Препод - Александр Курзанцев

— И вот, ты стоишь на поле боя, а напротив тебя маг противника, не слишком близко, но и не очень далеко, вы прекрасно друг друга видите. Скажи Колпакриди, какие будут твои действия?

Парень сглотнул, снова оглянулся, затем неуверенно произнёс:

— Наверное я попробую использовать заклинание.

— Хорошо, — кивнул я, — например этот самый огненный шар. Представим, что ты его кинул, он летит, летит, летит и не долетает до противника, распавшись в воздухе. Может такое быть?

— М-может, — ответил парень.

— И какой вывод из этого напрашивается?

— Э-э, что надо запустить в него ещё один огненный шар?

Я плотно сжал губы, чтобы не дать вырваться ненормативной лексике. Медленно выдохнул, стараясь успокоится. Терпеливо повторил:

— Колпакриди, но мы же уже выяснили, что шар не долетел до противника.

— А вдруг второй долетит?

— Хорошо… — протянул я, мысленно повторяя, — “Я спокоен, я спокоен”.

— Вспомни, на прошлом занятии мы разбирали, что может влиять на силу заклинаний. Это влияние места, времени суток, и положение звёздного аспекта. Что-то из этого изменилось?

— Э-э, нет? — осторожно переспросил студент.

— Ты у меня спрашиваешь? — приподнял я бровь, чувствуя как потихоньку начинает дёргаться глаз, а рука сама нашаривает какой-нибудь тяжёлый предмет.

— Нет, не изменилось, господин профессор, — подскочила вдруг с места Виолар.

Я посмотрел на соседку по квартире, что таким образом решила помочь своему одногруппнику и кивнул:

— Спасибо, Альтина. Да, всё верно, внешние условия никак не поменялись, соответственно и ни второй, ни последующие огненные шары цели не достигнут. Это понятно, Колпакриди?

— П-понятно, п-профессор, — мелко закивал тот.

— А раз понятно, то какой мы можем сделать вывод, если вспомнить, какой вопрос я задал изначально?

— Что противник слишком далеко?

— Ну, допустим, — вздохнул я, — но как бы мы это могли понять, не кидая в него огненный шар и не тратя зря ману?

— Если бы мы… — парень сжался, словно ступая на минное поле, затем разом выпалил, зажмурившись, — знали заранее, как далеко он пролетит?

— Ну наконец-то! — всплестнул я руками, — садись, Колпакриди.

Тот немедленно рухнул вниз, растекаясь по стулу.

— В поединке или в бою, ваша жизнь будет зависеть в том числе и от того как эффективно вы расходуете свою ману. Зная на каком расстоянии действуют ваши заклинания, вы не будете тратиться на них попусту. Всем понятно?

Я пристально оглядел аудиторию и студенческие головы тут же дружно закивали китайскими болванчиками.

— Ну раз понятно, то запишем буквально несколько простых формул расчёта.

Я повернулся к доске, берясь за мел, а сзади, чей-то голос, не выдержав, простонал:

— О нет, опять.

— Не опять, а снова, — ответил я, не оборачиваясь, прекрасно разобрав кто это там стонет, — запомните одну простую истину, — тяжело в учении, легко в бою. Пока противник тратит попусту свой боезапас и истощает магов, вы легко высчитываете, на каком расстоянии каждый из вас наиболее эффективен, рассредотачиваетесь на поле боя с учётом естественных укрытий и господствующих высот, исходя из скорости полёта заклинаний и расстояния до точки удара определяете тайминги чтобы все заклинания подлетели к цели в одно и тоже время, после чего наносите один чёткий и мощный удар, за счёт сложения заклинаний устраивая противнику локальный армагеддон.

Я знал, о чём говорил. Я же историк, как-никак. Стратегия и тактика исторических сражений, схемы расстановки войск, красные и синие стрелочки ударов, всё это было у меня в голове. Весь, так сказать, земной многовековой опыт. Микоре Викт не даст соврать.

***

— Расчёты, — плакал Маршуш, — опять расчёты. Зачем, зачем… У меня плавится мозг.

— Не плачь, ну не плачь, — гладила его по плечу одногруппница и, время от времени, платком утирала мокрые щёки парня.

Группа “А1” снова, почти в полном составе, собралась за углом Академии, решая, что делать.

— Все видели, как он бедного Колпакриди загнобил? — возмущённо расхаживал из стороны в сторону Авсан, — буквально выдоил и высушил. Он же даже с нами не остался, сразу домой ушел.

— Колпакриди тупой, — внезапно заявила Альтина, — там сто раз можно было догадаться к чему Чёрный плащ ведёт.

— Ты-то больно умная, — посмотрел на девушку Тар, — вылезла там. Что, пытаешся понравится преподу? Думаешь, что тебя он гнобить не станет?

— Я думаю, что вы ошибаетесь, — буркнула чуть уязвлено девушка, кутаясь в плащ, — мне кажется, он это ради нашего блага делает.

Большая часть парней тут же презрительно зафыркала. В отличии от промолчавших девушек.

Внезапно Альтину поддержала староста.

— Да, я бы тоже не была так однозначна, — произнесла Силлана, — мой отец обмолвился, что встречался с ним и проф ему понравился.

— Как и моей матери, — буркнул Тар, — до сих пор не пойму, где она его встретила.

— И моей, — эхом отозвался Авсан, замерев на месте.

— С моей он тоже встречался, — безучастно произнёс сидевший, оперевшись спиной о стену, Бари, — и тоже, и так же.

Студенты переглянулись.

— Может совпадение? — неуверенно произнёс Тар.

— Один раз случайность, два, — совпадение, но три, не говоря уже про четыре, это закономерность, — мрачно буркнул Русавр.

— Мне пришел ответ, — вклинился, в возникшей паузе, тихий голос принцессы Тингланда, — мой отец для выяснения обстоятельств направил сюда сестру мамы, мою тётю, — графиню Вейст. Она прибудет через декаду.

— Женщину? — покосился на девушку Ботлер, — тогда это бесполезно, Чёрный плащ очарует и её.

— Моя тётя адмирал королевского флота, её не так просто…

— А моя мать, — боевой маг Империи. Поверь, это ничего не значит.

Группу вновь накрыла тишина.

— А видели, как он изменился? — после неловкой паузы, осторожно произнесла одна из девушек, — вроде выше стал и шире.

— Понтийский ритуал, — всё также равнодушно глядя куда-то вдаль, бросил Ботлер.

Все с недоверием уставились на парня, но информацию подтвердила Полдарк.

— Да, я тоже видела, он там был с Мымр, которая проректор по внеучебной. Кстати, понтийка.

— Но как, ведь Воин не любит магов? Это общеизвестно, — растерянно произнесла, молчавшая до этого, Таниса.

— Если только ему не пообещать то, что он любит больше всего, — мрачно произнёс Бари.

Встал, отряхнув мантию, засунул руки в карманы, нахохлившись.