Суда не будет - Андрей Анатольевич Федин

Я тоже продемонстрировал свои баскетбольные навыки: моя вишня тоже приземлилась в ведро.

— Как у тебя дела с Лёшей Соколовским? — спросил я.

Вовка пожал плечами.

— Нет у меня с ним никаких дел, — ответил он.

Тут же добавил:

— Не звонил он мне больше. И Кислый больше не появлялся.

Я кивнул и поинтересовался:

— Вовчик, ты дело Оксаны Поликарповой помнишь?

Мой младший брат повёл бровями.

— Что за Оксана?

— Девчонка, которая пропала в апреле этого года, — сказал я. — В последний раз её видели на дискотеке в парке «Пионер».

Вовка кивнул.

— Понял, о ком ты говоришь. Её делом Женька Бакаев занимается.

Владимир взял со стола очередную вишню.

Он спросил:

— Димка, с чего вдруг ты об этой Поликарповой заговорил?

Мой младший брат метнул вишню — та ударилась о ведро и покатилась по двору. Вовка скорчил недовольную мину.

— Передай Бакаеву, чтобы прокатился до острова в посёлке. Там, в овраге около домов, он найдёт свежую могилу. Около неё стоит крест из веток. Так мне сказали. Женька увидит его издалека…

— Могилу?

На Вовкином лице вновь пришли в движение брови.

Владимир приподнял руки.

— Ты хочешь сказать, что там…

— Там похоронена Оксана Поликарпова, — сообщил я. — Точнее, туда её перезахоронили. Вчера или сегодня.

— Тааак… — протянул Вовка.

Он облокотится о стол. Посмотрел на меня в упор — примерно пять секунд мы с ним мерились взглядами.

Младший брат снова проиграл (как и всегда): он моргнул и шумно вздохнул.

— Это уже серьёзно, Димка, — заявил он. — Откуда у тебя такая информация?

Я потёр шрам на руке, сказал:

— У меня нет никакой информации. Даже не надейся, Вовчик. Организуй анонимный звонок. Тому же Бакаеву, например. Как в случае с трупами на острове. Езжайте к оврагу, чтобы проверить поступившие от анонимного источника сведения. Не мне тебя учить, как легализовать полученные от информаторов данные.

Вовка поёрзал на лавке.

— Так не пойдёт брат, — сказал он. — Тут дело серьёзное. Нам понадобятся…

— Ничего вам не понадобится, кроме лопаты.

— На что ты намекаешь?

Я наклонился и поднял с земли вишню — мой новый бросок пришёлся точно в цель.

Младший брат этого будто бы не заметил: он пристально смотрел мне в лицо.

— Убийцу вы не поймаете, — сказал я. — Точно тебе говорю. Но если постараетесь, то вы его вычислите. Оксану Поликарпову убили тринадцатого апреля. Её завлекли в машину — там, в парке «Пионер». Сперва девчонку изнасиловали, затем задушили. Тело Поликарповой захоронили за городом. Теперь его просто перенесли в другое место.

Вовка постучал пальцем по столу.

— Кто перенёс? — спросил он. — Кто её убил? Что тебе известно?

Я развёл руками.

Ответил:

— Понятия не имею, кто именно перезахоронил её теперь. Но убил её хорошо известный тебе Роман Андреевич Ильин…

— Рома Кислый?

Мой младший брат встрепенулся, будто вставший на след охотничий пёс.

— Кто это подтвердит? — спросил он.

Я пожал плечами.

— Понятия не имею. Снова расспросите друзей Поликарповой: тех, что были с Оксаной в парке на дискотеке. Были с ней в тот вечер, я имею в виду. Только сразу скажи, Вовчик, чтобы они не боялись. Рома Кислый им не отомстит. И Лёша Соколовский за своего бывшего телохранителя не заступится. Это я тебе гарантирую.

— Откуда такая уверенность?

— Гарантирую.

Вовка всё ещё сверлил моё лицо взглядом.

— Ты сказал… бывший телохранитель? — произнёс он. — Соколовский его уволил?

— Вроде того.

— Где сейчас Кислый? Димка, ты это знаешь?

— Догадываюсь.

Из дома вышла Надя с большой алюминиевой миской в руках. Она сошла с крыльца и выплеснула из миски мыльную воду в углубление под забором.

Мы с Вовкой наблюдали за тем, как Надя вернулась в дом.

— Где он? — спросил Владимир.

— Там, где с тринадцатого апреля находилось тело Оксаны Поликарповой, — ответил я. — Мне так кажется. Но это не точно.

— Хочешь сказать, что он…

— Мёртв, — сказал я. — В этом не сомневайся, брат. Это стопроцентно достоверная информация.

— Хм…

Вовка скрестил на груди руки. Чуть склонил на бок голову.

— Соколовский об этом знает? — спросил он.

Я кивнул.

— Это… Лёша его убил?

— Нет.

— А кто?

Я поднял руки.

— Ты слишком много спрашиваешь, Вовчик. Разберись с уже полученной информацией.

Я посмотрел младшему брату в глаза и сказал:

— Повторяю, брат: я тебе ни о чём не говорил — на меня не ссылайся. Понимаешь?

— Понимаю.

— Найдите тело девчонки, Вовчик. Постарайтесь.

Я встал из-за стола и сообщил:

— Завтра вечером я к тебе снова загляну. Расскажешь, как прошли поиски.

* * *

Вечером дома я развернул на столе полученный от Коли Синицына свёрток. Обнаружил внутри него пистолет Макарова (как Коля в прошлой жизни и говорил). Разобрал пистолет — убедился, что тот в хорошем состоянии. Зарядил в ПМ найденный в Димкином тайнике (под паркетом) магазин с патронами.

Посмотрел на своё отражение в тёмном оконном стекле.

Пробормотал:

— В субботу опробую.

Завернул пистолет в тряпку и спрятал его под сидение кресла: туда же, где сейчас лежал и Димкин ПМ.

* * *

В пятницу (второго августа) я снова проснулся утром от трели звонка. Только на этот раз голосил не телефон — позвонили в дверь.

Я вышел в прихожую, посмотрел в глазок. Увидел на лестничной площадке Колю Синицына.

Николай держал в руке бутылку.

На Колином лице блистала радостная улыбка.

Глава 14

Бутылку с молдавским коньяком «Белый аист» Синицын вручил мне ещё у порога в квартиру — в качестве благодарности «за вчерашний вечер». Николай не заметил мою ироничную улыбку, крепко пожал мне руку. Он сообщил, что узнал мой адрес «у Вовки». Сказал, что Бакаев и мой младший брат «укатили» с утра пораньше на проверку анонимного звонка, поступившего сегодня под утро Женьке домой. Признался, что ему «в такой день» не сиделось в отделении. А коньяк Николай купил для меня ещё вчера вечером, когда ужинал в компании «прекрасной» Яны Терентьевой в ресторане «Кавказ».

Коля беспрекословно выполнил мои указания («сними обувь, помой руки, проходи на кухню…»), сыпал на меня подробным отчётом о своих вчерашних