Император. Прогрессор. Маг - Игорь Дикарёв

Я познакомился с ним, когда был ребёнком и жил во дворце. Тогда он мне казался настоящим примером, идеалом, к которому стоит стремиться. Он неистово презирал любых разумных кроме катарианцев, и спустя годы его взгляды ничуть не изменились, поэтому неудивительно, что бунты концентрировались вокруг него. Хотя, возможно, отмена мною Кодекса была лишь предлогом для того, чтобы попытаться захватить власть в свои руки, а моё отбытие на борьбу с роем —лишь удобным моментом для осуществления давно вынашиваемых планов.

В любом случае, разведка докладывала о том, что он, собрав под своим знаменем недовольных, проделал путь с Запада империи до Изумрудной, затем, продолжая пополнять ряды подчинённых, двинулся на север к столице. Было это всего лишь два дня назад. Собрать ему удалось около тридцати тысяч воинов, большая часть которых была плохо вооружёнными новобранцами, но двигался в Бертол он не просто так. В столице несли службу самые опытные военные, которые тоже были многим недовольны. Это были самые настоящие ветераны, которые согласно имеющимся порядкам по выслуге лет должны были получить окончательный расчёт и покинуть службу, но когда в прошлый раз я приезжал в столицу, я не мог их распустить, так как столице нужна была охрана.

Сейчас ветераны могли присоединиться к Гирку, и тогда мне будет достаточно сложно противостоять ему, особенно если он не даст генерального сражения, а двинется на север, чтобы и дальше пополнять свои войска.

Фора его была совсем небольшая, и этим я решил воспользоваться. Нужно постараться догнать его до того, как он доберётся до столицы. Я велел двигаться весь день, не делая привалов, а конных лучников, во главе которых временно поставил Тита, и вовсе отправил вперёд, чтобы они постоянно беспокоили противника, наносили болезненные удары, заставляя противника двигаться в доспехах, теряя ход и силы.

На лагерь мы встали уже в кромешной темноте, а в путь двинулись рано утром.

Я втянул носом воздух и понял, что догнать Гирка до столицы нам всё же не удастся. Это мне подсказывало обоняние. В воздухе витал аромат дома. Сухой горячий запах степных трав, в котором совершенно не ощущалась приближающаяся зима, потому что в этих краях её и не бывает. Слишком близко столица, и нам не догнать противника. Так и вышло.

Во второй половине следующего дня мои разведчики доложили, что на расстоянии одной дали от нас они видят отряды противника.

Я взял с собой всю кавалерию, и мы помчались в атаку. Пехота получила приказ ускоренным маршем двигаться вперёд.

Спустя половину десятины на горизонте показались стены столицы, рядом с которыми располагалось войско бунтовщиков. Похоже, шла осада. Мы погнали наших эйхо вперёд. К нам навстречу нёсся отряд всадников, вскоре стало понятно, что это Тит в сопровождении нескольких воинов. Увидев его, я скомандовал:

— Всем стоять! Тит, докладывай!

— Фух, умаялся, ваше императорское величество. Весь зад отбил на этой паршивой кобыле! Не моё это — отрядом конных лучников командовать, лучше уж кого из тимурлинов назначьте, а я и дальше буду машинами осадными руководить!

— Позже это обсудим, ты по делу давай докладывай!

— Врага, как только настигли, так сразу отвлекать стали. Продвижение, как и велено замедлили, но больно поздно нагнали мы их, поэтому успели они до столицы добраться до вашего прихода. Их примерно тысяч двадцать пять — тридцать. Мы около двух тысяч катарианцев смогли подбить за время вылазок. Они хотели войти в столицу, но городские ворота оказались закрыты, а нападающих стали обстреливать. Теперь, узнав о вашем приближении, они решили на атаку столицы не идти, а уходить дальше на север.

— Вовремя мы успели. Бери своих — пойдём в атаку. Надо немного напугать бунтовщиков.

— Слушаюсь!

Тит умчался также стремительно, как и прибыл ко мне. Зря он жалуется — отлично в седле держится, но вернуть его в командиры осадных машин всё же придётся. Если толковых всадников ещё можно найти, то лучше олодцев в их машинах никто не разбирается.

Вскоре мы нагнали арьергард неприятеля, состоящий из мечников. Для кавалерии это никудышный противник, поэтому, зайдя с левого фланга и двигаясь в сторону городских стен, мы отсекли от колонны отступающих немалый отряд врага и стали теснить его и обстреливать. Основная часть врага продолжала отступать, мы же сосредоточили внимание на отставшем отряде.

Сдаваться они не собирались, а мы не спешили с началом полномасштабной атаки, дожидаясь пехоту. Вскоре пешие воины добрались до поля боя. Вместе мы окружили отставших противников. Под градом стрел они были вынуждены сдаться.

Я стал искать их командира, но оказалось, что командующий офицер был убит стрелой. Тогда я сказал, обращаясь ко всем окружённым воинам:

— Как вы посмели восстать против своего императора?

Кто-то из толпы выкрикнул:

— Мы чтим Кодекс, поэтому тот, кто осмелился идти против него, не может быть нашим императором!

— Глупцы! Неужели вы не понимаете, что вас обманули? Раз уж вы до сих пор вопреки моей воле чтите Кодекс, то как смеете сражаться против законного правителя? Кодекс прямо запрещает это делать!

— Тот, кто пошёл против Кодекса, не может быть законным правителем! Мы убьём тебя!

Вот в этом я очень сомневаюсь.

— Сложите оружие, отрекитесь от Кодекса, и тогда я пощажу вас.

— Никогда мы этого не сделаем!

— Ну что же, это ваше право. Тогда умрите! Лучники — залп!

В окружённого врага полетели тысячи стрел. Катарианцы пытались закрываться щитами, прятаться за другими воинами, но спустя несколько мгновений все были мертвы.

На поле боя лежали окровавленные тела, несколько моих воинов ходили и добивали раненых. Видит Первояйцо, я не хотел этого, но они сами выбрали свой путь, отказавшись принять новшества. Возможно, зря я затеял отмену Кодекса, и напрасно приходится убивать представителей собственного народа, но отказываться уже поздно. Придётся идти по выбранной дороге до конца.

Разобравшись с противником, мы вошли в столицу. Перед нами открыли главные ворота, навстречу мне выехал Морт в сопровождении свиты.

— Приветствую вас, ваше императорское величество!

— Здравствуй, Морт. Я рад, что ты не дал противнику проникнуть в город. Как обстановка в столице?

— Не слишком хорошо. Ветераны бунтуют, отказываются выполнять приказы. Мне удалось организовать оборону и создать какое-то подобие порядка, но за счёт новобранцев.

— Хорошо. Оповести ветеранов о том, что я хочу с ними встретиться. Пусть сейчас же собираются на главной городской площади. Скоро я прибуду.

— Со всем уважением, может быть, вам не стоит