Горный Ирис - Алекс Югэн

— Нет. Не нужно. Не была бы я так благодарна тебе — ноги бы моей тут не было.

— И как это связано?

— Тебя убьют скоро.

У Фетисова отвисла челюсть:

— В смысле?!

— Хочешь курить? — не дожидаясь ответа, она достала портсигар, закурила две сигареты и вставила одну в рот подростку. — Скажи-ка, сколько раз тебя пытались прикончить за последние пять дней? Ведь пытались же?

— Ну было пару раз… При чём тут это?

— А за всю прошлую жизнь? То-то и оно. Рядом с Ле’Райной ты долго не проживёшь. Она — бедоносец. Можешь не верить, но ты мне действительно понравился, блондинчик.

Алиса подумала и зачем-то добавила:

— Не в этом смысле.

— А в каком?

— Ты — единственный нормальный среди всех этих волшебных хмырей.

Внезапно она оживилась:

— О! А хочешь, пошлём всё к чёрту и рванём вместе на край света?

— А что с герцогиней?

— А чё с ней сделается? Ты знаешь, в нашем мире у знати принято делать подарок своим отпрыскам на первый день рождения. Почти всегда это какое-то заклятье — на что фантазии хватит. Ну и злата, конечно. Колдуны всегда на этом очень наживаются. Графу Армэлю, например, отец подарил супер-интуицию, и теперь он, как радар, чует любую опасность. Или почти любую. А вот Ле’Райне Второй её матушка преподнесла поистине царский подарок. Её сложно убить.

— Пф-ф-ф! — выдохнул он. — И это всё?

— Нет, не всё! Её очень сложно убить. Мы в своё время были в лучших отношениях, и я про неё много знаю. Например, сколько раз к ней подсылали головорезов.

— Ну и сколько же?

— Заинтриговала?

Фетисов глубоко затянулся:

— Ну не знаю… Двадцать?

— Сто двадцать! И это только в то время, пока она жила при дворе Перс’Шиа! Теперь понимаешь, о чём я? Герцогиня-то всегда выживает, а вокруг — куча трупов. Ещё хочешь с ней тусоваться?

Он помрачнел и ничего не ответил.

— Да ладно тебе, не кисни! Жил же ты как-то без неё. В общем, моё предложение в силе, думай-решай. Только мне нужно сначала вытащить Ворона из психушки. Я ему как-то пообещала, что не брошу в беде. А хочешь, вместе слетаем, поджарим там всех?

Подросток стряхнул пепел и удивленно посмотрел на собеседницу:

— Слетаем?!

— Ну да, слетаем. Я же не сумасшедшая, чтобы в таком виде туда соваться. Заодно увидишь, как я хороша в своём истинном обличье. Только надо яйцо отложить.

— Яйцо?

— Огненное яйцо, из которого я потом вылуплюсь.

— Э-э-э… Как птица-феникс?

— Вроде того. Вечно забываю, что люди в своих легендах всё путают. Ладно, иди сходи в лес за нашим пленником, а я пока снесусь. Лучше тебе этого не видеть. Зрелище, знаешь ли, не для слабонервных…

Когда Фетисов привёл под руку бывшего особиста, Алиса уже баюкала под кожаной курткой пышущее жаром яйцо. В воздухе повис отчётливый запах жжёного сахара.

— Смотри, какая красота!

Посмотреть, и правда, было на что: яйцо напоминало крупный янтарь, чистый и идеально отшлифованный. Внутри пульсировали языки пламени. За пару минут, что подросток любовался диковинкой, та немного прибавила в размерах.

Катастрофа

08.03.2007, четверг. Около 1 часа ночи.

Друзья оставили своих пленников на заправке около часа назад и как следует попетляли по ухабистым просёлочным дорогам. «Хвоста» не было. Они забрызлали грязью номера и вернулись на шоссе.

Ехать по «М-5» было одно удовольствие: трасса почти опустела, и лишь изредка мелкали огни встречных автомобилей. Ле’Райна набрала «крейсерскую» скорость, и последние пару минут моторчик «Копейки» звучал на одной ноте. Герцогиня настроила радио на волну с джазом и вполголоса подпевала Луи Армстронгу. Композиция закончилась, и ведущий объявил «Sidewinder» Ли Моргана.

— Класс, — одобрила демоница. — Ну что, зажигалка? Заберём из Люберец твой самокат, и каждый пойдёт своей дорогой. Окей?

Алиса, развалившаяся на заднем сиденье, потянулась и приоткрыла изумрудный глаз:

— Не. Не окей, — она сладко зевнула. — Я до конечной.

— До какой ещё конечной?! — начала кипятиться Ле’Райна. — Сейчас же выходишь и дуешь на все четыре стороны!

— Да чё ты так волнуешься? А-а-а, поняла! Ты всё-таки разговорила своего пленника, и он шепнул тебе адресок психушки, где держат Ворона. Так?

Демоница промолчала и взглянула в зеркало заднего вида. Было видно, как у неё заходили желваки. Она прибавила газу. Машина начала неохотно ускоряться: 110, 120, 130…

— Боишься, что я заберу у тебя соратника? — Алиса повысила голос, чтобы перекричать шум ветра за окном.

Демоница вновь кинула взгляд в зеркало и окончательно утопила педаль газа в пол. Она залила свечи, и карбюраторный мотор «Копейки» стал «троить».

— Ты там что, идёшь на взлёт? Штурвал на себя! Ха-ха-ха! Да не парься ты, помогу вам спасти Ворона и аривидерчи. И Армэлю привет передавайте, мол, Алиса «кланяться велела». Так и скажите.

— Я что, по-твоему, дура?! От Армэля никто просто так не уходит! — Ле’Райна толкнула Фетисова. — Ты специально самую дохлую тачку нашёл?

Он опасливо взглянул на приборную панель:

— Ты что творишь?! И так едем больше максималки! Может, лучше я за руль сяду?

— Может, ты и «хвост» сбросишь? — огрызнулась она.

Фетисов обернулся. За ними пристроились два огромных чёрных «Шевроле Тахо» со спецномерами.

— Серьёзно?! Как они нас отследили? Кто-то включал телефон?

— А чё сразу я? — Алиса достала портсигар и закурила. — Я вообще не верю в прогресс и все эти мобильники. От них — Пф-ф-ф! — вредное излучение. Мне Терминатор письма носит. Кошачья почта рулит!

Она глубоко затянулась и добавила:

— Н-да, невовремя вся эта погоня. Вот прям совсем невовремя! И как тут бросишь, когда все на таком негативе? Ладно, придётся вас всех спасать. Кто ж кроме меня… Слышь, царевна, включи что-то пободрее! «Металлику» какую-то или «Мотли Крю» на худой конец. Ладно, сама включу, я не гордая.

Алиса уставилась на магнитолу, и та сменила волну, попутно увеличив громкость. Словно по заказу, заиграла «Whiskey In The Jar».

— Другое дело, — одобрила она, извлекая из-под кожаной куртки свой монстроузный револьвер. — Возьми-ка косуху, красавчик. И береги её, как зеницу ока! Понял?

Парень кивнул. Он помнил про яйцо. Байкерша продолжала:

— Кстати, там в кармане пачка берушей. Очень рекомендую. А ты рули, не отвлекайся. Сейчас будет весело! — она оскалилась и стала похожа на большого озорного бесёнка. — Нажмём на курок и сбацаем рок!

Алиса играючи выбила заднее стекло «Жигулёнка» и без лишних предисловий начала палить по лобовому стеклу одного из преследователей. Она сделала три точных выстрела в одну из ту же точку.