Четки - Рафал Косик

— Вы серьезно относитесь к необоснованным обвинениям, — отозвался Крушевский, — а тем временем сами используете детей.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — сказал мэр.

— Это пресс-конференция, — вмешался ведущий. — Дебаты уже закончились.

— Я имею право на защиту от мерзких анонимных обвинений, — Крушевский повысил голос. — У меня есть важная запись. Прошу канал AV.

— Это пресс-конференция, а не кинотеатр, — взволнованно запротестовал Велицкий. — Перейдем к следующему вопросу.

Он хотел оттянуть потенциальную угрозу, утопить ее в других вопросах. Он сделал работу ведущего и указал на первую поднятую руку.

— Мы хотели бы увидеть эту запись, — сказал журналист.

* * *

Ныса, стоявшая перед Триумфом, изменила цвет на оранжевый, надпись «Сантехнические услуги» исчезла. Вместо нее появился логотип — белые буквы «ЭЛ» в круге. Харпад заметил это только сейчас, сначала ему показалось, что рядом погас фонарь. Нюхач замер, когда до него дошло, что это означает. Из Нысы вышло четыре человека в черно-оранжевых комбинезонах и золотых касках. Они не могли ему ничего сделать, его ПО равнялся нулю, но такая близость элиминаторов вызывала у него дрожь. Конечно же, они прибыли не за ним, речь о ком-то другом. Они двинулись в сторону здания Совета.

Он понял, за кем они идут. Провокация Талинского удалась. Благодаря Ренате. Поэтому изменение показателя Крушевского ничего не дало, а модификация касается только визуальной части интерфейса g.A.I.a. Тогда Вольф… Тогда Марыся…

* * *

На экране над головами участников конференции появился хит дня — фильм с Велицким, спасшим девочку. Мэр не улыбался, он знал, что конкурент что-то задумал.

— Мы видим здесь отважного мужчину, спасающего ребенка, — Крушевский получал быстрые инструкции от Элизы и комментировал фильм, которого раньше не видел. — Сейчас мы увидим то же самое, но с другой камеры.

Сначала трудно было понять, что представляет собой другая запись. Она была с камеры наблюдений, размещенной в пролете Гданьского моста, который находился в двухстах метрах от места происшествия. Цифровой зум выхватил Велицкого и Сильвестра, идущего по берегу в сопровождении охранников. Картинка, хотя и не четкая, показывала, что происходит в двадцати метрах за ними. Женщина и девочка спускаются к воде, девочка что-то отдает женщине, и та толкает ее в воду.

— Это не случайность, — протянул Крушевский. — Миранду Кавалец толкнули в воду.

— Но я не знал об этом! — заявил Велицкий. — Как вы видите, эту ситуацию я заметил спустя какое-то время. Родная мать толкнула девочку в воду. Если бы я не кинулся ей на помощь, она бы умерла! Крушевский показал эту запись, чтобы отвлечь внимание от него самого.

— Как вы видите, Миранда хорошо плавает, — Крушевский показал на экран. — К тому же она удалилась от берега, чтобы оказаться в главном течении.

— Ее матери заплатили, чтобы она толкнула дочь, — услышал он в наушнике голос Элизы.

У нас есть доказательства?

— Будут через несколько минут.

То есть нет?

— Потом будем беспокоиться!

— Ее матери заплатили, чтобы она толкнула дочь.

— Я впервые об этом слышу, — Велицкий развел руками. — Тогда я сделал то, что должен был. Каждый бы на моем месте сделал то же самое. Я не знаю, что двигало той женщиной. Полиция это выяснит. Если эта версия подтвердится, я потребую лишить ее родительских прав.

— Вы навещали ее в больнице через два часа после инцидента.

— Я уже говорил, что только сейчас узнал, как это случилось. Вы бы не бросились спасать ребенка?

На экране Велицкий несколько часов назад приветствовал Миранду и ее мать, вручал им цветы и конфеты «Ведель».

— Все это видели. Поговорим лучше о вас.

— Еще только один кадр.

— Еще только один кадр.

Снова появилась запись на берегу Вислы, с дрона, висевшего в двадцати метрах над землей, принадлежащего другому каналу. Ассистент Велицкого вытаскивает из багажника полотенце, чтобы отнести его промокшему мэру. Пиджак остался на плечах Миранды. Стоп-кадр и увеличение содержимого багажника.

— Это вы тоже можете объяснить? — спокойно спросил Крушевский.

Мэр Велицкий, а вместе с ним и все Кольцо Варшава, смотрели в багажник, где из лежащей на дне сумки торчала коробка конфет «Ведель».

* * *

Харпад спрыгнул с крыши и кинулся бегом в сторону толпы перед Советом. Если Элиминация заберет Крушевского, то Вольф не отпустит Марысю. Он чувствовал, что она где-то рядом. Он проталкивался между людьми. Они топтали газоны и клумбы, кричали что-то и махали транспарантами. Полиция не реагировала, потому что никто не выходил на проезжую часть и не пытался блокировать проезд официальных лимузинов. СМИ игнорировали неразбериху, воспринимая ее как фон разразившегося на пресс-конференции скандала. Все репортеры и все летающие камеры обступили выход из здания. Даже боковой, на случай если кто-то из политиков захочет ускользнуть.

Элиминаторы кружили в толпе, вызывая беспокойство. Когда его заберут? Вытащат из конференц-зала или подождут, когда он выйдет сам? Харпад посмотрел на большой экран на крыше фургона Седьмого канала — Крушевский все еще был внутри. Если бы забраться куда-нибудь повыше… Нет, это ничего не даст, Марыся ростом едва ли метр тридцать. Если она где-то тут, то ее держат в машине или в гуще толпы, чтобы незаметно отпустить. Неужели они настолько уверенны, что не беспокоятся о присутствии полиции?

Он огляделся. Увидел несколько детей, родители которых расценивали это мероприятие как вечернее развлечение. Здесь собралось несколько тысяч человек, которые передвигались, подпрыгивали, кричали и махали транспарантами. Найти среди них маленькую девочку будет нелегко.

* * *

— Конфеты лежали в багажнике, потому что все было подстроено, — заявил Крушевский, воспользовавшись тем, что мэр затягивает с ответом.

— Я… я часто покупаю такие конфеты, — Велицкий отчаянно пытался найти объяснение. Самый простой ответ, что это фотомонтаж, не пришел ему в голову. — Я их люблю, поэтому такие же подарил девочке.

— Вы ведете здоровый образ жизни. Конфеты явно не для вас.

— Моя диета не должна вас беспокоить. Я отвез в больницу конфеты, которые несколько дней ездили в багажнике.

— Цветы тоже ездили?

— Цветы тоже ездили?

Велицкий не понимал, что происходит. Крушевский тоже, но нажал кнопку на коммуникаторе. Фильм начался в замедленном темпе и остановился на моменте, показывающем головки роз в целлофане в багажнике. Сбоку появился меньший экран со сценой из больницы. Конфеты и розы.

— Вы знали, что поедете в больницу к Миранде Кавалец, до того, как она упала… то есть до того, как ее столкнули в Вислу?