Отставник - Павел Чук

— Товарищи курсан… — осёкся на полуслове лейтенант, что сопровождал нас к новому месту службы. Именно службы, а не учёбы. Приказом начальника училища мы были отчислены из училища и как военнообязанные призывного возраста призваны, точнее направлены для прохождения курсов младшего сержантского состава в военное училище среднего профессионального образования. И рано утром стояли за пределами училища у КПП с вещами и ждали, когда подадут транспорт. — В училище проследуем на автобусе. Оно расположено в соседнем городе, к вечеру доберёмся. Все подписали обходной лист? Сухпаёк получили? — смотря как каждый из стоявших кивнул, продолжил лейтенант, — хорошо, следующее…

Со мной в строю пятеро. Я стоял на правом фланге шеренги, так как на моих погонах красовались две лычки младшего сержанта. Все собратья по несчастью выглядели понурыми, и я не отличался от них. Стоял, потупив взгляд и внимательно слушал лейтенанта. Нам предстояло преодолеть примерно восемьсот километров, и я надеялся, что подадут нормальное транспортное средство, которое не сломается в пути и что на всех хватит сидячих мест. И к счастью мои ожидания оправдались. Мест хватило на всех и даже второй, подменный водитель в штате имелся.

Ехали долго. В пути старался не общаться с бывшими курсантами, коим являлся и я. На вопросы отвечал односложно, но всем видом показывал, что не горю желанием общаться. До меня долетали обрывки фраз: мол, что тут делает младший сержант. Почему меня никто не помнит, откуда я взялся и всё в таком духе. Отвечать или пояснять я ничего не стал, а когда понял, что со мной хотят если не познакомиться, то по крайней мере поговорить, притворился спящим.

— Подъём!!! — разбудил голос лейтенанта. Оказалось, я проспал последнюю треть пути и не заметил, как доехали. Автобус только что проехал КПП и остановился возле одноэтажного здания. — Выходим! Вещи не забываем!

До моего уха долетело бурчание какого-то офицера, что нас встречал. Мол почему так долго, ждали на три часа раньше, а сейчас в школе кроме дежурного офицера и ответственного никого нет. Вот на этих словах я напрягся. Как это так⁈ Насколько помнил усиление до сих пор не снято. Все офицеры и солдаты-курсанты должны находиться на территории учебного заведения, а тут такая расхлябанность. Но всё оказалось намного сложнее. Почти весь офицерский состав с большей частью слушателей отбыли на полигон, где и остались до утра.

— Значит так, товарищи солдаты… и сержанты, — пояснял прибывший нас встречать дежурный офицер. — Я — майор Лескин, дежурный по школе. Сегодня размещаемся в комнате для командировочных. Как раз на всех места хватит. А с завтрашнего утра, как прибудут офицеры, вас распределят по учебным взводам. Я распоряжусь, чтобы вам приготовили ужин. По всем вопросам к старшине Самойлову он вас там встретит. Всё. Посыльный! Проводи солдат. Товарищ лейтенант… — офицеры остались, а мы в сопровождении молодого парня пошли по плохо убранной дорожке к другому зданию.

— Что-то тут территорию совсем не убирают, — произнёс кто-то из нас. Я шёл впереди как старший по званию и по голосу не понял, кто это сказал. Но сам обратил внимание, что территория школы не подметена, кругом упавшие листья, хотя могло и нападать, но будучи в училище нас приучили следить за закреплённой территорией и убирать её вне зависимости от времени года и суток.

— Некогда убирать. Всё время на полигоне. Гоняют так, что только и приползаешь в расположение и офицеры это понимают. Тут за радость в наряд по школе или по роте попасть, можно хоть немного отоспаться. Устав никто не отменял: бодрствующая смена, отдыхающая, — на ходу говорил солдат. — А вас откуда таких красивых привезли?

— Из высшего военного общевойскового командного училища, — ответил один из нас.

— А-а-а, — протянул солдат, — значит бывшие будущие офицеры. Ладно, мы пришли. Товарищ старшина! — закричал солдат, открыв входную дверь в двухэтажное здание.

— Что кричишь? Здесь я, — послышалось из темноты. Потом включился свет, — заходи, кто там?

— Новобранцев привёл. Майор приказал на ночь разместить в комнатах для командировочных.

— Разместим, если приказал. Ещё какие приказания были?

— Никак нет!!!

— Тогда круу-гом! К месту несения службы, бего-ом, мма-арш!!! — и солдат бодро потрусил обратно к КПП. — Вас пятеро?

— Нет. С нами офицер и два водителя, — ответил, как старший по званию.

— Понятно, комнат на всех хватит. Пойдёмте, распределю по комнатам, оставите вещи и в столовую. Я уже знаю, что сейчас вам ужин разогревают. Сегодня с дороги отдохнёте, а с утра…

Что было с утра я и представить себе не мог, расслабился в училище. А тут, как говорится, не здесь. Школа, она и есть школа. Утро началось с подъёма и не в шесть утра, а в пять. Нас подняли ещё заспанными и погнали на зарядку…

Глава 19

— Товарищ полковник, — утром докладывал начальнику сержантской школы майор Лескин, — за время дежурства происшествий не случилось. В сопровождении офицера в расположение прибыли пятеро новобранцев из высшего командного училища. На ночь размещены в гостинице. В настоящее время личный состав занимается по распорядку.

— С полигона вернулись? — уточнил полковник.

— Так точно, без происшествий. В приёмной ответственный за выход — подполковник Курасов.

— Понятно. Пригласи Курасова и Пушкова, а сам можешь быть свободен…

— Разрешите, товарищ полковник?

— Входи, Леонид Сергеевич. Как прошли занятия на полигоне?

— Без происшествий, Алексей Викторович. Проведены ночные боевые стрельбы, отработано взаимодействие в составе взводов…

— Не повторяйся, товарищ подполковник, план мероприятий я знаю.

— Тогда у меня всё, — подполковник хотел выйти, но полковник его остановил.

— Подожди, сейчас прибудет Пушков, есть разговор, присядь.

— Разрешите? — дверь кабинета открылась.

— Да, входи, Виктор Степанович, — и когда оба офицера расселись, полковник продолжил, — сегодня к нам прибыла первая партия отчисленных из вышки. Вижу, Виктор Степанович, что в курсе, но напомню. Это приказ министра: всех отчисленных из высших учебных заведений направлять в средние. В действующей армии нехватка сержантов. И разнарядку необходимо выполнять. Так что, Виктор Степанович, займись новобранцами. Распредели по взводам, чтоб как можно быстрее втянулись в рабочий режим.

— Рекомендую новобранцев распределить по разным взводам, — высказал предложение подполковник.

— Согласен. Так быстрее освоятся. Тем более, до выпуска осталось всего два месяца…

* * *

— Я столько не бегал с КМБ… — жаловался один из нас. Мы сидели отдельно в столовой, завтракали. Нас пока не распределили по взводам, но предполагал, что неопределённость скоро закончится. Прибывший с полигона личный состав школы на нас смотрел с удивлением, подозрением, так как на нас была не полевая форма, как у всех, а повседневная с курсантскими погонами.

— Товарищи новобранцы, — после завтрака, не успев выйти из столовой, к нам подошёл старшина, — не расходитесь, вас вызывает товарищ капитан, наш ротный.

Ожидания оправдались. О нас не забыли, хотя это было понятно и после того, как подняли на зарядку. Командиром оказался средних лет капитан, на груди его заметил несколько боевых наград и знак о полученном тяжёлом ранении.

— Значит так, товарищи слушатели, — говорил капитан, — забудьте о тёплых постелях. Теперь вы не курсанты, а слушатели сержантской школы. Мне всё равно, за что вас отчислили, но имейте ввиду, нарушение устава я не потерплю. Любое неповиновение старшему по званию, нарушение дисциплины и вы в первый раз окажитесь на гауптвахте, а при повторном нарушении, предстанете перед военно-полевым судом…

Суровый голос капитана звучал, отдаваясь в висках. Он прохаживался вдоль шеренги, заглядывая каждому в глаза. Как заметил, я единственный не отвернул взгляд, выдержал его пристальный взор.

В финале своего монолога, капитан поставил нас перед фактом:

— Вас зачислят в разные взводы. Кто в какой, доведу позднее… Смирно! Слушай мою команду! Поступаете в распоряжение старшины, получаете форму, приводите себя в порядок и чтоб на обеде были в подобающей слушателю форме одежды. Вольно, разойдись!

Опять всё заново: пойти на склад, сдать, получить форму. Подшить, подгладить и перед разводом на обед я стоял перед взводными.

— Младший сержант Провоторов, прибыл для дальнейшего прохождения службы! — доложился конкретно ни к кому не обращаясь. Я стоял в канцелярии, где располагалась офицерская комната. Точно к кому, в какой взвод меня определили я не знал и представился по форме всем сразу.

— Позывной присвоили? — задал вопрос офицер.

— Так точно!