Бандит - Андрей Круз

— Может быть, дома посмотришь? — сразу спросил он. — Нам бы лучше занятия провести, по владению оружием.

— Можно, — согласился я и в очередной раз напомнил: — Хотя ваша безопасность больше не от него зависит, а от конспирации. Опасно живете.

— Ну вот так, — усмехнулся он. — Народ наш не переубедить. По факту, такая жизнь нас вместе и держит.

— Ладно, вам видней.

Впервые увидел всех сразу. С Крюкой было еще одиннадцать человек, из них четыре девушки. Все молодые, даже очень, Крюка самый старший, похоже. Это если не считать Свистка с Амиром и еще двух пацанов, прижившихся здесь. Они в занятиях участия не принимали, ну так у нас и программа с ними отдельная.

Оружие в группе было теперь у девятерых, если считать этот «узи», что я привез. А вот умение владеть им совсем не впечатлило. Классическое «права купил, водить не купил». Здесь даже не было каких-то «обучающих видео» на ютубе, где люди с тактическими бородами показывают как, по их мнению, надо обращаться с оружием. То есть знаний было по теме ноль или около.

Стволы, помимо китайских, были еще и турецкими, включая револьвер с резиновой ручкой у самого Крюки. Откуда они берутся в городе, никто толком не знает, но тоже постоянно выныривают. Оружия вообще много, даже шпана часто вооружена. Тут уже меньше на Россию и больше на американские гетто все похоже. У барыг, например, у всех стволы, и стреляют они друг друга по любому поводу. Детройт натуральный. Да и вообще «схема организации преступности» ближе к заокеанью. Хотя бы потому, что в городе есть районы, куда милиция не ездит. И даже не потому, что такое патрулирование отберет слишком много сил, а потому что плевать.

Так вот вооружается весь этот разношерстый криминал, а заодно и опасливые гражданские, все больше из Китая и Турции, через нас и кого-то еще в городе.

Итак, семь пистолетов, считая один револьвер, помпа с обрезанным стволом и самодельной пистолеткой, явно краденая, и два китайских «узи» — тот, что я привез, и тот, я думаю, что Свисток с Амиром подобрали. Убедился, что у всех все разряжено, после чего провел первое занятие — по безопасности. И сразу за ним второе — по удержанию оружия. На первый вечер достаточно.

Что понравилось: учились с желанием. Желание было оборонять свой крошечный анклав от всех потенциальных врагов, и мотивация ощущалась в этих неформалах сильная, настоящая. Не знаю, к чему это все приведет, как бы не к доморощенному терроризму, который как раз вот в таких кружках зачастую и возникал, но надеюсь, что нет. Пусть уж лучше своим электронным криминалом занимаются, от которого особого вреда нет, в первую очередь им самим.

Самыми способными оказались Крюка и Китти — та самая круглолицая девчонка, в чертах лица которой действительно виделось что-то кошачье. У нее даже на майке сейчас была та самая кошка с бантиком, которая Hello Kitty, с автоматом в лапах. А вот девочка, белобрысая до нереальности, с волосами, заплетенными в полсотни косичек, и тощий как скелет парень оказались самыми неталантливыми. С ними решил потом отдельно позаниматься, может, даже как-то упростить программу. Чтобы научились хотя бы достать оружие и выстрелить в сторону противника, не угодив при этом себе в ногу или в кого-то из своих.

— Надо бы и стрельбище какое-то найти, — сказал я Крюке по окончании урока. — Практика все равно понадобится, чтобы выстрелов не боялись.

— Стрельбище есть, метров на пятнадцать. Подойдет?

— Подвал, что ли, какой-то? — догадался я.

— Да. Тут рядом. Мы уже там стреляли. С улицы не слышно ничего.

— А свет хоть есть?

— Какой-то есть, — без особого вдохновения ответил он. — Можем фонарь протянуть.

— Ладно, посмотрим.

— Ужинать будете?

Голодным я не был, но решил, что ужин будет полезен с точки зрения развития знакомства.

— Буду.

— Ничего особого, но голодными не останемся, — усмехнулся он. — И мне все же расспросить вас хочется.

— О чем? — уточнил я, хотя и без всяких подсказок догадался.

— О том, о чем в прошлый раз поговорить не успели. Про подвал в том доме и все прочее. До ужина все равно минут двадцать, так что садитесь, — он показал на кресло. — Попить что-нибудь? Есть сок, минералка, «крем-сода».

— «Крем-соду», — сразу выбрал я исключительно из ностальгических соображений.

Крюка достал из гудящего старенького холодильника пластиковую полторашку, взял с полки стопку одноразовых стаканчиков, налил один до краев.

— Посуду почти не моем, — сказал он, поставив стаканчик на стол передо мной. — Поэтому одноразовая у нас за постоянную статью расходов.

Себе он ничего наливать не стал, а просто уселся на привычное место на диване.

— Так расскажете?

— О чем именно?

— Ну, о подвале для начала. Что там такого в нем? Что за история с постоянно закрытой дверью?

— А вам точно интересно? Зачем это все вам?

— Пока именно что интересно. А вдруг и для нас в этом что-то есть? Может, мы тогда сами возьмемся следить за вашей дверью.

Они мне нужны, я в этом уже уверен. Мне лучше с ними дружить. Но рассказать все как есть? Это даже не то чтобы секрет, просто… просто психом сочтут, например. С другой стороны, как известно из дамских журналов, честность — основа долгосрочных отношений. И в конце концов у меня есть какие-то доказательства того, что я не вру.

Так говорить или нет? Крюка не торопит, терпеливо ждет моего ответа.

— Давайте так, — решился я. — То, что я скажу, пока останется между нами. Это в ваши внутренние отношения в группе укладывается?

— Как-то укладывается. Хоть и не полностью.

— Тогда сделаем так: если вы решите пересказать содержимое нашего разговора своим, вы сначала посоветуетесь со мной. Годится?

— Ну… договорились.

— А у вас какая-нибудь своя теория есть? — полюбопытствовал я.

— В том и дело, что никакой реальной нет. Хотя нельзя сказать, что я об этом мало думал.

— Ну, тогда начнем с того, что я вообще не тот, о ком ты наводил справки. Я его дубль, если угодно.

Разговор затянулся. Крюка даже сам сходил за ужином и принес две тарелки на подносе, выставив их на письменный стол. Меня же в разговоре больше всего поразило то, что он мне верил. Явно верил, именно верил, а не делал вид, что верит.

Хотя озадачило его услышанное дальше некуда, по лицу видно.

— То есть отсюда все же есть выход? — спросил он.

— Только неизвестно куда. Возможно, что не для всех. И не вместе.

— Не вместе — это плохо, — вздохнул он.

— Там все очень сложно. Я бы не советовал вам пытаться уйти. И там не просто так все, пока это путь сюда, не отсюда.