корма. Леор протянул мне прибор, фиксирующий электромагнитные волны и ультразвуковые частоты. Оказалось, это не мир тишины. Просто мы их не слышим. Я с азартом наводила прибор на разные стаи и фиксировала показатели. Как же ошибались поэты, называя все это миром безмолвия. Я совершенно потеряла счёт времени. Леор уже подал знак подъёма, а я просила ещё омут. Но спутник отобрал и выключил прибор, и мы начали постепенный подъем. Уплывать не хотелось. Перед глазами проносились яркие краски, и я уже вовсю анализировала увиденное и данные приборов. Перед возвращением Леор сделал паузу в несколько минсин, тщательно осматривая меня. Он трогал меня везде, пока я не начала подозревать, что за проверкой снаряжения скрывается что-то большее. Я начала дёргаться, и мы всплыли.

От оборудования мне помог избавиться инструктор. Леор прекрасно справился сам. Поблагодарив инструктора, мы решили прогуляться пешком.

— Что это было? — не удержалась я от вопроса.

— Что ты имеешь ввиду? — непонимающе сказал мужчина.

— Перед всплытием. — уточнила я.

— Ты была странной, не реагировала на мои знаки. Я хотел убедиться, что ты в порядке.

— Какие знаки? Я просто задумалась. — растерялась я.

— Мне больше нравится, когда девушки смотрят на меня и думают обо мне.

— Как-то я не привыкла в голове людей держать, там больше данных и биоорганизмов. А у тебя что в голове? — честно констатировала я содержимое моего сознания.

— Хм, проекты, цели, гонки, новая должность, — похоже, он и правда провел ревизию, чтобы ответить на мой вопрос.

— Знаешь, не стоит требовать от других то, что не можешь дать сам. Я придерживаюсь в жизни этого правила.

— А как же я тогда буду достигать целей? Нет уж, у всего и вся есть своя функция.

— И опция. — подсказала я.

— Да, и опция, — рассмеялся он.

Так мы и прогуливались, пока не набрели на мини-ферму с загоном для осликов. Я упросила хозяина эминейца их погладить. Они были такие забавные и отзывчивые на ласку. На мои призывы присоединиться ко мне Леор лишь морщился.

— Давай! Они такие милые. — мне казалось, что это важный аргумент в пользу осликов.

— Скажи спасибо, что я тебя вообще к ним пустил.

— Я бы перелезла через тебя ради них.

— Да, никогда не думал, что девушка предпочтёт мне осла.

— Это лишь означает, что ты ещё больший осел, — мужской голос присоединился к нашему диалогу.

— О, мистер Бон! Рада встрече! — я искренне улыбнулась ему. Он чем-то неуловимо напоминал мне моего наставника в храме.

— И я рад, девочка! Я так и думал, что найду тебя здесь. Все время тянет к животным, да? — старый эминеец тепло улыбался.

— Да, а как вы догадались? — удивилась я.

— Потому что они лучше всех понимают тебя или ты их. Но я не за этим пришёл. Я подарок тебе принёс в память о твоём посещении Бора.

— А мне подарок не полагается? — спросил Леор.

— Вот когда будешь себя хорошо вести, тогда и получишь. — произнес Бон строгим тоном.

— Да я вообще образец хорошего поведения! — возразил мой спутник.

— Разве? — прищурился Бон.

— Ладно, я уже большой! Обойдусь! Показывайте! — Леор принял серьезный вид.

Мистер Бон стал рядом с Леором у забора загона, и я подошла к ним с внутренней стороны. Ослики гуськом выстроились за мной.

— Забавно! — сказал приорец.

— У тебя появились конкуренты, — засмеялся Бон, вытаскивая из кармана круглый медальон на цепочке.

— Что это? — ахнула я. Медальон лёг в мою ладошку, а я рассматривала удивительные линии рисунка материала, спрятанного за стеклом.

— Это один из амулетов моего рода. По легенде, он спасёт, когда тебе будет совсем плохо. — пообещал экскурсовод.

— Спасибо, это большая честь для меня. Что я могу сделать для вашего рода? — я отдала церемониальный поклон эминейцу.

— Никогда не сдавайся! — просто сказал Бон.

— Что, все будет так плохо?

— Ночь сменяет день. Плохо сменяет хорошо. Это жизнь, девочка! — ласково ответили мне.

— Спасибо, — я сжала амулет в руке. Бон накрыл мою руку своей, закрыл глаза и прочитал речитатив, а затем, потянув за шнурок, надел медальон на меня. Словно поняв всю значимость момента, ослики за моей спиной заревели.

— Позвольте теперь покинуть вас. — и старый эминеец поспешно удалился.

— Вылазь уже, принцесса осликов! — попросил мой принц.

Я счастливо засмеялась и направилась к выходу.

— Куда теперь? — спросила я.

— После твоего близкого общения с ослами водные процедуры обязательны. Держи купальник. Надеюсь, Корин не ошибся в размере.

Может в другое время я бы и обиделась на замечания Леора, но счастье так переполняло меня, что все вокруг казалось прекрасным и милым.

Плавать я не умела, и Леор с радостью взял на себя роль учителя. Хотя плескание и создание брызг доставляли мне куда больше удовольствия. Довольные собой, мы пообедали в ресторане на берегу, и пришло время возвращаться домой.

У солокруза я чуть не заплакала. Корин довёз нас и почтительно попрощался, передав мне на прощание красивый конверт. Уезжать не хотелось.

— Не грусти! Пристегивайся — уже в солокрузе сказал Леор, задавая маршрут.

— Мне очень понравилось. Спасибо тебе.

— Мне тоже, правда! А ещё ты согласилась стать моей девушкой! — напомнили мне.

— Да, я не спросила, что это значит. Насколько я помню, это накладывает какие-то обязательства — спохватилась я.

— Да, немного! Посещать официальные приёмы, отвечать на часть светской переписки, заменять меня на благотворительных раутах и вечерах искусств, поздравлять с днём рождения моих родственников. — будничным тоном перечислял мужчина.

— Во что я вляпалась? — как громом пораженная сидела я.

— А ещё ты что-то вроде моей внешней совести и чести

— Ты же не серьёзно? — спросила я.

— Малышка, такими вещами я не