Пятый Посланник - Валерий Пылаев

Первую сосульку я отбил Щитом, вторую – просто пропустил над собой, чуть пригнувшись. Похоже, даже с небольшого расстояния Кшатрию оказалось не так уж просто целиться в темноте, и через несколько мгновений над нашими головами вспыхнул очередной голубой шар. Правда, по сравнению с предыдущими этот вышел тускловатым и чуть ли не втрое меньше в диаметре. То ли Кшатрий хотел осветить лишь пятачок размеров с мою комнату в Саннидейле… то ли уже потратил слишком много сил.

Скорее второе. Он наверняка знал, что я совсем не крут, и Джей – мальчишка по сравнению с полноценными Кшатриями – не смог отделать меня только потому, что оказался слишком глупым и самонадеянным. Знал – и все же не спешил нападать, а осторожно обходил меня по кругу, будто выискивая слабое место. Я только сейчас рассмотрел его: щуплого, лысоватого и совсем не похожего на грозного воителя. Кшатрий и так не отличался ростом, а из-за сутулости казался еще ниже. Его волосы – там, где они еще остались – почти все поседели, а лицо покрывали крохотные морщинки. За нами с Меруканом гнался старик.

– Уходи, – выдохнул я. – Уходи, или я убью тебя.

– Ты опозорил мой клан, северянин. – Кшатрий покачал головой. – Сдавайся на милость Владыки Алуру, и тогда, возможно, он пощадит тебя. Ты лишишься Джаду, но сохранишь жизнь.

– Не смей угрожать мне, старик. – Я шагнул вперед. – В тебе нет силы.

Страх ушел окончательно. Его подчистую выжгла помноженная на три ярость. Я вдруг будто увидел нас со стороны: целителя клана Ледяного Копья, который имел глупость погнаться за мной лишь с небольшим отрядом Служителей, и себя – рослого, тяжелого, под завязку заправленного неведомо откуда взявшейся энергией Джаду. Густой, тягучей и черной, как ночь над Канкаем. Я выронил меч еще на том берегу, но рука вдруг сама дернулась к поясу – туда, где носил свой клинок Виглаф Рагнарсон. Ярл щедро делился со мной не только яростью, но и умением сражаться, засевшим даже не в памяти, а где-то в самих мышцах. Не отставал от него и Амрит.

Я чуть развернул тело, и сдвинул назад правую ногу, принимая боевую стойку Вуса-Мату. Одну из самых простых позиций древнего стиля. Неторопливого, размашистого, но при этом заряжавшего удары убийственной мощью – будто бы для меня и созданного. На мгновение где-то в сознании мелькнуло даже название – но я тут же его забыл. К чему слова, если тело само и так знает, что ему делать?

– Уходи, – в последний раз повторил я. – Сделаешь еще шаг – умрешь.

Старый Кшатрий-целитель лишь покачал головой и двинулся вперед. Может, он и успел понять, что допустил ошибку, но вернуться к Великому Мастеру без меня – или хотя бы моей головы – уже не мог.

Я рванул, взрывая подошвами ботинок мягкую землю. Самому мне движение показалось нечеловечески быстрым, но Кшатрий успел не только уйти в сторону, но и атаковать в ответ. Тщедушное тело взорвалось серией ударов – быстрых, коротких, явно предназначенных скорее пощупать мою оборону – и все же достаточно мощных, чтобы нанести серьезный урон кому-то не слишком крупному. Но мое тело с легкостью поглотила всю силу ударов – я почти не почувствовал боли. Отмахнулся в ответ, пытаясь зацепить Кшатрия хотя бы кончиками пальцев, но тот явно сообразил, что даже одно мое прикосновение может быть опасным, и снова ушел в сторону. Я не глядя лягнул и, похоже, попал. Старый Кшатрий негромко охнул и свалился на землю – но снова оказался на ногах быстрее, чем я развернулся к нему.

– Х-х-ха! – шумно выдохнул он, снова становясь в стойку.

Совсем не похожую на мою собственную – ноги на одной линии, левая рука выставлена ко мне ладонью вперед, а правая, наоборот, отодвинута назад, будто бы Кшатрий собирался метать…

Копье?!

Я едва успел выставить Щит до того, как кончики пальцев Кшатрия полыхнули серебристыми искорками, и он швырнул в меня не обычную полноразмерную сосульку, а примерно полдюжины маленьких. Полусфера передо мной выдала сразу несколько темных искр, но выдержала. Я развеял Щит и снова бросился вперед. Если Кшатрий сделал ставку на дистанционный бой, мое самое грозное – да и, в общем, единственное – оружие на расстоянии попросту бесполезно.

Противник поспешно отступал назад, снова и снова кидая в меня горсти острых ледышек. Воображение уже дорисовало ему вместо левой ладони небольшой круглый щит и то ли пращу, то ли дротик в правой руке. Наверное, так и сражались воители этого мира еще до того, как Тримурти подарил силу Джаду смертным. Копья, дротики и щиты из металла и дерева для Кшатриев ушли в прошлое за ненадобностью, а стойка осталась. Простая и удобная, отлично подходящая, чтобы прикрыть себя и спокойно затыкать противника осколками льда… но крайне малоэффективная в ближнем бою.

Я принял на Щит еще две атаки ледышками, а от третьей просто увернулся, смещаясь вбок – и тут же в два прыжка подобрался к Кшатрию вплотную. Он все-таки чуть зацепил меня – левое плечо ощутимо кольнуло чем-то холодным и острым, но боль даже не испугала – скорее наоборот. Подхлестнула, будто бы подсказывая: еще быстрее!

Кшатрий закрылся, и удар пришелся в надежный блок, но все равно оказался достаточно сильным, чтобы отбросить легкого противника на шаг и не дать снова набрать в горсть гребаных ледышек. Я колошматил его, не слишком-то заботясь о технике, которой у меня все равно не было. Амрит вряд ли бы мной гордился, а вот ярлу Виглафу подобное рукоприкладство скорее понравилось. Древнее искусство кулачного боя викингов словно просачивалось в мои мышцы из другого мира и эпохи, с которой меня разделяли сотни лет – и я сражался, как сражались северяне, впечатывая в защиту Кшатрия длинные размашистые удары. Он тоже бил в ответ, ускользал юркой тенью и каким-то чудом смог даже рассечь мне бровь – но шаг за шагом отступал. Кровь заливала глаза, но даже это уже ничуть не сдерживало рвущуюся наружу ярость воина-берсерка.