Криптоэффект - Сергей Зонин

И это так напугало Зор-Эла, что он сам себя превратил в суперкиборга? Нет, бред. Фанатик человеческой природы не стал бы проделывать такого с собой.

К счастью, у него ещё оставалась Алура. Последняя ниточка. Раз муж пытался её убить, значит, она тоже знает о его открытии. В отличие от Лары, на которую никто не пытался покушаться, хотя она была столь же уязвима, как и её супруг.

Но будить Алуру Хан не спешил. Что, если в её теле присутствуют такие же миниатюрные и невидимые для приборов зародыши имплантов-убийц?

Первым делом по его приказу подчинённые отсканировали мозг Алуры и создали несколько его голографических копий. Интеллектуально ограниченных (в данном случае это, пожалуй, плюс), но содержащих абсолютно полную реплику её памяти. Часть солнечных кристаллов с этими копиями была помещена в охраняемые сейфы в разных частях планеты. Саму Алуру продолжали содержать в искусственной коме.

Однако, прежде чем он успел начать допрос, его запросили о личной аудиенции. Посмотрев на идентификатор гостя (точнее, гостьи), Хан немедленно отменил все прочие встречи и велел пропустить её. Не каждый день тебя Хранительница истины собственной персоной навещает.

Он бы предложил пожилой женщине чаю, но это явно выпадало из образа — Дру-Зод не был сексистом, как многие его соплеменники, но и о джентльменстве тоже ни разу не слышал. Пришлось ограничиться максимумом реалистичной вежливости — предложить сесть и изложить причину визита.

Величественно опустившись на выросший из пола стул, пожилая дама несколько секунд сверлила его взглядом, затем произнесла:

— Давайте договоримся сразу, Дру-Зод. Не будем терять время и пытаться лгать друг другу. Это все равно бесполезно, а отношения испортит. Если вы что-то не хотите мне говорить — просто промолчите. Так же сделаю и я.

— Вы не поверите, госпожа Ро-Зар, я собирался предложить вам то же самое. Теперь, когда мы согласовали общую политику, давайте к делу.

— Хорошо. Дру-Зод, я знаю, что вы — эмпат.

Полюбовавшись его расширенными зрачками (а также, возможно, другими проявлениями эмоций, которые улавливал костюм), она продолжила:

— Я бы предположила, что это просто генетическая аномалия — первый эмпат-мужчина за тридцать тысяч лет по меньшей мере. Но я также видела вас раньше, Дру-Зод. И я готова поклясться на собственном костюме, что месяц назад вы таких способностей не имели. Более того, вы отличались редкостной эмоциональной глухотой даже для мужчины — мало кто умел с такой непринуждённостью оттоптаться по чужим мозолям. Но во время вашего переворота я увидела совершенно другого человека. Не менее жестокого, но внимательного к малейшим нюансам чужого поведения.

— Так, и?

— Люди сами по себе за месяц ТАК не меняются, молодой человек. Я бы предположила, что вас подменили двойником, но мой костюм также позволяет очень чётко отличить одного человека от другого — ни малейшие оттенки вашего тела, которые отличаются даже у клонов, не изменились. Запахи, ДНК, мозговые ритмы, мельчайшие рефлексы — всё прежнее. Вы — Дру-Зод, в этом нет сомнений.

Хан сохранял каменную неподвижность. Сердце билось ровно, как часы. С этой «правдовидицей» надо ухо востро держать — она не только ложь определять может, но и извлечь море информации из реакции на каждое своё слово.

— А сейчас вот вы «закрылись» от меня, не даёте прощупать. Неумело, но результативно. Блокируете все свои эмоциональные реакции. Опять же, прежний Дру-Зод ничего подобного ни разу не умел. Мне остаётся сделать только один вывод…

Тишину в комнате, казалось, можно было ножом резать.

— Вы нашли — неважно где, может при контактах с инопланетянами, или при раскопках старых городов, или кто-то из подвластных вам учёных изобрёл — способ СДЕЛАТЬ взрослого человека эмпатом. Причём неважно, какого он пола.

Хан продолжал молчать, контролируя каждый вдох и выдох, каждую мышцу в теле.

— Разумеется, вы не можете ответить. Любой ваш ответ, как «да», так и «нет», даст мне полную информацию. Хорошо, Дру-Зод, спрошу иначе — намерены ли вы поделиться этим способом с криптонским народом? С Советом? Намерены ли вы массово создавать других эмпатов?

— Нет. На все три вопроса, — совершенно честно сказал он.

— Хорошо. Значит, мы можем сотрудничать. Любому диктатору пригодится личный Хранитель истины. Раскрывать заговоры ваших врагов, подтверждать перед народом, что вы не врёте… даже когда вы врёте. Взамен, Дру-Зод, я хочу, чтобы ваша эмпатия умерла вместе с вами.

— Так боитесь потерять монополию?

— Свою личную? Нет. Мне уже в любом случае не так много осталось. Монополию моего пола — да, боюсь. Хранительница — единственное место в Совете, которое до сих пор зарезервировано за женщиной. Единственный способ хоть немного представить интересы миллионов моих духовных дочерей и внучек. Я у многих в Совете вызываю раздражение, и моя преемница будет вызывать не меньшее. Если появится возможность заместить нас мужчиной… заветы предков сразу окажутся далеко не столь мудрыми. Помогите мне удержать эту власть, Дру-Зод, и я помогу вам удержать вашу.

Хан ухмыльнулся. Первая хорошая новость за этот дурацкий день.

— Что ж, дорогая бабушка — надеюсь, вы позволите мне называть вас так — я думаю, мы прекрасно сработаемся. Меня вполне устраивают ваши условия — так что добро пожаловать в команду.

— Скажите, госпожа Ро-Зар, а вы можете обнаружить эмоциональные проявления у голограммы?

— Чисто по визуальным проявлениям — нет, — качнула головой старушка. — Мне нужны запахи, ритмы головного мозга и другие параметры, которых у изображения нет. Однако, при трёх условиях допросить голограмму я всё же могу.

— При каких?

— Максимально полное и безошибочное сканирование мозга. Высокоуровневые программы личностной имитации — близкие к законодательно разрешённому пределу. И наконец, кристалл с голограммой должен быть вставлен в специальное гнездо на моём костюме.

— Вы это всё получите в ближайшее время. Вам уже приходилось работать с голограммами?

— Только на выпускном практикуме. Случаев допроса голограмм Советом при моей жизни не было. Но у меня есть записи подобных операций, проводимых моими предшественницами. Считается, что голограммы не лгут, поэтому к работе с ними крайне редко привлекали Хранительниц. Большая ошибка.

— Считается? А на самом деле?

— На самом деле у них нет инстинкта самосохранения — это базовое требование при изготовлении личностной записи. Поэтому они не станут врать, чтобы выгородить себя — большинство живых людей