Клан Одержимого - Адам Хлебов

Аарт и маркиза пытались возразить, но я приказал жестом ждать ответа от друзей незадачливого забияки.

Те радостно закивали после короткого раздумья.

— Я-я, рихтихь, ганц, клар!(нем. все верно, мы согласны) Мы согласны! — ответил один из них видя, что его товарищи не возражают и хотят понаблюдать за поединком.

— Одно условие — поединок будет проходить на двух сдвинутых столах, если кто-то коснется пола, то он проиграл.

Я посмотрел на столы — они были довольно внушительных размеров.

— Я согласен, — надменно ответил моряк, сделал шаг назад и взмахнул своей шпагой.

Мы с немцами освободили два близлежащих стола от посуды и сдвинули их вместе.

Образовался небольшой ринг размером четыре на три метра.

Одним движением я скинул куртку. Я посмотрел на Элайну.

Все же я немного переживал, что все увидят ее приятные округлости, но полупиждак-полукафтан прекрасно скрывал ее фигуру.

Я ловко вскочил на стол, и, с готовясь к поединку, трижды со свистом разрезал воздух своей шпагой.

Сорвав аплодисменты публики, я изящно поклонился.

Мои друзья посмотрели на противника. Он тоже скинул верхнюю одежду и остался в рубахе и штанах.

Он выглядел плотным качком, и я опасался, что этот немец обладает высокой скоростью.

Моряк, кряхтя и покачиваясь, поднялся на площадку для поединка.

Но все мои опасения были напрасными.

Я разделался с ним в считанные секунды. Многие даже не успели толком заметить, как я это проделал.

Я не стал дожидаться отмашки и сразу бросился в атаку. Немец не ожидал такой прыти и это послужило причиной его поражения. Зазвучали клинки, я мысленно считал удары своей шпаги. Примерно по два удара в секунду. Восемь, девять, десять, пауза.

Матрос взвыл. Его штаны на ягодицах были распороты по диагонали. Они тут же окрасились в красное.

В таверне раздался смех и вздох восхищения.

Немец пришел в ярость и попробовал атаковать, но я словно оса моментально уворачивался и сёк своего противника. Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь, пауза.

Противник снова взвыл.

Аарт исступленно стучал ладонью по столу и кричал, восхищено разглядывая меня и свою возлюбленную.

Я не терял концентрацию ни на секунду.

Тридцать три, пауза.

Снова стон отчаяния.

Немец выронил шпагу и держался двумя руками за свой окровавленный зад.

Я не давал ему перевести дух. Разогнавшись, я подпрыгнул, как на пружинах, и, схватившись руками за люстру, описал в воздухе большой полукруг. Я закончил движение ударом двух ног Гансу в грудь, столкнув противника со стола.

Трактир восторженно взвыл, словно римский Колизей, во время гладиаторского боя.

Люди кричали, взметнув руки верх и наблюдая этот удивительный поединок.

Щуплый юноша надавал лещей бывалому боцману.

Штаны моряка были распороты на лоскуты. Двое его друзей подхватили его под руки и вынесли из трактира.

В углу сидел богато одетый человек и с большим интересом наблюдал за происходящим.

Я обратил внимание на утончённый перстень с огромным сапфиром на его пальце.

Корпус покрывала причудливая византийская вязь, заставляющая взгляд цепляться за нее.

Когда страсти улеглись, я собрав уважение и восторг посетителей и персонала трактира, спрыгнул со стола.

Человек с перстнем крикнул в то же мгновение:

— Трактирщик! Неси самую лучшую выпивку и еду для храброго юноши и его друзей за мой счет! — мы посмотрели в его сторону, и он отвесил нам вежливый реверанс.

— Так же неси пиво для пострадавшей стороны. Неси столько сколько они сумеет выпить. Им нужно залить горе и позор.

В трактире раздался смех. Снова заиграла музыка трактир зашумел и запульсировал свой кабацкой жизнью.

Трактирщик подошел к нам и принял заказ.

Мы хотели поблагодарить господина в синем бархатном костюме, но когда обернулись к нему, то его след уже простыл.

— Кто этот господин, который оплатил наш ужин? — спросил я трактирщика.

— Разве вы не знаете?…

Глава 14

Интро. В предыдущей главе. Мы догнали своих друзей в трактире Папа Пай. Я заступился за честь маркизы и одержал верх в схватке с ганзейским матросом. Мы сразились с боцманом-немцем на шпагах, стоя на столах. За поединком наблюдал таинственный доброжелатель, оплативший наш ужин в честь моей победы.

Мы провели остаток вечера обсуждая случившееся за день.

Люди за другими столиками потеряли к нам интерес и это позволило нам расслабиться и спокойно поужинать.

Мы кратко рассказали про погоню и то, как Себастиан с Кристофером развернулись навстречу монахам, чтобы задержать их.

Я смотрел на Элайну и видел, что она время от времени вспоминает своего брата и его друга и беспокоиться о них.

Я же наоборот был уверен, в том, что у них все хорошо и мы скоро встретимся.

Глядя на мое спокойствие Элайна расслаблялась и улыбалась вместе со всеми.

Моя уверенность творила маленькое волшебство. Улучшив момент, я поднял кубок с за здоровье и удачу Себастиана и Кристофера.

— Давайте выпьем за наших смелых друзей, которых сейчас с нами нет, но я уверен, что удача на нашей стороне и мы скоро воссоединимся.

Все поддержали меня громкими возгласами.

Дария была уже достаточно пьяненькая, ее хорошенькая улыбка не покидала ее лица. В отличии от нее Аарт сохранял трезвый ум несмотря на то, что не отказывал себе в пиве.

Андреас тоже держался молодцом и не пьянел.

Хозяин трактира принес нам из погреба закупоренные красным сургучом бутылки, покрытые пылью, на них не было этикеток.

Но одно то, что другим подносили напитки в глиняных кувшинах, говорило о том, что нам действительно достались лучшие экземпляры из запасов трактирщика.

Он как бы между делом рассказал, что наш ужин оплатил сеньор Хуан Сьеса де Лион — очень богатый и известный военачальник, аристократ, ученый, политик, снарядивший не один десяток торговых и научных экспедиции в Латинскую Америку и отплывающий туда на днях.

Когда он рассказывал про него, большинство соседей снова обратили внимание на наш столик.

Выходило, что мы одни не узнали сеньора Хуана Сьеса де Лиона.

Я понял, что это имя было известно не только каждому матросу в порту и каждому жителю свободного города Бриэля, но и далеко за пределами европейского континента.

Меня очень заинтересовал этот человек и я сообщил трактирщику, что мне жаль, что мне не удалось с ним познакомится и пообщаться.

— Господин Сьеса де Лион, сказал, что он знает, кто вы.

Он посмотрел