Натиск - Денис Старый

Я отпустил и Ракиля, и всех иных пленных. Более того, я не потребовал выкупа. Во-первых, это был акт доброй воли, а как говорил я, «христианской добродетели». Во-вторых, с этих вождей и взять толком было нечего. Доспехи литвинов, что взяты нами в бою, я не отдавал. Концепт «что в бою взято — то свято» работал непреложно. Так что требовать выкуп бессмысленно, очков доверия на этом не приобретешь, как и не получишь хорошую прибыль.

Если крепость Герцике выглядела всего лишь достаточно большим острогом, то Славгород меня поразил. Мне же уже есть чем сравнивать, я видел немало, даже много русских городов, потому могу сказать, что нет на Руси более бурно развивающегося города, чем Славгород. Ну, если только Воеводино.

Ещё не была окончательно построена каменная стена Славгорода, как город уже начали расширять. Теперь он по своим площадям уже никак не меньше, чем половина от Новгорода. Если учитывать, что Великий Новгород сейчас практически перестал существовать, то Славгород становился самым крупным портовым городом России.

Уже на подъезде к Славгороду я увидел, что мой дядя не зря был послан сюда. Тысяцкий Алексей времени не терял. К слову сказать, после того, что я увидел, быть Алексею младшим воеводой Братств. Вне зависимости от того, что случилось с Никифором, он будет не изложен. Но я почти уверен, что Угрюм выполнит свое задание и Никифора я больше не увижу.

Небольшие крепостицы, маленькие остроги опоясывали с суши весь Славгород на расстоянии до пяти вёрст от ближайших городских построек. Так что, когда заезжаешь за пояс этих укреплений, чувствуешь себя достаточно безопасно и без сопровождения. Лес тут вырублен, подкрасться к городу, используя деревья и кусты, не выйдет. Ну, и смотровые вышки не пустовали. Так что внутри города можно было бы и требовать сдавать оружие. Это очень важно для купцов-чувствовать себя в безопасности.

Славгород встречал нас огромным количеством повозок, людей, причём, достаточно разношёрстно одетых, порой, так и вовсе полуголых. Приходили на ум ассоциации с «Вавилонским столпотворением». Наверное, Славгород по числу представителей разных народов, можно было бы сравнить даже с Константинополем. Может, наступит такое время, что Славгород сравнится со столицей Византии? Нет, нам не нужно иметь здесь такой огромный город, а вот по товарообороту… Этого хотелось бы. Между тем, мы же будем развивать торговлю и с империей ромеев.

— Отчего ты не предупредил о своём приезде? — спросил меня Алексей, когда я уже был на окраинах города в сопровождении не только своих бойцов, но и тех, которые дежурили на одном из острогов.

— Небезопасно было посылать гонцов с малым количеством братьев, чтобы их где-нибудь в лесу перебили. Ты почему до сих пор не договорился с местными племенами? — начал я разговор с претензией.

— Так сил у меня на то и достает, чтобы держать крепости, — чуть опешил от моего нажима Алексей.

— Но ты собирал их старейшин? — не унимался я.

— Нет… Ты изменился, племянник, — растеряно сказал дядя.

Да, я изменился. Все еще не мог отойти от тех жестких решений, которые не так давно пришлось принять. Стоян… Вот его смерть меня больше всего беспокоила.

— Но я отправлял к тебе Стояна, — сказал я.

Стоян должен был с одной сотней отправиться в Славгород и предупредить, что…

— Он не дошел? — меня осенило.

Алексей понурил голову.

— Приходили сведения, что его отряд попал в засаду. Четырнадцать старейшин ливов убиты в той засаде, но и никто из братьев не выжил, — сказал Алексей.

Я сделал скорбный вид, но с другой стороны, пусть это и неправильно, но даже немного камень с души спал. Моя совесть нашла повод, чтобы не считать себя виновной за смерть Стояна. Но это даже повод к тому, чтобы быстро решать вопрос, местами жестко.

— Дай знать ливам, что они должны в течение седмицы прибыть всеми своими старейшинами, привезти сто юных и красивых девиц. Если этого не произойдет, то я сожгу их поселения. Все, что будут в ста верстах от Славграда, — сказал я.

— Что ты удумал? Не по-христиански девиц… Нашто они тебе? — недоуменно засыпал меня вопросами Алексей.

Пришлось по дороге в главный терем Славгорода разъяснить свою задумку. По сути, мы сейчас в праве на месть. Это понимают и балтские племена. И сейчас в город пребывает большой отряд вооруженных воинов. Причем, защищены эти ратники таким образом, что их и стрелы не берут. О нашем бое с литвой в округе быстро, узнают и о том, что мы наголову разбили засаду, численно большую, чем у меня войска.

— Следом за мной идет войско Братства, об этом также все должны узнать. Так что сил, чтобы нам противостоять, у местных племен попросту нет. А что насчет девиц… Так у меня в отряде всяко найдется сотня неженатых мужей. Пусть возьмут себе в жены местных девиц. Так мы сможем стать родственниками. Вспомни, как древние римляне похитили девиц у племени сабинян, а после даже дружили с ними! — говорил я, когда мы уже усаживались за стол.

Можно было бы привести и другие примеры. Например, Александр Македонский женил своих воинов на персиянках, чем способствовал взаимопроникновению культур и созданию лояльной прослойки персидского общества. У нас масштабы иные, но почему бы не следовать опыту древних?

К столу подавали еду, и я жадно ее употреблял. За время долгого перехода сильно стосковался по нормальной, вареной еде. В походе вся еда — либо дичь, либо пересоленная, редко что-то вареное. А тут еще и душистые хлеба поставили. Так что разговор на некоторое время прекратился.

— Я доволен тобой, Алексей, — сказал я, когда окончательно пресытился и запил все это дело весьма вкусным пивом.

Мой дядя чуть не поперхнулся костью, когда это услышал. Тут я его обвинял, корил за нерасторопность, был даже жестким. И на тебе — доволен!

— Воевода, ты же сказал, что я плохо справился, — недоуменно сказал дядя.

— Такого я не говорил. Но всегда нужно стараться делать лучше. Я еще не видел отчетов по торговле, но понимаю, что она идет и бурно. Так что… — я встал, поднялись и все