Девятый 2 - Алексей Шмаков

— Что здесь происходит? — спросил глава рода.

— Ничего особенного. Просто мы не хотели собирать совет рода, пока ты находился в отключке. Вот и попросили Павлова помочь, — произнёс Зверь, выпуская силу.

Сейчас они находились не в специально отведённом для таких вот собраний помещении, поэтому необходимо было перестраховаться. Следом за патриархом к его силе прибавили свою и все присутствующие. Даже Фёдор Дмитриевич, что удивило главу рода. Он думал, что дядя ещё слишком слаб, чтобы пользоваться даром на полную катушку.

— Где Андрей и Яна? — задал ещё один вопрос Михаил Владимирович. Раз это совет рода, то на нём должны присутствовать все члены семьи, имеющие на это право.

— Мы решили, что на этот раз им не стоит приходить на совет. Андрей уже высказал свою позицию и не собирается её менять. А Яна в любом случае будет поддерживать брата. В этом я не сомневаюсь, — ответила Ольга.

Только сейчас глава рода вспомнил, что перед тем, как вырубиться он хотел убить Бастиона и даже бросился на него, но наткнулся на защиту, поставленную женой. А затем его разум буквально взорвался.

— Почему ты помогла им?

— Потому что, ты мог наломать слишком много дров. Роду потом не удалось бы справиться с последствиями. Одно дело, когда мы убили членов знатных родов в бою и совсем другое, когда ты кидаешься на пленного. К тому же этот пленный князь Романов.

— Плевать! Он поклялся, что уничтожит Шуйских, а значит, сам должен умереть.

— Здесь ты не прав Миша, — покачал головой Фёдор Дмитриевич. — Романов не тот человек, которого вот так просто можно убить. Последствия для рода будут очень серьёзными. Сделай ты это и Шуйские лишатся поддержки очень многих родов. Я хоть и только начал знакомиться с тем, что досталось мне от Елизаветы, но уже могу сказать, что император в любом случае не посмеет ничего сделать Володе. В этом случае он гарантированно получит революцию и угадай, какой род её возглавит?

Да тут и гадать было нечего. Это сделают Романовы. Правда, если Бастион будет мёртв, они вряд ли осмелятся на подобное.

— Получается, что вы все согласны с тем, что род будет уничтожен? Что за нашими детьми и внуками будет идти постоянная охота? Как вы вообще можете о подобном говорить?!

— Разве ты слышал, что мы говорили о подобном? — спросила Ольга, постепенно начиная закипать.

Михаил Владимирович прекрасно знал жену и видел, что она готова взорваться. Но сейчас ему было на это плевать. Он глава рода и должен заботиться о его процветании, уничтожая врагов и одаривая друзей.

— Хватит! — произнёс Зверь, заставляя всех замолчать. — Эту проблему я беру на себя. Романов уже получил от меня официальный вызов на последнюю дуэль. Вы прекрасно знаете, что это означает. Неважно, кто из нас умрёт. Оставшийся в живых снимет все свои претензии к роду погибшего.

А вот это уже было очень серьёзным заявлением. Подобные вызовы мог одобрить только император и похоже, что Зверь совершенно не сомневался, в его одобрении. А вот Михаил Владимирович считал по-другому. Вяземский во время боя Зверя и Бастиона ясно дал понять, что империя не может потерять внерангового одарённого. А последняя дуэль сама собой подразумевала смерть одного из бойцов. Ведь бой идёт до того момента, пока один из противников перестанет дышать. И вмешиваться запрещено даже целителям. За этим будет следить отряд императорских гвардейцев, которые убьют любого, кто попытается вмешаться. Даже если это будет сам император.

— Этот вызов решает сразу несколько проблем, — продолжил говорить Зверь. — Пока не состоится этот бой, я и род Шуйских неприкасаемы. Правило, которое не посмеет нарушить даже император.

— Ты думаешь, это остановит Кианга Тан? Он уже показал всем, что плевать хотел на законы империи. А его монстры могут напасть на нас в любой момент. Без тебя мы не сможем отбиться. В прошлый раз нам удалось это сделать только благодаря Восьмой и мы едва не потеряли Яну, — перебил отца Михаил Владимирович.

— С вами останется восемь бойцов из отряда Вяземского. Плюс прибудет усиление ещё от шести родов. Всё уже согласованно с имперской канцелярией. Поэтому ни у кого не возникнет вопросов правомерности размещения у нас в поместье таких сил. Даже если меня не будет, вам помогут защититься. А про Кианга можешь не волноваться. Гриша пообещал, что как только мы окажемся в столице, первым делом заглянем к этому ублюдку и арестуем его. Приведёт он к императору не одного меня, а ещё двух архаровцев. Вы же тут не сидите без дела и начинайте раскручивать дело, с которым мы хотели идти в имперский суд. Сейчас для этого самое подходящее время.

— А если мы будем против того, чтобы ты ехал в столицу?

— Если совет рода решит так, значит, я никуда не поеду. Значит, род Шуйских вступит в бой с отрядом Вяземского, — совершенно спокойно ответил Владимир Дмитриевич. — Вполне возможно, что мне удастся одолеть Тень. Мы ни разу не сталкивались с ним в бою. Поэтому ничего не могу сказать по этому поводу. Но знаю точно, что погибнет очень много верных нам людей. Второй такой бойни род не выдержит.

— Предлагаю просто перейти к голосованию. Кто за то, чтобы Володя отправился в столицу вместе с Вяземским? — поставил точку в этом разговоре Фёдор Дмитриевич.

Впрочем, он был совершенно прав, всё уже было сказано и необходимо принимать решение.

Три руки были подняты и голос Михаила Владимировича уже ничего не решал, поэтому он также присоединился к остальным.

Решение было принято теперь оставалось сообщить об этом решении Андрею и Яне. И делать это Михаил Владимирович не хотел. Поэтому он попросил об этом отца. Ему они точно не посмеют ничего возразить.

Но раньше, чем они успели разойтись, в дверь начали долбиться, не переставая этого делать ни на секунду. Это был кто-то из самых близких слуг. Больше никто не смог бы подойти к двери. Защита не позволила бы этого сделать.

Ольга поспешила открыть дверь, за которой оказался Шелест.

— Со мной связался Рыжий. Максима и Восьмую поймали работорговцы и уже успели переправить в Восточную империю.

— Что?! — взревел Зверь, оказавшись рядом с Виктором Петровичем. Но безопасник даже не сдвинулся с места, стойко приняв гнев