Эдем 7 - AllianceSpecter

старых друзей. Гнарг Дурзол за всё это время достиг определённых успехов, открыл ещё несколько школ, давно вышел на самообеспечение и теперь наоборот, пересылает деньги господину Бальмуару. Это на самом деле плохо, ведь Ланс рассчитывал на дальнейшее ускорения роста своего капитала в Орта Миос, что подразумевает вложение средств, однако раз часть дохода пересылается, то это означает нехватку сил чёрного орка, который просто не может найти «лишним» деньгам применения. Нужно будет с этим разобраться, дать совет и возможно лично посетить свои школы на других землях.

Ещё хуже обстояли дела у Вульфа. Зверолюд в принципе никогда не обладал необходимой жилкой, так ещё и сам не хотел развиваться. Ему нравилась его таверна, вторую он и открывать-то не хотел, кроме того, из-за расширения потерялась часть неповторимого шарма, что вызывало досаду и печаль тавернщника. Поэтому на двух тавернах всё и остановилось, но не беда. «Вой» достаточно большой и в разные его части уже отправились средства для покупки иного бизнеса. С такими темпами Вейту Фламнуду придётся продавать весь свой клан. Возможно, это и случится, при следующем визите аристократа.

Не отставал в плане увеличения прибыли и Иадал Афар из Анхабари. Правда напрягала его излишняя инициативность. Порой он «забывал» обсудить некоторые вопросы со своим напарником. Нужно будет и ему напомнить некоторые детали соглашений, ведь иначе лет так через десять, может двадцать, он в край оборзеет и возможно решит забрать общее дело себе. Всё же сколь бы честным смертный не был, но бизнес есть бизнес: в Эдеме это знают все.

В Ландосе особых успехов не наблюдалось.

— Господин Бальмуар, — вместе со стуком в дверь раздался и сладкий голос искусительницы.

— Входи, — достаточно громко произнёс аристократ, отложивший бумаги, чтобы заправить свои первые ручки.

Плавно вплыв в трудовой кабинет хозяина, рабыня аккуратно и бесшумно добралась до стола, на краешек которого поставила флакон с печатью известного целителя. После левиафана Лансу досталось чуть больше, чем может показаться, поэтому он до сих пор принимал лекарства для избежания неприятных последствий, связанных с перенапряжением. Более того, он до сих пор не снимал и использованный перед боем артефакт, который до сих пор покрывал сердце и стабилизировал его функционирование. Но ничего слишком серьёзного.

— Эллинеш, ты когда-нибудь бывала в Орта Миос?

— Нет, хозяин.

— Это поправимо, — произнёс Ланс и заложил первым листом фундамент для новой стопки. — Поедешь туда через неделю и проверишь функционирования моих школ. По возможности помоги местным решить проблемы личного характера.

— Как прикажете.

Да уж, наверное, Гнарг Дурзол не самый лучших кандидат на роль управленца, но за неимением альтернативы пришлось использовать то, что есть. К тому же всё вышло куда лучше, чем ожидалось изначально. В плане, воинские заскоки чёрного орка должны были всплыть куда раньше, а не сейчас. Но ничего, Эллинеш скорее всего разберётся и если нужно воодушевит персонал, или наоборот проведёт чистку, зависит от ситуации.

Следующие два часа аристократ трудился за столом без перерыва на всякие диалоги с рабами. Только на минутку отвлёкся, чтобы покормить свою птичку в клетке, после чего поубавил скорость письма: теперь требовалось ознакомиться с чужим трудом, цифрами и таблицами, провести анализ и принять решения по оптимизации расходов. Кажется, этот остров входит в особую налоговую зону Защищённой Бухты, а значит возможно есть лазейки в уплатах этих самых налогов. Нужно будет точно изучить документы и границы этой зоны: в старых свитках любят употреблять слова «земля» и «вода». Так что вполне возможно, что этот залив рядом с островом технические является территорией Защищённой Бухты, а значит можно разместить там небольшой, маленький, почти не противозаконный офшор.

— Господин Бальмуар! — перед тем как войти командир личной гвардии, разумеется, тоже постучался, хотя лязг его доспеха служил куда более эффективным оповещением о приближении.

— Входи, Рудольф. Что-то случилось?

— Да, мой повелитель, — громко и чётко Гирардус отчеканивал каждое слово, как самый настоящий солдат, коим он и являлся. — К нам пожаловали… Те, кого я счёл достаточно «особыми», после чего действовал согласно вашим указаний.

— Понятно, сейчас же выйду к воротам.

«Особые» смертные. Конечно, всей правды Лансемалион подчинённым не рассказывал, но как минимум своему командиру стражи отдал ряд некоторых указаний. За собственной головой могут явиться в любой момент, однако полагаясь на свою репутацию, аристократ всё ещё рассчитывал, что сначала будет диалог, а не казнь. Поэтому Рудольф оценивал всех гостей, выявляя из них «особых». За всё прошедшее время — это первый случай, когда хоть кто-то смог отдалённо попасть под выданные критерии: сильная аура, дорогие артефакты, мощный фон хара, явился без приглашения и без внятной причины. Хотя, когда явятся настоящие убийцы, скорее всего Гирардус всё поймёт в миг, сейчас он просто перестраховывался.

Спустившись на первый этаж, Ланс вышел в гостиную, где обнаружил суетящихся вокруг стола рабынь. Эллинеш во всю следила за приготовлениями, чуть дальше в углу у окна тихо сидела Ада и изучала магические свитки с чертежами. Напротив неё нанятый кузнец-артефактолог, помогающий разобраться в азах тяжкого ремесла. Ещё большая суматоха происходила снаружи, где Алентина, такое ощущение, пыталась воссоздать целый дворец без стен на плацу, пока туда-сюда носятся новые этиамарии с ящиками и бочками.

— Странные дела… — на секунду задумался аристократ, следя за дивным действием.

— Господин Бальмуар, — позади в дверном проёме появилась Эллинеш. — Сегодня мы празднуем новый год и день рождения Синрива. И вам нужно будет уделить хотя бы часа два-три этому мероприятию, которое с лихвой окупиться признанием от ваших подчинённых. Через час ждём вас в гостиной.

Без лишних формальностей, чётко и по факту искусительница разложила всю информацию по полочкам, буквально расписав и планы на будущие четыре часа. Она прекрасно знала, что аристократ слишком занят своим трудом и не может постоянно держать в сознании каждую мелочь. Поэтому и не было никакого осуждения в голосе, лишь простая констатация факта: «Я знаю, что вы опять забыли о том, о чём я вас предупреждала за месяц, но ничего страшного, вот напоминаю ещё раз лично, чтобы избежать неприятных последствий». Ланс в свою очередь кивнул и направился дальше к воротам, где его уже ждали.

— Н-да, это точно не убийцы… — пробурчал себе под нос янтарноглазый маг, приближаясь к воротам, за которыми гвардейцы преградили путь храбрым воинам Эдема, чей корабль с пятью мачтами стоял на якоре неподалёку.

— Сейчас же пропустите меня! — остроухий гость уже начал злиться и качать права, но гвардейцы как глухие продолжали молча стоять, скрестив алебарды и направив взор куда-то вперёд. — Я действую от имени…

— Добрый день, меня зовут Лансемалион Бальмуар, я владелец этого скромного участка, — вперёд вышел аристократ, принявшись успокаивающим голосом разряжать обстановку. — Чем могу быть полезен достойнейшему адмиралу?

— Добрый, — переведя взгляд, эльф слегка прокашлялся и продолжил говорить: — Меня зовут Триандал Хилиан, я действую от имени совета адмиралов и явился сюда для решения ряда вопиющих нарушений!

Триандал Хилиан, молодой двухсотлетний плюс-минус пол века эльф, ставший совсем недавно аж адмиралом. Важно ещё раз уточнить, что, будучи адмиралом в совет он не входил, как и множество других командиров мелких и не очень флотов вод Атеса. Однако всё ещё ранг адмирала делал его крайне большой шишкой с приличной властью и силой в руках. Только вот вряд ли он действительно действовал от имени совета.

— Слушаю вас внимательно, — аккуратно и почти что ласково говорил Ланс, пока солдаты позади командира уже напряглись. — Что-то не так?

— Мы должны сопроводить вас в порт Атес для дальнейшего разбирательства. Сдайте оружие и проследуйте за мной, — уверено произнёс Триандал, чей блестящий доспех и белый плащ придавали облику некоторую благородность, даже трепет, если ты вчера родился.

— Прежде чем предъявлять подобные требования, наверное, стоит выдвинуть обвинения, не так ли? — спросил аристократ, брови которого слегка поднялись вверх. — Мы же вроде живём в государстве с законами, а не в погрязшем в анархии мире.

— Вы обвиняетесь в саботаже, измене, богохульстве, вопиющей безнравственности, в попрании морали и чести,