ВоенТур 3 - Азк

— Как видите, — прервал своего начальника штаба маршал Тимошенко, восстановлен сплошной фронт. Сил у нас теперь немало, и врагу не поздоровится, если будем действовать смело и напористо.

— Действительно, сил немало, — отозвался раздумчиво генерал Филатов, — но без авиации и зенитных средств им будет крайне трудно выполнить поставленную перед ними задачу. Да и бросить в наступление два танковых корпуса без авиационного прикрытия и поддержки в нынешней ситуации, по-моему, крайне опрометчиво! Они под ударами вражеских ВВС, скорее всего, застрянут в межозерных дефиле и болотах под Лепелем.

В тот самый момент, когда Петр Михайлович произносил эти слова, в кабинет быстро вошел, гордо закинув голову с копной вьющихся волос, армейский комиссар 1 ранга.

— Что-что вы говорите, товарищ генерал-лейтенант? — резким скрипучим голосом произнес он, обращаясь к Филатову.

Тот четко повторил сказанное.

— А какое лично у вас мнение, товарищ полковник? — с легкой издевкой обратилась ко мне копна волос.

— Еще более такое же, товарищ Мехлис! — вернул ему издевку я.

После этого он, изобразив на своем лице презрительную гримасу, подошел к Тимошенко и что-то сказал ему на ухо.

Семен Константинович, в свою очередь не сдержав неудовольствия, сказал Филатову и мне:

— Товарищ Мехлис просит вас обоих после окончания нашего разговора зайти к нему ненадолго, — и он выразительно посмотрел на члена Военного совета фронта, как бы подчеркивая необходимость не задерживать командарма и комбрига, и тут же предложил Филатову поделиться в впечатлениями о боях, проведенных 13-й армией, и о методах действий немецко-фашистских войск.

— Лев Захарович, я прошу вас задержаться и выслушать нашего лучшего командарма. Да и полковнику Волкову есть что нам поведать…

Мехлис, тут же вплотную подошел к Тимошенко. Из-за приличной разницы в росте, он не мог задать свой вопрос на ухо Маршалу, поэтому лично я его услышал:

— Тот самый?

Семен Константинович только кивнул своей бритой головой. Филатов практически повторил мой доклад Тимошенко, добавив несколько интересных моментов, о которых я не знал.

— Я тут услышал мнение командарма-13, по поводу нашего контрудара на Лепель. Может они помогут нам своим боевым опытом, как считаете Семен Константинович?

«Ох и с#ка конченая этот Мехлис!» — почти с восхищением подумал я. Это какую чуйку надо иметь в аппаратных играх, что бы вот так виртуозно переобуться в прыжке?

— Герман Капитонович, план контрудара сюда, со всеми данными!

Через несколько минут генерал Маландин вернулся вместе с подполковником, который нес с собой пухлую стопку документов. Вероятнее всего, он был соответствующим направленцем в оперативном управлении штаба фронта. Разложив документы и карту на большом столе, он подвел меня и Филатова к карте, где были обозначены направления ударов танкистов 7-го и 5-го механизированных корпусов.

На карте было видно, что 7-й корпус имел одно эшелонное построение, обе его танковые дивизии должны были двигаться параллельно, в 5-м же корпусе во втором эшелоне находилась 109-я мотострелковая дивизия. Полосу действий корпусов пересекали две цепи по шесть озер в каждой, а между ними заболоченная местность. Крайне неприятно поразило меня, что в качестве пехотной поддержки танков Виноградова и Алексеенко фигурировали только две входивших в их состав мотострелковые дивизии, что было на мой взгляд катастрофически мало!

— Ну что скажете товарищи полководцы? — не смазанными дверными петлями прозвучал голос Члена Военного Совета фронта.

— Какими силами авиации располагает противник на этом участке фронта?

Ответ Маршала нас с Филатовым полностью обескуражил. С его слов, здесь оказался задействованным почти весь 2-й воздушный флот фельдмаршала Кессельринга! Мы же, как помявшись сказал нам направленец, имеем всего 65 исправных истребителей. 65, Карл!!! Крайне слабым было и зенитное прикрытие. Уточнив количество и тип зенитных средств, я понял, что только в моей бригаде их больше почти в два раза, чем в обоих корпусах. Когда я спросил направленца, сколько же здесь наших танков, он многозначительно хмыкнул и сказал мне негромко, но так, что бы слышали все:

— Силища, почти полторы тысячи! Лично товарищ Сталин бросил их на подмогу нашему фронту и указал, где использовать.

Я, признаться, не поверил, и попросил уточнить. Перебрав пару бумаг, он озвучил указанные в них данные, что в 5-м корпусе числится 924 танка, а в 7-м — 715.

— Сколько неисправных? — Въедливо спросил я.

— Среди них есть определенное количество неисправных, но в бой могли вступить все же около 1400 машин! — С гордостью ответил подполковник.

— Какие типы машин в корпусах?

Из путанного ответа, удалось уяснить, что в корпусах примерно по две сотни т-26. Только в 5-м МК они разделены пополам между двумя танковыми дивизиями, а в 7-м они находятся в одной — 18-й ТД.

— Остальные боевые машины это танки БТ? — спросил у подполковника.

— Нет. — Он нашел нужную справку и зачитал: вчера в 5-й мехкорпус прибыл сводный танковый батальондвухротного состава 2-го Саратовского бронетанкового училища. Все 7 танков КВ-1 имеют пушки Л-11. 10 танков Т-34 имеют орудия Ф-34. Направлен в 13-ю танковую дивизию.

Сводный танковый батальон Ульяновского бронетанкового училища, имеет на вооружении 6 машин КВ-1, с пушками Ф-32, из них три были отправлены с Казанских курсов усовершенствования комсостава. 10 Т-34 имеют орудия Ф-34. Направлен в 17-ю танковую дивизию. — подпол стал перелистывать свои документы… — Ага… вот! Несколько дней назад в 7-й мехкорпус из Ленинграда пришел эшелон с 10-ю КВ-1 и 30-ю КВ-2. Все КВ-1 были переданы в «Пролетарку», полковнику Крейзеру, 20-ть КВ-2 — в 14-ю ТД и 10-ть КВ-2 — в 18-ю ТД. Также в состав 14-й ТД включили танковый батальон Харьковского танкового училища с 4-мя КВ-1 и 29-ю Т-34, а 18-я ТД получила из ремонта 16-ть Т-26 и 7 БТ.

— Вот видите какая сила набирается! — Снова заскрипел Мехлес.

Зная что в дивизии Крейзера есть две сотни БТ-7М, у меня возникло смутное подозрение.

— Позвольте задать вопрос подполковнику, товарищ армейский комиссар 1-го ранга?

Мехлис в ответ только кивнул.

— Подскажите подполковник, вы говорили что мехкорпуса полностью в штате, почему такая разница в танках между ними, две сотни машин? Если быть точным 209.

— Мне это тоже интересно, подполковник… — вмешался в наш диалог комфронта.

— Как вы знаете, товарищ Маршал, 5-й мехкорпус перебрасывался с Украины в район восточнее Орши: танковые части прибыли к 4 июля, другие продолжали выгружаться до 8 числа, основные силы 109-й моторизованной дивизии, тыловые и ремонтные части не прибыли вообще…

— Как не прибыли, и почему я об этом узнаю только сейчас?

— Генерал-лейтенант Лукин, не имея связи со штабом нашего фронта, из-за прорыва немецких танков, сам на свой страх и риск приказал снять с погрузки 109-ю моторизованную дивизию и направить ее к Острогу.

— Где этот Острог?

— На Украине…

— Час от часу не легче… Какие еще части 5-го мехкорпуса не прибыли?

— На Украине остались разведбат и батальон связи 13-й танковой дивизии, товарищ командующий.

Похоже, командующий не совсем владеет ситуацией… Я решил добавить немного кипятка:

— Получается, что еще около 240 танков, которые не исправны, не смогут участвовать в контрударе, правильно? — Мой вопрос просто повис в воздухе. — Хочу пояснить, это считайте танковой дивизии нет! Целой танковой дивизии, понимаете⁈

— Согласно данных разведки, им будет противостоять 39-й моторизованный корпус, в составе которого только одна дивизия танковая, другая вообще моторизованная, без танков! — негромко ответил направленец.

— Зато ей наверняка придали какой-нибудь дивизион самоходок!

— Это не та сила, которая сможет остановить наш контрудар! — Запальчиво ответил подполковник.

Присутствующий генералитет, пока предпочитал слушать нашу перепалку.

— Не та, говорите… Что же, давайте считать… тысяча четыреста сходу делим на три, так как мехкорпуса наступают, согласны? — после того, как подполковник кивнул, я объявил результат:

— Уже 470! — Потом, оба корпуса в боях не участвовали, поэтому еще раз смело можно поделить на три, сколько остается? Полторы сотни!!! Считайте, что после контрудара от каждого мехкорпуса