Опричники - Ал Коруд

— Стас твой ухажер?

— Ну как! — круглое лицо Марии было обрамлено светлыми кудряшками. Такая вот уродилась. Белянка белянкой, а кудри как у африканки. Прозрачные глаза сестры сейчас блестели. — Живем вместе. Вроде мужчина неплохой, точно не жадный. Знаешь, в Москве это очень важно!

— Угу.

Пелагея дожевала кусок, выпила вина и растеклась на подушках.

Все-таки ведовство отнимает много сил. И ни черта непонятно, что это ночью было? Знаний катастрофически не хватало. Вот и сейчас пришлось немного надавить на говорливую сестричку, чтобы стереть в памяти некоторые моменты. Так-то она деваха добрая, но очень уж болтливая. А ксива была выписана на областное управление ФСБ. Она получила разом несколько удостоверений вместе со званием младшего лейтенанта. Кроме ФСБ вдобавок МЧС, МВД и родное ФАПСИ, которое следовало показывать в очень редких случаях. Потому что умные люди в органах слышали об их отделе, но и понятий не имели, чем те на самом деле занимались.

Меньше знаешь — крепче спишь. Чище руки — крепче кал. Болтун — находка для шпионов!

— Какие в Москве торговые центры! Можно целый день гулять!

— А спектакли, музеи? Ты же ради культурного досуга туда уехала? — не удержавшись, подначила сеструху Пелагея.

— Да что ты понимаешь! У меня там на такой же должности зарплата в три раза больше! И всегда по горящей путевке в Турцию или Таиланд улететь можно. Вот и сейчас в июне рванем в Кемер. А театр… ходила как-то с подругами. Скучно. Что-то бродят по сцене, болтают. Хотя актеры все те же, что в кино. Не мое.

— А концерты?

— Вот! Ходила я в апреле на этого кудрявого в блестках. Румына!

— Так он болгарин! — недоуменно откликнулась Варвара Петровна.

— Да какая разница! Девочки, такое шоу! Все блестит, взрывается!

— А поет про что?

— Да тебе не все равно?

— Тогда, может, сходим на концерт? Тут очень интересные бабушки с района приезжают. Они такие старинные пенсии знают, что в твоей Москве не сыщешь!

Мария недовольно покосилась на сестру, затем тряхнула головой и согласилась:

— А почему бы и нет. Корни, так сказать. Иногда можно себя потешить.

Варвара Петровна улыбнулась и предложила:

— Давайте тогда нашу?

Вдоль по морю, вдоль по морю

вдоль по морю, морю синему

вдоль по морю, морю синему

Плывёт лебедь, плывёт лебедь с лебедятами

Со малыма, со малыма со утятами

под ней вода не всколыбнется

надлетаёт, надлетает тут ясён сокол

он сшиб, сгубил лебедушку белую

он кровь пустил по синю морю,

а перышка по подберешку…

Распевшихся северных женок остановил требовательный звонок в дверь. Пошедшая открывать Мария с интересом уставилась на импозантного мужчину в форме.

— Палаш, это до тебе!

* * *

Иволгин заканчивал с Федором Васильевичем, начальником их гаража, механиком и мотористом с завхозом совместительно осматривать китайский внедорожник, когда ему позвонили. Солнце уже клонилось к закату. Капитан глянул в сторону лежавшего на верстаке смартфона и чертыхнулся:

«Кто бы это мог быть?»

С экрана на капитана строго взирал Басов. Он сейчас никак не походил на профессора, а скорее напоминал главу прайда львов, готового порвать любого на куски. Почуяв неприятности, Иволгин подтянулся:

— Что случилось, Христофор Бонифачьевич?

— Беда, Виктор. Наш броневик нашли. И без пассажира. И в самом проклятом месте трассы.

— В лесах вологодских? — тут же догадался Иволгин и нахмурился. — Что с ребятами?

— Мозги сожжены. Броневик нашли на грунтовке в лесу. Застрял в раскисшем болоте. Этот «любитель» как-то смог захватить управление над ними и хотел уйти. Но он плохо соображает в географии.

— Ясно, — по лицу Иволгина заходили желваки — с этими парнями он работал давно.

Лицо директора Отдела ЧС приблизилось к камере:

— Так что бери девчонок и вперед. Вакорин уже мчится к тебе. Полный карт-бланш!

— Почему их? Тут без Марфы не обойтись.

Лицо Басова перекосилось:

— Слегла Марфа, в больнице. Сам понимаешь — возраст-то какой! Да и Трескина неплохо справилась в Кенозерье. Колдунишка не по её вине ушел. А Седых тебе также пригодится. Все дороги в сторону Москвы перекрыты. Полицейским отдана ориентировка, что он серийный убийца, поэтому в случае сопротивления стрелять будут на поражение.

— Во как⁈ — впечатлился Иволгин. — Так обычными пулями его все равно не угомонить. Этот урод уже перешел грань, и его не остановить.

— Урон и от обычных есть. Хоть свои жизни сохранят.

— Резонно!

— Потому собирай всех, и на «Буревестник». Докинут на вертолете МЧС. Времени в обрез, там вас ждут.

— Приказ принят.

Бывший спецназовец, прошедший горячие точки, Крым и рым, развернулся.

— Васильевич, открывай арсенал!

— Пелагея, твой подопечный сбежал.

Иволгин начал без предисловий, отослав родственниц на кухню.

— Да как это?

— Не знаю, — пожал плечами капитан. — Для того и летим.

— Куда?

— Да ты, подруга, никак выпила. А у нас боевое задание! — Виктор снял с разгрузки фляжку и протянул девушке. — Два глотка, не больше. И быстро собирайся. Полевая одежда номер один. Оружие со спецбоеприпасами с собой?

— Да, — после чудесного зелья усталость, и сон как рукой снял.

— Тогда вперед, и с песней!

Пелагея убежала в комнату, а в прихожую заглянула Варвара Петровна. На ее лице разлилась тревога.

— Товарищ военный, опять что-то случилось?

— Служба, — виновато обернулся на нее капитан.

— Тогда, может, в дорогу что собрать? Чай, ватрушки напекла.

— Годится! — скупо кивнул Иволгин.

К опричнику проскользнула захмелевшая Мария. Халат на груди был распахнут более, чем нескромно.

— А у вас на службе все мужчины такие крепкие и симпатичные? Может, есть свободные?

Женщина подошла к Виктору вплотную. Если её кровь и не оказалось ведовской, то дар обольщения точно присутствовал.

Оторопевшего от подобного напора Иволгина спасла вылетевшая из комнаты Трескина:

— Маша, отойди, он уже занят!

— Шустра, сестричка! — покачала головой Мария.

— Ох, ты! — только и смогла произнести тетка, что вошла в прихожую. В полевом костюме болотной раскраски Пелагея выглядела эффектно. Широкий ремень разгрузки только подчеркивал её талию, на бедре прикреплен в открытой кобуре пистолет, по бокам висели подсумки. Маша отвлеклась от Виктора и восхищенно всплеснула руками:

— Ну, ты, подруга, даешь! Ни дать ни взять —