Симбионты - Олег Дивов

Хорошо, тут Рыбников был, злой и невыспавшийся, он сразу этому пиарщику в ответ так булькнул, что тот аж позеленел, а потом еще Михалборисыч ему по телефону хлюпнул — и чудака из рабочей зоны как ветром сдуло.

Поскорее бы съемка закончилась, не наше дело лицом торговать.

Кстати, личико у той брюнетки — ух! Фотомодель.

Да и блондинка ничего. Из какого она сектора, не знаешь?

Наша она, из ЦУПа. Остынь, это школьницы на полставки. Им еще шестнадцати нет.

А я терпеливый, я подожду. Зато потом успею первым.

Куда ты успеешь, они все в четырнадцать уже разлохмаченные.

Вот конкретно эти две — ни в жизнь, зуб даю. Эти себе цену знают. На что спорим?

Хм… Не на зуб же, в самом деле…

Ну, допустим, проигравший нацедит стакан «девятки» — прямо с потока, вон с того пульта, — и выпьет. Можно закусывать. Слабо?

Ты псих, я всегда это знал.

Да чего тебе будет-то? Хорошие микробы, полезные для здоровья. Говорят, от них, хе-хе, целую неделю прет со страшной силой. Ты в курсе, да?

Почему мне будет? Тебе будет! Стакан в пульт засунуть любой дурак может. Только надо еще код операции ввести, чтобы тебе ботов нацедили. А потом код допуска. Не забьешь второй код — у охраны лампочка загорится: идет несанкционированный забор образцов. И через пять минут тебя сцапают. А когда услышат, что ты с ботами сделал, — у-у… Сразу к психиатру…

Блин, а я и не знал, что там сигналка!

А тебе и незачем, ты научник, чего ты в «яме» забыл? Когда она работает, тебе сюда вообще ходу нет… Про два кода только мы знаем и начальство. Ловушка это для идиотов, ясно? Когда доктора проболтались, что у испытателей «девятки» была эйфория, один умник решил: на кой покупать ханку, если можно нацедить пробирку ботов — и загрузиться на целую неделю! Умника перехватили, пробирку отняли. Придумали второй код. Допуск выдает только наш завсектором и еще Рыбников. Ну, еще, может, директор. Я тебе этого не говорил, ты понял.

А почему такая тайна? Ну, про второй код.

Начальство хочет знать ненадежных в лицо. Честный сотрудник красть не станет, а ворье лучше загодя вычислить. А то начнется потом… Через неделю веселуха сойдет, а похмелиться нечем. Кое-кто точно захочет бизнес устроить. У нас без воровства не могут. Не болтай обо всем этом, ладно?

Тихо! Так, коллеги, сюда камера пошла, ну-ка все дружно уткнулись носом в монитор и начали продуманно стучать по клавишам. Не бойтесь, ваши терминалы отсоединены. Кто неграмотный — шевелите мышью! Начали!

— …А вот и те, кто управляет этой фантастической техникой, — продолжал наговаривать текст журналист.

Камера «наехала» на терминал, за которым сидели Мария и Даша. Мария, немного смущаясь, встала камере навстречу. В кадре появилась рука с микрофоном.

— Здравствуйте. Ну… — Мария очаровательно запнулась. — Вот отсюда все и начнется. Сейчас в этих цистернах… в этих танках зарождается жизнь. Здесь мы делаем и храним образцы. Вот отсюда во все уголки России отправятся эталонные партии нанороботов. И оттуда — к каждому человеку. Я так рада, что могу показать вам это! Мы между собой зовем эту установку «сердце»…

— Вы еще так молоды. Как вам здесь работается, в святая святых? Что вы чувствуете?

— О, у нас тут много молодежи. И знаете… Как раз молодые ребята назвали эталонную нанофабрику «сердцем». Пафосно звучит, но это правда. Сейчас это сердце не только Нанотеха, а всей страны. Оно бьется ради того, чтобы вы никогда не болели и были всегда счастливы. И работать здесь — огромная радость для всех нас!

За спиной Марии Даша сосредоточенно возила мышью по столу, изредка щелкая кнопкой.

Жалко, конечно, что в трубопроводах не булькало и в танках не хлюпало. Но вроде и так ничего.

* * *

Камера двинулась по залу дальше, Михаил нажал «паузу» и повернулся к Марии. Та сидела, чинно сложив руки на коленях, сама невинность и скромность.

Со стены щурился, ухмыляясь в усы, фотографический Дед. Он-то эту чертовку знал еще во-от такой маленькой.

— Хорошая работа, барышня, — сказал Михаил. — По-моему, очень естественно. Телевизионщики от тебя в восторге. Только не задирай нос.

— Я все понимаю, Михаил Борисыч, — трогательно прощебетала Мария. — Спасибо вам огромное, что дали мне возможность…

— Худшее, что ты можешь сделать, — перебил ее Михаил, — подхватить звездную болезнь. Нам с тобой еще работать и работать.

Мария усиленно закивала.

В дни владычества Деда Михаил не занимался проблемами города, поэтому с его влиятельными семействами был знаком шапочно и детей местных олигархов на коленях не держал. Появление в пресс-службе Нанотеха дочки финансиста Кузнецова состоялось не по дружбе, а как привычный элемент паблик рилейшнс: укрепляем связи. Господин Кузнецов, человек весьма респектабельный (хмурая биография, ослепительная улыбка, прямые контакты в столице, деньги отмыты, бизнес легализован, мы проверили), выразил заинтересованность; пресс-служба обещала быстренько решить вопрос. Директора спросили: берем?.. Михаил кивнул мимоходом: конечно. Он еще не знал, какое сокровище упало ему в руки.

Увидел девчонку, восхищенно охнул, вывел на монитор ее личное дело, задумался, вывел еще одно — стажера-лаборанта Васильева. Черт побери, угадал. Одноклассники. А куда им деваться, в городе одна серьезная школа, еще Дед в нее вкладывался, самолично директора из Москвы переманил. Хорошая, правильная школа, где не натаскивают, а именно учат…

А девица — чудо. Уморительное сочетание провинциальной наивности и абсолютной нацеленности на успех. Уверена, что самая хитрая и самая умная. Хотя если приглядеться — в общем, чистая душа. Хорошая девочка, которая не скоро научится быть действительно плохой. Настолько черствой и расчетливой, сколько надо для реального успеха. Но она уже старается.

Да и фиг с ней, ее проблемы.

— Политика — самая увлекательная работа на свете, — продолжал Михаил. — Уж я-то знаю. Но она требует полного самоконтроля. Она для тех, кто может не только управлять другими, но в первую очередь управлять собой. Будешь держать себя в руках, станешь лицом Нанотеха. А дальше — кто знает…

— Я вас не подведу.

— Между прочим, насчет молодых, — заметил Михаил. — Это я про текст, который ты читала в кадре. Правда с одного раза запомнила?.. Неплохо, неплохо… Так вот, я на самом деле подтягиваю сюда молодежь. Это мне еще Дед завещал. Чтобы люди, прости за банальность, росли в стенах института. Чтобы это были наши люди по духу и по крови. Одной ногой в школе, другой — уже в лабе. Вот появился тут еще твой одноклассник, Алексей Васильев. Теперь вас трое.

— Я видела, — кивнула Мария. — Издали.