Пуля для императора - Андрей Белянин

– Господи, что же будет? – всхлипнула Энни. – Неужели ещё одна большая война…

– Простите, кажется, я немного запутался… – В моей голове вдруг начали складываться цифры, даты и маршруты. – Сколько мне известно, завтра государь поедет в Петергоф?

– Если те двое на свободе, так я и гроша ломаного за ту поездку не поставлю, – сухо объявил Матвей. – Не доедет царь-батюшка до места.

– Но… я же говорил вам, Цепные Псы распущены, ордена больше нет, они считают, что охрана государя сама способна справиться с любой возникшей опасностью!

– В том и сомнений нет, хлопчик. Ежели что, дык они грудью Александра закроют! А ежели не будет опасности? Ну, что коли вдруг случайный выстрел из кустов придорожных, и всё? Ловить некого, и государя на ходу особо не прикроешь, не тот у него характер…

Я закусил нижнюю губу, чтобы не заорать на этого упёртого чурбана! Но в сурово сдвинутых бровях рыженькой Энни читалась тайная решимость. Они сговорились?!

– Вы хотите сказать… что мы должны сами поехать туда, всё проверить, посмотреть и удостовериться? Да кто нам позволит шерстить все кусты по маршруту следования императора… бред какой-то!

– А мы спрашивать будем?! – хмыкнул бывший конвоец, разглаживая усы, и поманил официанта. Нет, правильней – полового, их почему-то так тут называли. – Мил человек, а ну подай-ка нам две стопки водки.

– Три, – подняла указательный пальчик дочь английского посла. – Я тоже в деле, и у меня тоже нервы.

– Сей момент-с, исполним! – парень исчез с чисто танцевальной грацией, и действительно, меньше чем через минуту на столе красовались три гранёные стопки.

– А ты что там про Европу-то начал, хлопчик?

Я мысленно помахал ручкой радужным мечтам о тихой жизни в Цюрихе или Карлсбаде, первым поднял стопку и улыбнулся:

– Да так, сущая ерунда. Вернёмся к этой теме после спасения императора. За Россию!

Мы втроём церемонно чокнулись. Холодная водка обожгла горло. Мисс Челлендер вообще застыла с выпученными глазами, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть, и старый казак заботливо поднёс ей ржаную корочку к носу.

– Псиба-а…

– Жива, дочка? Ну и ладушки. А теперь двигайтесь ко мне поближе, думу думать будем. Я ж ту дорогу до Петергофа как свои пять пальцев знаю. И вот что мне представляется…

Мы с Энни придвинулись к Матвею, едва не касаясь друг дружку плечами.

– Дорога идёт ровная, проверенная. Коли государь один, без семейства поедет, так бывало, верхами часа за три-четыре доскакивали. А вот ежели с кем из близких, да в карете, тогда могли и остановку устроить. В хорошую погоду в чистом поле на чай накрывали, а в плохую в трактирчик по пути заглядывали, – он значимо выгнул бровь, мы оценили. – Место известное, хозяин опытный, да и солдатики там завсегда стоят. Однако ж, если об засаде всерьёз думать, так лучшего места и не найдёшь. Рощицы там густые, и кустов вдоль речки немало. А царь Александр личную охрану не особо жалует, под Богом ходит…

Да уж, рассказы о беспечности русского императора давно стали притчей во языцех. Его убеждённость в том, что в своей стране помазаннику Божьему по определению ничего грозить не может, буквально толкала окружающих совершить хоть какой-нибудь террористический акт, лишь бы убедить его в обратном.

Как я понимаю, в более молодые годы жизнь Александра не один раз спасали те же Цепные Псы. Лучше бы они приучили государя к большей осторожности…

– Матвей, у вас всё равно больше опыта в военном деле. Если мы хотя бы примерно знаем место, откуда может исходить опасность, то каковы должны быть наши действия по её ликвидации?

– На месте разберёмся, – беспечно потянулся наш главный советчик, стратег и тактик. Честно говоря, я ожидал услышать что-либо более практическое.

– Разве нам не нужно какое-нибудь оружие? – уточнила рыжая англичанка.

Видимо, её, как и меня, также не особенно прельщала перспектива решить всё на месте. И вообще, если мы полны решимости спасать императора от, возможно, в десятки раз превосходящего противника, лучше хоть как-то подготовиться! Места на кладбище заказать заранее, например…

– Без дела волну гнать не станем, Александр такого не любит. Пистолеты купим, ежели грошей хватит. Мне бы шашку лучше. Да они в здешних офицерских лавках стоят, как чугунный мост через ту же Неву! Меня ж потом жаба задавит…

– Хорошо, значит, надо докупить ещё два револьвера с патронами, – я мысленно сделал отметку в памяти. – Транспорт? Поедем верхами или наймём кучера?

– Я верхом. Вы в коляске с кучером.

– Разумно, – согласились мы с мисс Челлендер.

– А что мы будем делать, если кого-нибудь обнаружим?

Старый казак первоначально даже изумился примитивности вопроса, открыл было рот, закрыл, снова и снова порываясь что-то сказать, но…

– Матвей, а у вас есть какие-нибудь знакомые, которые могли бы с нами прокатиться? Ну, чисто так, прогулочным шагом, на всякий случай?

– В его величества личном императорском конвое есть, конечно, да толку? – задумался он. – Трое гуляющих ни у кого особых подозрений не вызовут, а ежели я с десятком верховых поперёк всей дороги шерстить начну, так только спугнём негодяев. А они в другой раз, в другом месте исподтишка ударят.

Мы помолчали. Действительно, если попытка покушения на императора в завтрашней поездке будет иметь место, то любая массовая акция военных или казаков тут же раскроет наши карты.

– Говорю ж, неслухи, на месте разберёмся. Будет мало – сами справимся, а будет много – так главное – шуму побольше поднять, да и галопом к императорскому поезду! Справимся, делов-то раз плюнуть… Эй, парень! А ну ещё налей!

Наверное, во всём виновата водка. Иначе ничем нельзя объяснить, что мы так легко с ним согласились. Старый Матвей вообще обладает какой-то первобытной харизмой.

Он способен уговорить вас расстаться с жизнью самым самоубийственным способом, типа драки десятеро на одного или нашего сумасшедшего прыжка с железнодорожного моста носом в реку, да ещё и испытывать при этом буквально щенячий восторг!

Фактически, сейчас он подписал меня и мисс Энни Челлендер на героическую гибель во имя русского трона. Ели китайцы посмели напасть на дом графа Воронцова, генерала в отставке, в центре Санкт-Петербурга, не боясь ни полиции, ни преследования, то значит, у их командиров очень высокие покровители…

Я не сомневаюсь, что лично фон Браунфельс и тот самый князь Юсупов не будут участвовать в покушении лично. Но и одного ренегата с мобильным отрядом наёмников в десять-пятнадцать человек более чем достаточно, чтобы неожиданно ударить по царскому кортежу. А мы трое (молодой мужчина, юная девушка, грозный старик с наполеоновскими комплексами) должны будем их остановить?

Сама эта мысль после третьей рюмки вдруг показалась мне невероятно смешной. Возможно, поэтому я не обратил внимания на шатающегося пьянчужку, два или три раза слишком близко проходившего мимо нашего шумного стола…