Орки. Финал - Константин Зубов

В целом эксперимент удался. Под конец я уже уверенно перемещался, научился резко разгоняться, тормозить, а также делать сальто и двойной тулуп. Понятно, что в космосе все это мне не пригодится, но уверенности явно прибавилось.

— Ну что там? — спросил я, заходя в кабинет администрации.

— О, привет космонавтам! — Петя отложил какую-то карту и встал. — Кофе будешь?

— Буду! — я рухнул в кресло и только теперь почувствовал боль сразу в нескольких мышцах, видно редко используемых в повседневном выживании.

— А «там» ничего особо интересного, — Петя поставил турку на печку и принялся обдавать ее огнем из ладони. — Кроме вашей вылазки было еще четыре. В целом мы показали, что их ждет, если они к нам сунутся, и дальше два варианта. Первый — они поняли, что мы очень крутые и благоразумно отступят. Второй — захотят обладать нашими технологиями и нападут, не считаясь с потерями.

— Я бы напал, — закрыв глаза, я втягивал пьянящий аромат кофе. — Наших посланцев с информацией о том, что скоро все закончится, они подняли на смех и прогнали. Следовательно, считают, что будут жить здесь вечно и, разумеется, в этом случае допускать соседство таких непонятных товарищей, как мы, с их стороны недопустимо.

— Все так, — Петя поднял закипевшую турку с печки и через ситечко наполнил кружку. — Значит могут напасть в любой момент. Скорее всего широким фронтом. Дроны контролируют их перемещения, и мы будем знать заранее места ключевых прорывов. Бери.

Я взял горячую кружку, и перед тем, как глотнуть, просто зажал в руках и наслаждался запахом.

— Палыч вычислил, откуда лучше стартовать, чтобы станция оказалась в пределах видимости?

— Да, тут нам повезло. Планета же не вращается, и наша сторона как раз та, что нужна. Из тех мест, где ты был, лучше всего стартовать из владений Вилленга. Мы передали задачу, и они уже строят пусковые установки рядом с дворцом... Только вот с расстояния в пятьсот тысяч километров не факт, что даже с твоей зыркливостью ты сумеешь станцию разглядеть. Хотя она вроде как подсвечена должна быть, но все же.

— Не беда, найду.

— Безусловно, там Палыч обещал для тебя схему накидать.

Я наконец сделал первый глоток обжигающего напитка и блаженно закрыл глаза.

— Слушай, Саш. Ты осознаешь, что скоро все закончится?

— В смысле закончится? — я открыл глаза и удивленно посмотрел на Петю. — После того, как мы захватим станцию, все только начнется.

Днем температура опустилась до минус десяти, а небо очистилось. Мы стояли на валу и уже в который раз в бинокли рассматривали противоположный берег.

— Мороз и солнце, день чудесный... — начал я.

— Чего ты тУпишь, орк прелестный... — продолжил Леха

— Пора, зелененький, проснись...

— Возьми топор и утопись!

— Там была другая рифма! — я толкнул Леху в плечо.

— Да пофиг, я уже задолбался их ждать!

— Да не будут они днем атаковать, — махнул рукой я.

— Да какая разница, когда, если все ночью как днем видят.

— Дань традиции. Но если не нападут до утра, придется самим.

Запищала рация.

— Саня! — раздался голос отвечающего за дронов Ивана. — Орки зашевелились! Похоже, выдвигаются на позиции!

— Бежим! — крикнул я и первым ломанулся на склад, переоборудованный под центр слежения.

— Полдня на валу проторчали, теперь здесь будем валяться! — проворчал я, убирая бинокль и откидываясь на непромокаемый подогреваемый плед.

— Зато со мной! — Иль пододвинулась и чмокнула меня в щеку. — Сдается мне, в ближайшем будущем нам не светит полноценно провести время вместе.

— Не без того, — огорченно произнес я и окинул взглядом две тысячи лежащих рядом бойцов. — Но и сейчас что-то не совсем та обстановка...

Мы расположились на берегу в пятнадцати километрах от столицы. Предположительно здесь должен был состояться один из пяти основных прорывов, но прошло уже четыре часа, начало темнеть, а орки продолжали тормозить.

— Кстати, милая! — я повернулся к эльфийке. — Все забываю спросить — как прошло перемещение лери «свободной формы»?

— Да более-менее, — усмехнулась она. — С учетом их характера так и вовсе хорошо.

А что не так с нашими характерами? — Фурфур уже сидела между нами и не сводила горящего взгляда с Иль.

— Тут подробностями интересуются.

— Лери было пять. Я привела десять не эльфов, преимущественно людей и по наивности полагала, что с запасом хватит.

А нечего «Адреналин» жалеть! Уважающий себя лери с кем попало не пойдет!

— В общем, чтобы всех пристроить, понадобилось тридцать разумных существ пригнать, — вспоминая, эльфийка покачала головой. — В итоге двое выбрали людей, а трое гномов. В том числе Вилленга...

— Да ладно!

А что такого? Мужик солидный! Может, если бы его раньше тебя встретила, то...

— И Виолетту.

— Охренеть!

Это неожиданно.... Хотя есть у нас одна со странностями, должно быть, она.

— Ясно, — я приложил бинокль к глазам и снова посмотрел на противоположный берег. — А что по «бесконечному плинжу» думаешь? Я с Лехой уже пообщался об этом — он утверждает, что после того, как в него влился полный поток энергии, он вроде как не видит, но чувствует, что статы выросли. Прыгает мол выше, бьет сильнее и думает быстрее.

— Он прав, Саша, — задумчиво кивнула Иль. — В тот момент, когда особенность работала, вообще казалось, что могу горы свернуть и постичь любую тайну бытия. Потом канал закрылся, но часть силы определенно осталась... А еще знаешь, что...

Эльфийка замолчала и задумчиво посмотрела в вечернее небо.

— ... Почти все десять минут я думала только о том, что хочу перебить Гмиильцев.

— Я об этом круглые сутки думаю.

— Ну да, я тоже сначала не придала этому значения, а вот когда ты передал слова Гмиильца о том, что ново-инициированные находят и уничтожают ранее-инициированных, задумалась серьезнее. Возможно, это именно оно... Трудно передать то ощущение словами, оно было слишком всеобъемлющим и абстрактным. Но мотивация желания их смерти явно отличалась от обычной мести... Скорее зависть, ревность, чувство несправедливости... Трудно объяснить.