Отставник 2 - Павел Чук

«О, как! На буксир берут. Чем же так ценно это старьё??? Я-то думал, повезёт и в самом худшем случае окажусь если не внутри бронемобиля, так хоть на броне, и, по крайней мере, смогу повредить датчики тепловизора, а уж потом…», — но спокойно помечтать не дали. Всё тот же клон, что с самого начала вёл себя агрессивно, что-то громко произнёс. Как потом понял, он являлся командиром этой группы. Один из подчинённых клонов толкнул меня по направлению к транспортному средству, и мы зашли внутрь. Жестами показал, чтобы я сел за руль и через пару минут мы тронулись.

«Двое внутри гигробуса. Один из них сидит так, что любое моё действие под контролем и незаметно даже пот со лба не вытру», — размышлял, как избавиться от этих двух солдат. Что мне это по силе, если появится момент, я не сомневался. Вот только момента не было. Оружие постоянно направлено на меня и, по крайней мере, один постоянно следил за моими действиями. Раз я убрал одну руку с руля, но второй моментально подошёл и грубо толкнул меня в плечо.

Неожиданно едущий впереди бронемобиль остановился. Я едва успел нажать на тормоза. А ведь в гигробусе, как потом узнал, они электрические, но вот электричества — нет. И пришлось с такой силой жать на педаль, расходуя последние крохи ампер-часов, каким-то чудом оставшиеся в батарее, что прям вспотел.

Один из клонов-солдат открыл дверь и вышел, а я наблюдал, как нестройная толпа примерно час назад ушедших пассажиров этого гигробуса, выстроилась в шеренгу и в колонну по одному стала входить внутрь салона.

Входящие бросали на меня то удивлённые, то презрительные взгляды. Один из них — мужчина лет пятидесяти, остановился подле водительского места:

— Кто таков? С ними приехал? — он кивнул в сторону бронемобиля.

— Гена, — представился не по позывному, хотя и был одет в форменные штаны, форменную обувку, но куртки на мне не было. Из верхней одежды форменная тельняшка. Но примерно также были одеты ещё двое, вот только на ногах на тех кроссовки. — Я тут временно.

— Понятно, — презрительно произнёс мужчина. — Разобрался с управлением?

— Немного. Есть, кто лучше знает? — не хотел занимать чужое место, да и вооружиться надо.

— Слезай! Эх, молодёжь, молодёжь, — продолжал он бурчать, пока я пробирался вглубь салона. Сейчас почему-то в гигробусе остался только один солдат-клон, и он продолжал следить за манипуляциями не представившегося мне мужчины, что уселся на водительское место.

Как не было странно, но моё появление восприняли спокойно, но проходя на заднюю площадку, меня окликнули:

— Присаживайся! Здесь свободно, — произнёс один из одетых в форменное обмундирование пленников. Второй, как видел, сидел спереди и тоже один. Мне сразу бросилось в глаза, что практически все места заняты, но сидят по одному. И я непроизвольно покосился на сопровождающего.

— Нормально, главное, тихо говорить, а расселись отдельно, чтоб больше никого не подсадили из этих, — теперь и он кивнул на солдата-анторса. — Сам откуда, не видел тебя?

— Я тоже тебя не видел, скорее всего в разных лагерях были.

— Это понятно, — шёпотом продолжал выпытывать солдат, — с какой воинской части?

— Ракетчик, — коротко ответил, а увидав удивлённое выражение лица солдата, тут же продолжил, — у Зари в подразделении был. Новенький, прям перед этим самым прибыл. Ещё и толком ни с кем познакомиться не успел.

— Хм. Я тоже у Зари, — не оборачиваясь произнёс впередисидящий солдат, — но тебя не видел.

— Вы из группы, что ушла из?.. — я покосился на анторса.

— Кого ещё знаешь? — словно, не слыша моего вопроса, поинтересовался впереди сидящий. Почему-то здесь никто не спешил представляться, и это меня удивило.

— Партизана, Серого. Я последнему представлялся по случаю прибытия.

— Ну, наверно, наш. Вот только форма у тебя старого образца, но выглядит как новая.

— Что выдали, то и ношу.

— Кто выдавал? — разговор мне не нравился и походил на допрос. Мне не верили. А в это время ехавший довольно быстро, буксируемый гигробус, незаметно въехал в Иркутск.

— Каптёр, — ответил и уставился в окно, а посмотреть было на что. Куда только простирался взгляд, виднелись только разрушенные дома, развороченные машины, что мощной техникой были сдвинуты с проезжей части. Так, по пробитому коридору мы ехали молча. Каждый видел то, что произошло с городом. От него ничего не осталось, ни единого целого здания, ни единого целого строения. И пусть он не миллионник, но зрелище предстало ужасное. Я такое видел на фотографиях, когда нам на дополнительных занятиях, как пример разрушений, показывали хронику и фотографии Спитака [18] — жуткое зрелище. Но там разбушевалась стихия, а тут разумные, меряются у кого технологический прогресс в сфере убийства подобных себе продвинулся дальше.

— Это везде так?

— Везде, — ответил машинально, продолжая смотреть на разрушения. Странно было, что тел погибших не видно. Скорее всего, они ещё находятся под завалами. Но и по пути следования, ни единого тела не попалось. И тут же знание Глена подсказало, что все видимые тела сразу собрали и закопали в специально вырытом котловане. И до тех, кто покоится под завалами, скоро дойдёт очередь. Для этого как раз и увеличили количество работников на мобильных заводах, чтобы организовать выпуск специальной техники. А разбирать завалы не будут. Их просто сровняют с землёй, что можно, отправят на переработку, что нельзя — в отвал.

— Откуда знаешь⁈ — отойдя от шока, сглотнул рядом сидящий. Ему было лет двадцать, может, чуть больше. Видимо, остался на сверхсрочную и вот тут такое…

— Знаю. Я — Бес, — протянул руку.

— Герань, — мне протянули руку в ответ.

— Прикрой меня от этого, — я кивнул в сторону инопланетянина. Мы проехали Иркутск и двигались дальше, — нужно кое-что достать.

— Что? Откуда? — засуетился он, — не надо, всё равно ничего не пронесёшь. Нас каждый раз при смене места обыскивают. Разве у вас не так было???

— А что тогда… — хотел спросить, почему до этого ехали без сопровождения, но не стал. Они пусть и солдаты, вроде нормальные пацаны, но не заметил в их глазах того огонька, что присущ воинам. Не скажу, что они сломились или смирились, но пока им рано знать, что в этом гигробусе имеется тайник с оружием. Сначала присмотрюсь к ним.

— Эй, Михалыч, нам ещё долго??? — громко обратился к водителю кто-то из сидевших впереди, — а то бы выйти, поссать.

Его возглас заставил насторожиться сопровождающего.

— Как я тебе остановлю, ты подумал??? Потерпишь, — только сейчас обратил внимание, что по лицу водилы градом стекал пот. Я встал со своего места. Анторс угрожающе направил на меня оружие. Поднял руки, показывая открытые ладони.

— Я подменю водителя. Он устал, — проговорил, указывая то на водителя, то на себя.

Клон думал довольно долго, видимо, советовался со старшим, но потом знаком указал, что можем поменяться. В это время бронемобиль чуть сбавил скорость.

— Давай подмени, а то и вправду устал. Но сейчас легче будет. Батареи на ходу заряжаются, но таким способом очень медленно. На одно резкое торможение. А эти гонят, прям жуть как. Нет бы помедленнее, — я уселся на водительское место. Обратил внимание, что на приборном щитке тускло горели лампочки.

— Долго нам ещё?

— Если в Шунтой едем, то часа два таким темпом, может, чуть дольше. Но ты внимательней, там впереди долгий подъём, а потом спуск. Притормаживай. На тросе катимся, а не на жёсткой сцепке, не успеешь, так и догоним этих иродов. Им-то ничего не будет, а мы вот побьёмся. Я сзади сяду… а ну, брысь, — он обратился к сидевшему за водительским местом, — немного отдохну и на опасном участке подстрахую, если что.

Помощь Михалыча не понадобилась. Справился. Как понял, самый трудный участок, при разряженной батарее он взял на себя, но сил на большее не хватило. А через полтора часа мы подъезжали к месторождению каменного угля. Я даже открыл рот от удивления. Впервые оказался в месторождении, где выработку производят открытым способом. Но что удивило и поразило не только меня — громадный, занимающий примерно половину карьера космический корабль, что завис в паре метров над поверхностью. Туда-сюда в него по спущенным аппарелям сновали гружёные карьерные самосвалы, а буквально через несколько минут выезжали пустыми. Вокруг столько техники, столько людей и по первому взгляду видно, что нет бездельников и праздно шатающихся. Все при деле. Я даже присвистнул. Умеют эти черти наладить работу. Бронемобиль продолжал тянуть за собой гигробус по хорошо укатанной грунтовой дороге.

— Эй, чёрт! Ты меня понимаешь⁈ — я повернулся, удивляясь, это к кому так грубо обращаются.