Заговор "Королей" - Георгий Пушнин

Президент захотел. Присоединиться к нему скованно согласился президент Домингин (и то с подачи пресс-секретаря), воодушевленно — генералитет, переглянувшись — руководители корпораций. Настойчивое приглашение получили руководители известных изданий, которые, печально оглядываясь на подчиненных, побрели к специальному автобусу, который отвез пассажиров к самолету. Наверняка в другой ситуации Алиса была бы в первых рядах авантюристов. Но сегодня ее интересовал только Чернявский.

Илья Чернявский, против всяких ожиданий, к самолету не пошел, а развернулся и со своей свитой двинулся к выходу из шале. Там их ожидали два автомобиля. Ряды внешней охраны с уходом Президента несколько смешались, и Алиса в несколько грациозных прыжков исхитрилась догнать Чернявского до того, как он исчез в машине с плотно тонированными стеклами.

— Илья! — звонко крикнула Алиса. — Мне надо сказать вам что-то очень важное!

Илья от неожиданности вздрогнул, тяжело вгляделся в девушку. Алиса судорожно вцепилась ему в рукав — так экзальтированные малолетние фанатки бросаются на рок-звезду.

— Алиса? Вы? — Илья узнал её, несмотря на все ухищрения гримера, и губы его сложились в узкую злобную линию. — Откуда вы здесь?

Алиса истерически соображала, как бы ей осуществить задуманное, и шарила по руке Чернявского, пока он её не вырвал.

— Илья, выслушайте меня, — умоляяла Алиса; она готова была плести все что угодно.

Илья коротко кивнул и сделал знак своим охранникам. Алису подхватили под руки и без церемоний усадили в другую машину. Автомобили подозрительно быстро сорвались с места и выехали с территории комплекса. Стиснутая охранниками на заднем сиденье, Алиса положилась на удачу.

На борту «Мрии» Мудрогор взял на себя роль профессионального комментатора и экскурсовода. Легкий гигант плыл над землей, в салоне звучала музыка Бетховена, и это впечатляло примолкших гостей. Президент и в самом деле позволил журналистам заснять себя в кресле командира экипажа. Мудрогор едва скрыл сжигавшее его презрение к тщеславию лидера страны.

— Господин Президент, — Мудрогор поймал самого себя на интонациях конферансье кремлевских приемов, — возможно, вы не откажетесь осмотреть также нашу капсулу? Это не более рискованно, чем сидеть за штурвалом «Мрии». Но многие, я слышал, почему-то сомневаются.

Присутствующие выжидательно посмотрели на Президента, от которого ожидали теперь только зрелищ и еще раз зрелищ.

— Извольте, я готов, — буднично согласился Президент. — Тем более что я никогда не был внутри капсулы. Только обещайте, что не будете пока запускать меня в космос.

— Запуск произойдет, только если вы сами того захотите, — ответил Мудрогор со всем возможным почтением.

Президент спустился в капсулу. На десятках больших и малых экранов на земле появилось его изображение в кресле пилота. Президент протянул руки к пульту управления. Зрители в демонстрационном шале вновь разразились аплодисментами. «Господин Президент, — услышат он по внутренней связи мягкий голос командира экипажа, — только ничего не трогайте». Мудрогор ждал. Провожая Президента, он сам задраил люк перехода, герметичные створки сошлись автоматически. Капсула была в принципе готова к отделению от самолёта.

В первый раз капсулу тряхнуло легко.

— Что это? — тем не менее спросил Президент.

Ещё толчок и следом вибрация. Мудрогор к этому моменту вернулся в блок управления. Никто из гостей «Мрии» пока не заподозрил неладное. Был спокоен и Президент. У Мудрогора это спокойствие вызвало досаду. К чему имитировать аварийную ситуацию, если никто внимания не обращает? На дисплее управления загорелись показатели датчиков активизации систем запуска капсулы. Президент продолжал восседать в кресле пилота с видом чемпиона всех Олимпиад и переговаривался с Домингином. У того — фетишиста от высоких технологий — горели глаза. Без слов было ясно, что он собрался в капсулу следующим. Они воспринимали это, как аттракцион в Луна-парке, экранный спецэффект. Мальчишки, подумал Мудрогор, что ж, вы получите то, чего хотите.

— Что-то происходит… Я не понимаю. — Командир экипажа беспокойно пробежался по пульту. — Активизирован запуск, но я не давал такой команды. Надо вытащить из капсулы Президента.

— Невозможно, — доложил первый пилот. — Переход при запуске автоматически блокируется.

Командир экипажа раз за разом, все сильнее волнуясь, отменял запуск, но датчики продолжали подавать сигнал.

— Происходит тестирование двигателей, — сообщил первый пилот. — Надо что-то делать, у нас всего три минуты.

Наслаждаясь полетом, гости вели непринужденную беседу с Президентом и потягивали напитки.

— Потряхивает, — заметил кто-то.

— У нас все в порядке? — намеренно громко спросил Столбов, явно адресуясь к Мудрогору.

— Мы, кажется, попали в зону турбулентности. Поднимемся выше — и всё пройдёт, — применил стандартную отговорку Мудрогор.

Тестирование систем завершилось, и включились двигатели, которые до этого момента вели себя бесшумно.

— Вот это турбулентность! — опять с вызовом заметил Максим Столбов, и все затихли. — Господин Президент, вы нормально себя чувствуете?

Андреев поспешил в блок управления, охрана Президента устремилась за ним.

— Пожалуй, мне пора присоединиться к вам, — сухо ответил Президент. — Я должен на что-то нажать, чтобы выйти отсюда?

Помня, что его лицо сейчас на десятках мониторов, Президент сохранял легкую улыбку, но в глазах дрогнуло предвестие внутренней паники.

— Прекратите это. — Андреев влетел в блок управления и стал за креслами экипажа. Перед носом самолета практически недвижно застыла граница облаков, похожих на горную цепь из ваты без конца и края. Мудрогор отлично знал, что в случае, когда не происходит подтверждение запуска, компьютер отключает двигатели и блокирует фермы, удерживающие капсулу. Эта ситуация отрабатывалась сотни раз. Отключение должно было произойти прямо сейчас, в эту секунду.

— Не дергайтесь, — зло сказал Мудрогор вездесущему Андрееву. — Здесь вы не хозяин. Вам и вашим людям лучше вернуться на свои места и пристегнуться. Это касается всех господ туристов.

В этот момент на мониторе появился длинный перечень показателей состояния систем и произошел запуск таймера: обратный отсчет. Мудрогор не хотел верить своим глазам. Этого не должно было быть по определению.

— Я не могу перейти на ручное управление! Автоматическое отключение не срабатывает! Я не могу отменить запуск! — Выдержка изменила командиру экипажа, и он перешел на крик. — Я не контролирую компьютер!

— Перезагрузить компьютер! — скомандовал Мудрогор.

— Я не успею…

— Перезагрузить!

Командир попытался набрать комбинацию перезагрузки. На экране всплыла крупная надпись «В доступе отказано. Выполнение данной операции возможно при наборе пароля». Командир набрал рабочий пароль — «В доступе отказано». Оттолкнув его, Мудрогор набрал свой личный пароль, который, в принципе, должен был открывать все основные программы корпорации, — «В доступе отказано». После пятого набора засветилась другая надпись: «Вы исчерпали количество попыток», — и снова возник перечень показателей состояния систем. Только цифра обратного отсчета катастрофически убывала. До запуска осталось меньше минуты.