Антидемон. Книга 4 - Серж Винтеркей

сможем в ближайшие годы ночевать в дикой местности? Наши ночные рейды из Академии такой возможности не предполагали — пока доберешься до нужного портала, пока поохотишься — уже и ехать пора обратно, чтобы хоть немного выспаться все успели перед занятиями. Стоил такой артефакт девять сотен золотых монет, так что и вопрос был понятен — стоит ли его держать про запас, если он может еще долго не понадобиться? Даже на лето, чтобы перемещаться в караване при необходимости, он не годился в силу своих особенностей — артефакт тут же поднимал тревогу, если кто-то попадал в охранный контур. Был он у него размером в тридцать метров вокруг места установки, так что пришлось бы далеко отходить от каравана, чтобы ночью каждый, кому надо мимо пройти по своим делам, не поднимал тревогу. А вот чего точно не стоит делать, когда путешествуешь с караваном — так это отдаляться от него. На таких неосторожных путешественников бандиты всегда нападали первыми.

Второй артефакт был еще дороже — стоил под две тысячи золотых. Сделанный в форме изящного кольца на палец, он тут же определял, не пытаются ли тебя отравить, анализируя любое питье и еду, что появлялись в метре от тебя. Обнаружив что-то не то, сразу же больно колол палец — такой сигнал мимо не пропустишь. Нет, так-то вещь стоящая — но две тысячи золотых!

И третий артефакт тоже был спорным. Если его перед сном положить в изголовье, то поутру ты получал прибавку в десять процентов к запасу маны на несколько часов. Это, конечно, неплохо, но за полторы тысячи золотых монет дороговато. Тем более к чему любому из нас в Академии на лекциях дополнительная мана?

— Итак, у нас 60600 золотых монет и несколько дорогих артефактов, — сказал я, — боюсь, что, учитывая столичные цены, этого не хватит даже на крохотное родовое поместье. Так что вся надежда на то, что наша операция по нападению на караван с наркотиками и бандитов-покупателей пройдет успешно. На сумму в сто тысяч золотых монет, думаю, мы сможем уже какое-то поместье подобрать.

Тут же обсудили, что делать с артефактами. Решили оставить охранный артефакт — возможно, удастся приспособить его для охраны в новом поместье, а два остальных предназначили к продаже.

Кроме этого, решили ввести режим жесткой экономии — все, что будем зарабатывать в ближайшие недели, складывать в общий котел, все траты согласовывать вместе. Кроме самого поместья в него понадобятся и слуги, и мебель, возможно, и деньги на ремонт — так что кидаться деньгами налево и направо мы себе позволить не можем. Никто не возражал, даже Эрли, хотя она и вздохнула жалостливо. Небось что-то себе уже присмотрела из модной одежды у других студенток и планировала прикупить на каникулах.

Завтрашний день — первый день новых каникул — тоже решили отметить нестандартно. Острая нужда в деньгах и не на такое подвигнет! Вначале заехали к агенту по торговле недвижимостью, поставили задачу поиска родового поместья не дороже ста тысяч золотых монет. А потом собрали свое снаряжение и впятером отправились за город, чтобы заняться портальной охотой.

Рабош, столица

Сразу после возвращения с практики Рабош, внимательно оглядываясь, чтобы не попасться на глаза кому-то из знакомых студентов, поспешил домой. Каникулы были короткими, так что времени на то, чтобы как следует отдохнуть, было не так и много. Но вначале, конечно, следовало отчитаться перед отцом.

Отчий дом располагался не очень далеко от Академии — в столице было много приличных районов. В одном из самых богатых и жил отец Рабоша — Вэйронис, глава стражи города. Должность во многом политическая, занимая которую, неизбежно наживаешь множество врагов — поэтому отец и решил, что сыну стоит учиться в Академии анонимно, под личиной провинциала. Как ни лавируй на такой позиции, а все равно близко сойдешься с определенными влиятельными кланами, после чего станешь врагом для других, их соперников. Столица не резиновая — давая шанс заработать одним, неизбежно наступаешь на мозоли другим. Зачем же давать врагам шанс отыграться на его сыне? Дуэли в Академии не только разрешены, но даже и поощряются, как главный способ разрешения противоречий между студентами. К сожалению, это еще и прекрасный способ выплеснуть часть негатива серьезных кланов к главному стражнику — влиятельному человеку, все же стоящему вне клановой структуры. Отец вовсе не хотел, чтобы на одной из таких дуэлей его сын и погиб.

Так что имя сына было сменено с Конра на Рабоша, а местом жительства выбрана родина одного из новых слуг Вэйрониса — этот болтливый юноша с прекрасной памятью так описал свой городишко, что Рабош теперь представлял его как родной. И на каждого в Академии, кто хоть сколько-нибудь интересовался, откуда он родом, Рабош тут же обрушивал столько деталей о «своем крохотном городке», подражая своему слуге, что желание любопытствовать в следующий раз это отшибало полностью.

— Сын! — обрадовался Вэйронис, вставая из-за стола, когда юноша поднялся по лестнице и, постучав, зашел в его кабинет. — Так возмужал, и всего за два месяца!

— Отец, я тоже соскучился! — совершенно искренне сказал Рабош.

Своего отца он очень уважал — тот, фактически, сделал себя сам. Магический источник у него был крошечный, не позволявший ему поступить в Королевскую Академию Магии, так что молодой провинциал принялся делать карьеру через Академию сыска. Имея чутье как на раскрытие преступлений, так и на то, с кем стоит дружить и налаживать связи, отец дослужился к тридцати годам до главы стражи Центрального района, а с такой должностью удалось и выгодно жениться — на настоящей магине с большим размером источника и приличным счетом в банке. Так что с источником у родившегося спустя год Рабоша был порядок, а полученные деньги отец с тех пор многократно приумножил, в том числе использовав капитал супруги, чтобы к сорока годам получить свою нынешнюю должность. Это было лучшим вложением — на такой должности остаться бедным было просто невозможно.

Множество денег в городе каждый день переходило из рук в руки, в том числе прилипая и к рукам стражников, и каждый из них передавал часть своей мзды наверх. Такой порядок завел не Вэйронис, и уж точно он не был тем, кто решится сломать этот старый механизм. Просто принимал свою долю и передавал часть ее трем министрам-силовикам при королевском дворе, чтобы и дальше иметь возможность находиться на своей должности. Министры менялись часто, но ни один из новичков от своей доли не отказывался.

— Ну что, сын, не выбрал себе еще невесту? — спросил отец, усадив Рабоша на диван около входа в кабинет