Время для жизни 2 - taramans

Закурили по второй.

— Сейчас подъем уже будет. Ты это… на командиров старайся поменьше дышать. Вроде и не сильно разит, но — припахивает! — посоветовал приятелю Иван.

— Да я и не пил-то толком! С вечера если пару-тройку рюмок замахнул, то и… не больше! Да под такую закуску! Там литр можно было выкушать! А вот потом — не до того было!

Ильичев задумался слегка:

— Бегать начать, что ли… Дыхалки не хватало… да и выносливости бы добавить. А! Это еще… я Глашке намекнул насчет подруги. Обещала подумать. Так-то, говорит, подруги есть, но вот… Я ж ей сказал, что тебе похудее нравятся! Так что… не ссы, Ваня! В борьбе обретем мы счастье свое!

— Ладно… пошли, половой революционэр… Сейчас дневальный орать начнет! Кстати… насколько я помню, про борьбу — это лозунг «эсэров», так что… не стоит его вообще употреблять, тем более — на людях! Имей в виду!

— Да? А я и не знал. Так-то вроде бы — красиво. Ладно, буду знать… У-а-э-х! — рявкнул, зевая сержант, — ага… думаю — все же умыться надо. Посвежее буду, да и зубы снова почистить…, - Ильичев на глазах обретал ответственность и целеустремленность, входил в колею повседневной службы младшего командира.

Учеба начала входить в свое русло. Подъем, построение, физзарядка, умывание, снова построение, утренний осмотр, переход в столовую. Завтрак. Построение на подъем флага, доклады руководству училища командиров рот и комбатов.

И — три пары учебы. Две — до обеда, и еще одна — после! Потом… потом — приборка закрепленных помещений, ужин и два часа самоподготовки. И так — по кругу, по кругу… Как лошади на манеже. Все это перемежалось нарядами и прочими плановыми и внеплановыми мероприятиями.

В наряд, как уже было известно Косову, заступали в семнадцать ноль-ноль. Количество заступающего наряда было куда больше взвода. Это и наряды по роте: дежурный и три дневальных. Эти можно сказать — дома! Хотя именно дневальные по роте отвечали за накрытие столов роты для приема пищи — завтрак, обед, ужин. А так… «шуршали» по роте двадцать часов в сутки. Дневальному положено четыре часа на сон! Не больше! Вот меньше — частенько случалось, а больше — нет.

Кроме того, дежурство по батальону. Примерно та же схема, только наряд по батальону в столовой не работал.

Потом шли разные наряды — на пищеблоке, к примеру. Тут уже состав наряда был существенно больше — двенадцать человек. И ни хрена у них не было времени филонить! Это ж… подумать страшно, сколько на всех в училище нужно картошки начистить! А посуды перемыть? Здесь, как там, в прошлом-будущем, посудомоечных комбайнов, именуемых курсантами — «дискотека» — не было! Три здоровенные ванны для мойки — для грязной посуды, под очистку; для непосредственного мытья; и для — ополаскивания!

Грязно! Ну — а куда деваться-то… фактически с отходами возятся. Очистки всякие, шелуха… Б-р-р-р!!!

Жарко! От плит, которых было — до хрена! Жаром прямо так и пышут!

Шумно! А как без шума, если в эти ванны постоянно сваливают кучу жестяных мисок и кружек, а также ложек!

Мокро еще! Парит вода, постоянно подливаемая в ванны в состоянии — «еще немного и — кипяток!». Запахи — тоже… ни хрена не «Шанель». И остатки пищи пахнут, и какое-то моющее средство… Хрен его знает, какое, но — воняет! Выдаваемые наряду, когда-то белые халаты, несмотря на фартуки из клеенки, намокают моментально.

И все — бегом, бегом, бегом! И дежурный по кухне подгоняет, а того — бригада поваров. Жуть жуткая — этот наряд! Одна радость — голодным там не останешься. Повара подкармливали курсантов, особенно — первокурсников. Порции — без меры наваливают! И «картофана» можно всегда поджарить для наряда. И хлеб — без ограничений; и даже — масло сливочное! Но… да ну его на хрен! Косов сходил пару-тройку раз, как отделенный, старшим кухонного наряда, под присмотром второкурсника, и решил — ознакомился, и ладно! Лучше… по роте дежурить, или — по батальону. Или даже — по училищу. Пусть и накормлен не досыта, но зато в чистоте! Более или менее… Туалеты мыть — тоже то еще удовольствие. А дежурный по роте — он только по ответственности старший наряда, а так — пашет наравне с дневальными.

Еще были внешние наряды — на КПП училища, еще — на внешних воротах в хоздвор, именуемые — «железные ворота»! Там тоже — свои нюансы. Днем — задницу некогда на табурет примостить. И машины туда-сюда шныряют, и роты и взвода — выходят-заходят на территорию училища. И командиры снуют. А ночью — поспокойнее. На КПП есть помещение для наряда. Небольшая комнатушка для отдыха. Шесть часовых — по три на каждые ворота и один — разводящий, старший наряда. Пока температура приемлемая — часовые стоят по два часа. Зимой, в морозы, как говорят второкурсники — по часу. И разводящему все это разруливать! Только привел-увел очередную смену, перекурил — и снова вести! Когда спать-то? Потом поспишь, курсант, когда с наряда сменишься!

Но… все это — более или менее привычно по прошлой учебе в училище. Есть некоторые особенности, но… вполне понятные и «легко усвояемые!».

Наряды… наряды…

Учеба… тут тоже было все… интересно. Так как училище дает среднее-специальное образование, и основная масса «курков» — после девятого класса… А ведь есть и только с восьмью классами! А для армейцев — порог еще снижен. Их принимают и с семью классами! Так вот… в программу обучения входят и предметы средней школы. Ага! Та же математика и русский язык с литературой же… тоже — русской! И география. И даже — физика, с химией.

Вообще-то, как человек имеющий аттестат о законченном полном среднем образовании, Косов мог попробовать решить вопрос об освобождении от изучения общеобразовательных предметов на курсах училища. Но! Даже если бы руководство решило этот вопрос положительно, у него бы образовалось куча свободного времени! А свободный курсант — это нонсенс! Это — крайне неудовлетворительная организационная работа руководства и командиров! И его сразу бы нашли