Правила отхода - Ande

КП, на пассажирскую подножку запрыгнул вьетнамец в тужурке таможенника. Следуя его указаниям, студебеккер проехал по причалу, вдоль стоящего под погрузкой парохода, и свернул между пакгаузами, подъехав к одному из них. Сдал задом к погрузочному пандусу, напротив ворот с номером 56 во все ворота. Таможенник сорвал печать, настежь эти ворота открыл, зафиксировав их стопорами, и, вместе с капралом, скрылся внутри. Водитель вылез из за руля, обошел грузовик, и откинул задний борт, точно легший на этот пандус. Два рядовых так и сидели, положив ноги в армейских ботинках на ящики. Никто не произнес ни слова. Вокруг никого не было.

Капрал, выйдя из ворот вслед за таможенником, распорядился:

— Взять ящик, и за мной.

Рядовые с похвальной бодростью вскочили. Водитель помог снять верхний ящик. И капрал, с рядовыми, что несли груз, снова скрылся в пакгаузе. Таможенник, пронаблюдав все это, сказал оставшемуся в одиночестве водителю, на неплохом английском:

— Скажете капралу, что бы, когда закончите, зашел в офис за документами. — и, пошел в сторону КПП.

Пока он не скрылся из виду, рядовые успели утащить еще три ящика. Потом водитель скинул солдатскую куртку, оставшись в одной футболке. Достал из инструментального ящика, рядом с баком, монтировку. И, помахивая ей, пошел за коллегами внутрь помещения. Из за отсутствия людей вокруг, некому было обратить внимание, что у водителя сзади, за поясом, торчит потертая рукоятка армейского кольта.

Ориентируясь на звук, водитель обошел стеллаж возле входа, и почти сразу наткнулся на сослуживцев. Капрал обернулся на шаги, и сказал:

— Вот эти четыре ящика, Грин.

На полу стояли четыре больших ящика, вытащенные из стеллажей, и замененные теми, что притащили из грузовика. Пока водитель, вскрывал монтировкой один только ящик, два рядовых принесли из грузовика еще два, и тоже засунули в стеллажи. А потом подошли к распахнутой крышке. В ящике был гроб. Из драгоценного сандалового дерева. Водитель щелкнул замками гроба, и откинул крышку вбок. В гробу лежали останки человека.

Судя по всему блондина. В каком то хаки, и ботинках с крагами. По сути, это был скелет в истлевшей одежде. По крайней мере, на туловище ткань совершенно истлела. Открыв цепочку с крестиком, и еще одну, с каким-то, судя по всему, опознавательным жетоном.

Белый рядовой, что таскал ящики, взглянув на останки, неожиданно закашлялся, будто поперхнулся. Потом совершенно непочтительно протянул руку, и сорвал с цепочки жетон покойника. Отошел в круг света, от лампы под потолком и внимательно его изучил. А потом поднял глаза на спутников и сказал:

— Нам можно уезжать, и не связываться здесь с уголовщиной.

— Объяснитесь, Хофман — холодно процедил негр-капрал.

— В двадцать девятом году, оставив сыновьям большое наследство, скончался мой дед. Мой отец, на свою часть, купил активы в Германии. А Карл Хофман, конвертировал все доступные активы в валюту, и купил акции предприятий в США, Англии и Германии. В частности — Хофман взглянул на водителя — контрольный пакет порта Глазго. И еще много всего. По завещанию, большая часть фамильного состояния досталась старшему брату. Он рассказал младшему брату, что во избежание конфискаций и прессинга, все было оформлено в обезличенной форме. Документы и реестры, подтверждающее право собственности на активы, хранятся в банке, в Берне. Как думаете, что это?

Он показал нам жетон, снятый с покойника. Не похожий, на привычные жетоны. Размером чуть меньше банковской карты.

— Нательный жетон, — проворчал негр-рядовой — кто его знает, может в СС они так выглядели…

— Нет, Джо — это пропуск в банк, в Берне. И номера и пароли от ячеек депозитария. Хотя, строго говоря, с паролями и номерами меня и так пустят. Наше счастье, что Гремниц, не знает что это такое. Потому что его бы уже здесь не было.

— Ты знал, Карл? — спросил водитель.

— Даже не догадывался. Считалось, что пред отъездом, дядя сдал доступ к реестрам в партийную кассу.

— И что — все так же холодно — безэмоционально спросил капрал- там больше чем здесь?

Он кивнул на ящики, которые к этому моменту успел вскрыть водитель. В трех ящиках тоже были гробы. Заполненные вовсе не костями, а, судя по всему, золотой посудой, статуэтками, какими то жезлами, и еще чем то, желтого металла, богато украшенное драгоценными камнями.

— Пф — презрительно скривился Хофман — не только гораздо больше, а совершенно без проблем. С этим дерьмом — он кивнул на гробы, — запросто влипнем в неприятности, на любой стадии. От транспортировки, до реализации. Лучше бросить, да поехали. Поверьте мне, в накладе не останетесь.

Негр — рядовой, и водитель, открыли рты для возражений, но не успели. Потому что капрал, опередив всех, разразился пламенной речью, наполненной информацией о том, что сейчас случится с этими мудаками, которые готовы швыряться ценностями не понимая что… и дальше шла такая экспрессия про белые и черные жопы, нуждающиеся в развальцовке! Забреди кто посторонний в это момент на склад, и услышь эти речи, сразу же понял бы про капрала, что — на своем месте человек. Командир.

Потому что дальше все приготовленные ящики стремительно обратно заколотили, бегом схватили, и закинули в грузовик. Там быстро раскрепили в кузове, и, спустя всего минут пять, уже ехали в сторону КПП…

* Бетти Пейдж — культовая фигура США. Именно с нее началось то, что потом будут называть Pin Up.

Глава 20

Утром, тридцатого декабря, я завтракал в дурном. Карл Хоффман, причина моего сплина, напротив, чувствовал себя прекрасно. С аппетитом стрескал яичницу с сосисками, и налил кофе. Я бросил на стол, к другим газетам, свежий (вчерашний) номер Нью-Йорк Таймс.

Все изученные мной газеты, писали про теракт в Сайгоне. Красные вьетконговцы напали на порт. Разрушили и сожгли несколько таможенных складов, и убили кучу народу.

Такая ерунда, как гибель каких то азиатов, в штатах никого не волнует. Но вместе с целой сменой таможенного персонала, под обстрел партизан попали трое белых. Двое из них, — американские солдаты.

По личному распоряжению президента Нго Динь Зьема, правительственные войска Южного Вьетнама, при активной поддержке американских инструкторов, провели акцию возмездия. В джунглях, в нескольких десятках миль от Сайгона, войска окружили партизанскую базу. И уничтожили всех вьетконговцев, многие из которых и были участниками нападения на порт.

Причина всего этого, Карл Хофман фон Куфштайн, пил кофе, и рассказывал мне, что у Чань недомогание. Может, Грин, съездим в Чолон, к вашим знакомым? Попав, благодаря нам с Джо, в мир большого секса, Карл с энтузиазмом добирал упущенное. Тем более что