Пароль «Аврора» - Мила Бачурова

Коротким взмахом Джек прорезал одеяло в середине. Помог Даше просунуть голову в получившееся отверстие, вышло нечто вроде пончо. После этого развел ее руки в стороны и снова принялся резать – на пончо обозначились рукава. Взяв у Шелдона веревку, Джек примотал свисающие куски ткани к рукам изумленной Даши. Полы одеяла обернул вокруг ее тела. Удовлетворенно оценил:

– Зашибись – красотка!

После того, как тем же оригинальным способом Дашу нарядили во второе пончо, поверх первого, она почувствовала себя куклой-неваляшкой. Если, не дай бог, упадет, подняться самостоятельно не сможет.

Джек, оценивающе оглядев Дашу, отрезал от низа одного из одеял широкую полосу. Соорудил на голове девушки тюрбан. Шелдон, ворча, покопался в рюкзаке и извлек нитяные рабочие перчатки – до того, как все случилось, такие считались одноразовыми.

– Готово, – объявил довольный Джек. – Красотища – хоть на выставку!

Сам натянул, поверх собственных куртки и брюк, куртку и брюки Шелдона. И они направились в хранилище.

***

Даша в своем крайне неудобном одеянии едва семенила ногами. Джек, хмыкнув, без лишних слов взвалил спутницу на плечи.

– Потяжелела маленько, – похвалил он. – Хоть чувствую, что девку тащу, а не котенка дохлого.

Неприязнь из тона исчезла, как не было. С Дашей разговаривал прежний Джек, веселый и неунывающий.

Дверь хранилища он открыл просто – приложил к замку пропуск. На изумленное Дашино: «Где ты взял карточку?» – она точно знала, что пропусков всего четыре, у Сергея Евгеньевича, Вадима Александровича, Елены Викторовны и Григория Алексеевича, – ухмыльнулся: «Под елкой нашел. Дед Мороз в Новый Год подарки дарит, слыхала?» И Даша поняла, что других объяснений не услышит.

А в хранилище было холодно. Боже, как же там было холодно! Человеком Даша чувствовала себя лишь в первые полчаса, потом, несмотря на все намотанные тряпки, начала замерзать.

Пальцы в нитяных перчатках, которыми она пересыпала, переливала и перекладывала нужные вещества по пакетам и пластиковым контейнерам, еле шевелились. Если бы не Джек, сбежала бы из ледяного, освещенного мертвенно-белыми лампами помещения давным-давно. Но неутомимый адапт не давал отвлечься ни на секунду. Он, следуя указаниям, то подтаскивал к нужной полке стремянку, то придвигал ближе к Даше емкости с нижних полок, то теребил ее, поднимая на ноги – фасовкой реактивов девушка занималась прямо на полу, – и тащил дальше, вдоль бесконечных стеллажей.

Навыками фасовки ловкие пальцы Джека овладели быстро. С пакетиками и тубами он управлялся не хуже самой Даши – но вот помочь ей в поисках реактивов ничем не мог, девушка быстро поняла, что адапт с трудом читает даже русские буквы, не говоря уж о химических обозначениях.

Время от времени Джек извлекал из-под куртки термос и заставлял Дашу сделать глоток. Желудок с благодарностью втягивал согревающий напиток, организм немного оживал, и пальцы начинали шевелиться быстрее. Но под конец чай уже не помогал, Даше начало казаться, что у нее замерзли даже мозги. Двигалась она, поддерживаемая Джеком, как сомнамбула, соображала с трудом. До нее не с первого раза дошли слова адапта о том, что список Кирилла закончился.

Когда Джек выпустил Дашу в коридор, ее уже не держали ноги. Медленно, словно сдуваемый мяч, Даша осела на корточки вдоль стены – не в силах даже обрадоваться тому, что пытка холодом прекратилась. Так и заснула бы прямо в коридоре, но Джек не позволил.

– На спину залезай, – скомандовал он, появившись перед Дашей и усевшись на корточки. Обернулся, быстро разрезал веревки, скрепляющие одеяла, и помог девушке забраться к себе на закорки. – За шею хватайся… Приберись тут, – это было сказано Шелдону. – Чтобы вид был, как муха не садилась. И собирайся, через час выдвигаемся… Але, лапушка! Ты не дрыхнешь там? Панамку – держи крепче!

И рванул с Дашей на спине по бункерным коридорам с такой скоростью, что задремывать девушка мгновенно перестала. Только и успевала пригибаться, когда Джек проносился под низкими притолоками, выбегая на лестницу или в боковой коридор.

Направления он выбирал сразу и безошибочно, но Даша была настолько занята попытками уберечь голову от столкновения с потолком, что на подобные мелочи внимания не обращала. Лишь под конец стремительного путешествия поняла, что пугалась зря – Джек сам наклонялся в нужных местах, не позволяя ей дотронуться до потолка.

На пол он ее опустил, только когда занес в комнату. Сразу по-хозяйски прошел в душевую и включил воду. Разрезал на Даше остатки веревок, помогая высвободиться из одеял.

– Под воду горячую залезай. – Он оглянулся на панель управления. – А здесь я щас такую Африку забабахаю, что папуасы от зависти усрутся!

Даша прошла в ванную, заперла дверь. Разделась и съежилась на корточках на дне душевой кабины. Она до того замерзла, что рука с трудом удерживала лейку душа.

Кабина быстро наполнялась паром. Горячая вода согревала – по-настоящему, а не как глотки из термоса. Наконец-то… До чего же приятно.

Елена Викторовна в юности ездила в путешествие на Азорские острова – до того, как все случилось, были такие в Атлантическом океане. И рассказывала про теплые водопады. Обычные водопады – это красиво, но очень холодно, потому что вода в них – с тающих ледников. А на тех волшебных островах вода берется из горячих гейзеров. И водопады теплые! Можно бесконечно сидеть под ними, любоваться природой и наслаждаться покоем и гармонией…

Ох!.. Ну вот зачем?!.. Почему ее снова теребят?.. Куда и для чего опять нужно идти?.. Она так устала, что ни закричать, ни даже заплакать сил нет…

– Всё, всё, – услышала Даша успокаивающее бормотание, – не брыкайся. До койки дотащу, и дрыхни на здоровье.

В следующее мгновение она поняла, что нет вокруг никаких водопадов. И что это неугомонный Джек снова поднял ее и снова куда-то несет.

Через несколько секунд он бережно опустил Дашу в ее же постель. Кричать и плакать было, кажется, незачем. Даша попыталась шевельнуться, но поняла, что крепко спеленута в купальную простыню.

– Согрелась хоть? – Джек заботливо укрыл ее одеялом.

– Да…

– Окей. – Он, отстранившись, оглядел укутанную Дашу. Подобрал с пола обрывки веревок, искромсанные останки одеяний. – Ты все хоть помнишь? Память не отморозила? – Джек бодро улыбался, но Даша вдруг поняла, что всерьез за нее беспокоится.

– Помню, – с трудом, на самом деле, припоминая наставления адапта, проговорила она. – Ты придешь через десять ночей. Когда все заснут, я должна открыть люк.

– На сколько секунд?

– На двадцать.

– А потом?

– Потом сразу закрыть. И если ты не придешь, открыть на следующее утро. Когда все заснут. И так делать каждое утро, до тех пор, пока ты не придешь.

– Молодец, – похвалил Джек. – Всё, лапушка! Откисай, заслужила. – Свободной рукой он растрепал Дашины волосы.