Волшебник-юнлинг - E. ea I

— Вердимиллиус, — Рон первым догадался о замолчанной подоплёке стирания следов и первым наколдовал искрящийся зелёный шар с квоффл.

Далее все начали, даже Симус выдавливал из себя шарики с грецкий орех. Волшебное упражнение красиво подсветило спальню зелёными оттенками — тоже плюс!

— Гарри, а ты будешь участвовать в Дуэлях Основателей? — напоследок поинтересовался Дин.

— Да, но в следующих семестрах. Спокойной ночи уже.

Пожелав друг другу спокойной ночи или приятных снов, мальчишки наконец-то заснули.

Глава 97

Откровения для и от Минервы МакГонагалл

Ночью Гарри-Грегарр спал, в кои-то веки просто спал, чтобы обойтись без гаданий и мук относительно Жезла, тоже просто уснувшего, чтобы организм пришёл к гармонии после внезапной магической и физической перестройки. Увы, человек проснулся спозаранку, а лукотрус всё ещё дрых, все его соцветия в этом время находились в закрытом состоянии, своими острыми кончиками словно бы отпугивая возможных хищников.

Поттер отвлёкся охотой на акромантулов, никакого развлечения не принёсшей из-за чрезвычайной лёгкости, даруемой чарами захвата и притяжения Карпе Ретрактум, сонным состоянием самих магических существ и их размерами с кулак подростка. Проредив гнездо на чёртову дюжину особей, Поттер перенёсся с ними в Тайную Комнату, где принялся отрабатывать заклинание Авис Максима и управление стаей.

В прошлой жизни джедай в низшем орденском ранге юнлинг ни разу не слышал о приёме Молния Силы. Простые рассуждения сводились к разрушительному эффекту, а потому это из арсенала ситхов — запретная тема. Можно ли назвать Молнией Силы или Молнией Магии то явление, которое на памятном выступлении на Каирском стадионе породило всех гром-птиц заклинания Люмосиавис? Оно никому вред не причинило, но ни в кого и не попадало. И всё же нет — эмоции добрые. Волшебник-юнлинг ради самозащиты помимо Телекинеза хотел научиться испускать из пальцев обычные Молнии, которые бьют мгновенно и точно в цель, иначе ему никак не справиться с опытными приспешниками Тёмного Лорда, если те сумеют застигнуть его врасплох. Способности феникса телепортироваться откуда угодно через гиперпространство, порождать умное пламя, исцелять и самому возрождаться из пепла в эту же оперу.

Достигнув промежуточных результатов и сделав подопытных каменными для складирования рядом с проклятым ежедневником, Поттер вернулся в спальню и отменил клона, созданного заклинанием Эгоморфус из эктоплазмы с капельками его крови.

— Рон, — мягко потряся за плечо. — Рон.

— Ампх… Умф… Уа-ах…

— Сегодня ужасный день — пятница тринадцатое, — шёпотом поведал Поттер.

— А? Э? Уа-ах… — кулачками протирая глаза.

— Сегодня ужасный день — пятница тринадцатое, — повторяя.

— И?

— Поэтому будем играть в конспирологов, — заговорщически объявил заводила.

— Уа-ах, Гарри, сунь эти ужасы в жопу Хэнка, уах, давай доспим сон… — широко и часто зевая, промямлил Рон, поворачиваясь на другой бок.

— Вот я и хочу устроить жопу Хэнка. Ты в деле или всё проспишь? — продолжая теребить за плечо и шептать.

— Уах, в деле, — буркнул Рон, повернулся на спину и откинул одеяло.

— Тогда запоминай. Сегодня с общего подъёма и до общего отбоя обо всём говорим иносказательно. Например, вместо «пойдём в туалет» надо говорить «пойдём замочим кого-нибудь», или вместо «пойдём кушать» сказать «айда резать и расчленять». Понятно?

— Ужасно. Уах… Гарри, пожалей мою голову, а? Если мои мозги сломаются, кто обдерёт Снейпа в шахматы? Уа-ах…

— Цель всем сломать мозги, чтобы загодя убрать твоих конкурентов, — заговорщическим тоном объяснил Поттер.

— Кхех… Темпус. О, ещё пять самых сладких минут до будильника… — и обратно закрылся одеялом, ещё хранившим его тепло.

— Я предупредил, — и отстал от подельника.

Зарядка сегодня слегка задержалась, потому что после умывания мальчишки с любопытством собрались вокруг аквариума, накрытого тканью, чтобы свет при чтении книг не мешал жабе спать. Невилл с затаённым сердцем чудовищно медленно сорвал ткань.

— Ого!

— Вау!

— Ух ты!

— Круто!

— Эм… — сам Лонгботтом недоумённо почесал затылок при виде Тревора, из болотно-зеленой жабы ставшего зеленовато-золотой жабой с красно-золотыми бородавками и янтарного цвета глазищами.

— Ква-а-а-а, — голодно протянул Тревор.

— Ах, да, конечно, ты голоден, Теворчик. Сейчас-сейчас, — засуетился Лонгботтом, чайной ложкой доставая из банки заторможенных колорадских жуков и высыпая в аквариум рядом с «грядкой», где его стараниями появилась махонькая поросль нового сорта лилии.

Мальчишки повторно поразились, когда изо рта жабы вырвался пылающий язык и с характерным шипящим звуком поджаривания схватил нескольких жуков. Сам хозяин жабы офигел больше всех!

Тут прочирикал Лим, севший на край аквариума, заглянувший внутрь и еле успевший слететь, избегая огненного языка чуть подросшей и осмелевшей жабы.

Повидав одно чудо-юдо, все пятеро мальчишек окружили пальму, на которой зашевелился остро-пупырчатый лукотрус. Увы, никаким индикатором он не стал, а цветочки остались в цветах огненного спектра — красно-оранжевые с жёлтым. Они распустились на всех веточках, кроме лицевой части. Лепестки с плавным градиентом меняли цвет согласно внутренним колдофизиологическим процессам волшебного тела лукотруса. Смотрелась эта цветочная одёжка по-пижонски, особенно стильно выглядели зелёные листочки на голове и кистях. Никаких огненных дыханий или плевков, ни искрящейся огненной пыльцы, ни живительной секреции из листьев. Легко догадаться, что новые особенности не появились потому, что Поттер не применял к Жезлу крутое колдовство, как к Тревору, а потому лукотрус банально расцвел и всё.

— А у лукотруса моей прапрабабушки Ханны цветение напоминало ивовое, три жёлтые почки, похожие на мохнатых гусениц, — всё-таки сообщил Невилл. — А ещё известны серьги, как у дуба и берёзы.

— Это женские варианты цветения, — усмехнулся Поттер. — На самом деле вылезание цветочных почек или серёжек мне говорит о том, что в том месте лукотруса касались волшебной палочкой, а в нашем случае нужная для начала цветения магия равномерно распределилась по всему его тельцу.

— А каким заклинанием, Гарри? — полюбопытствовал Рон.

— Ну, если так подумать, то формально лукотрус относится к деревьям, значит, первым в комбинации будет Арборивикус, а вторым, понятное дело, Орхидеус. То есть заклинание типа Арборивикус Орхидеус. Просто лукотрусы слишком незначительны и сами размножаются почкованием, чтобы задумываться о стимуляции их цветения. Можете выдать эту формулу, друзья, пусть желающие изобретают жест, если его ещё нет в справочниках, а про меня и Симуса молчок.

— Окей, — Дин изобразил, как зашивает рот.

— Могила, — поддакнул Рон.

— Ни-ни, — выдал Невилл.

Симус с благодарностью взглянул на