Живучий - Константин Муравьев

И, едва договорив, сама рванулась вперёд. Я еле успел перехватить её.

– Ты чего? – теперь уже я удивлённо смотрел на неё.

– Так эльфы же, тебе что, неинтересно? – И она махнула рукой в центр зала.

– Да нет, – относительно равнодушно пожал плечами.

– Ну, ты что? – поражённо посмотрела на меня Дея. – Они же такие, такие… – И девочка восхищённо закатила глаза. – Я даже не знаю какие…

И она вновь рванулась в сторону образовавшегося прохода, по которому шли эльфы.

Я её опять остановил.

Всё с ней понятно, ходячие кумиры во плоти. Как ими не восхищаться? Поэтому нужно срочно развенчивать этот миф, а то, я так понимаю, и её мама раньше такими же глазами смотрела на эльфов.

– Да брось ты, – сказал ей я, – какие «такие»? Кроме симпатичных мордашек у их девушек, я пока ничего интересного не видел.

И только я это произнёс, как за моей спиной раздался громоподобный гогот. Иначе его не назовешь.

– Симпатичные мордашки. – И меня кто-то похлопал по спине огромной рукой. – Это ты правильно подметил, парень.

Я удивленно повернул голову. И увидел, что за мной стоит явно родственник того владельца оружейного магазина, где я продал трофейные мечи. Такой же массивный, крупный, тяжёлый.

«Кто они, интересно?» – подумал я. Ведь этого я так и не узнал.

– Только северяне, как ты, да такие тролли, как мы, понимаем это, – пробасила эта образина. И ещё раз похлопала меня по плечу.

«Тролль, значит, – оглядел я его. – Ну, вполне возможно».

Этот наш разговор, вернее, громоподобные реплики тролля привлекли к нам внимание. В нашу сторону посмотрели эльфы, шедшие к пьедесталу, где был установлен артефакт.

«Ща начнётся…» – подумал я и как в воду глядел.

От группы эльфов отделились две фигуры и направились к нам. Толпа расступилась перед ними. До нас – метр-два.

И вот они стоят прямо перед нами.

«Интересно, а сам я кого ожидал увидеть?»

Смотрю в знакомые и всё такие же прекрасные глаза, в которых плескается холодная ярость.

– Понравилось колечко? – тихо спрашиваю я.

Немая сцена. Только вижу, как эльфийка удивлённо хлопает глазами. И вдруг её лицо каменеет.

– Прошу принять мои извинения, – медленно произносит она и наклоняет голову.

А потом снимает с шеи цепочку и протягивает её мне:

– Я должна вернуть вам эту вещь.

На цепочке моё кольцо, которое я шутки ради тогда в лесу бросил к её ногам.

Второй эльф, молодой парень (их главного сегодня здесь не было), с интересом переводит взгляд с меня на девушку.

Она не смотрит мне в лицо. Зато весь зал не отрывает от нас глаз. Как же, происходит что-то непонятное и интересное. Ещё и связанное с эльфами. А потом ещё и звонкий голос Деи подливает масла в огонь:

– Братик, а почему эта эльфа возвращает тебе обручальное кольцо? Ты что, делал ей предложение?

После этих слов лицо эльфийки темнеет. Она сжимает губы. Но всё так же не поднимает головы.

М-да. Положение. И всё из-за какой-то шутки. Похоже, на одного смертельного врага у меня в этом мире стало больше.

Зато второго эльфа эта ситуация, судя по его насмешливому взгляду, очень забавляет.

А теперь ещё и следующий голос:

– А ведь и правда, симпатичная мордашка, я тебя понимаю. – И огромная лапа снова хлопает меня по спине.

И что делать?

А что тут поделаешь? Вляпался, так нужно выплывать.

– Оно ваше. Считайте, мы в расчёте. Будет желание, выбросите. Ведь оно теперь принадлежит вам. – И я в ответ наклонил свою голову. А потом повернулся, чтобы отойти немного назад, но чёрт меня дёрнул за язык. Иногда мозги просто отключаются. Это, похоже, обо мне. – Но насколько я знаю, кольцо носят на пальце, а не на цепочке.

Что уж в этой моей последней фразе было такого смешного, но весь зал просто лёг. Особенно гоготал тролль, что стоял около меня. Я даже в удивлении на такую реакцию развернулся обратно.

Эльфийка потемневшими глазами, в которых застыла сталь, посмотрев на меня, резко развернулась и отошла к ожидающему окончания нашей беседы отряду.

– А ты смелый и глупый, – улыбнулся второй эльф, – коль смог довести мою сестру до белого каления. Только учти, ей пророчат будущее магистра магии тьмы и смерти. А поединков за пять лет обучения предстоит… – Не закончив фразы, он подмигнул мне, а потом, кивнув Дее и троллю, неспешно вернулся назад.

Последовало несколько мгновений тишины. И я услышал:

– Тут он прав, ты попал парень, – подтвердил слова эльфа тролль, – даже я тебе не завидую. Связываться с магом тьмы себе дороже. Да ещё в таком ядовитом сочетании. – И усмехнулся.

– Маг тьмы и смерти? – с любопытством спросила у него Дея, будто остальное её и не интересует вовсе.

– Нет, – покачал головой тот, а потом, ещё раз усмехнувшись, добавил: – Маг и разгневанная девушка, тем более эльфа. – Поглядев на меня, он уже без насмешки изрёк: – Так что держись. – А потом, о чём-то подумав, представился: – Я, кстати, Гром.

– Степан. А это болтливое создание – моя сестра Дея.

Эльфы между тем подошли к пьедесталу.

– Началось, – потянула меня вперёд Дея.

Я махнул рукой троллю и пошёл следом за ней. Нужно было понять, что собой представляет это самое распределение.

В этот момент какой-то незаметный невысокий хуман, маг, подошёл к ректору и что-то прошептал ему на ухо. Тот удивлённо взглянул в его сторону, быстро поднявшись, что-то сказал остальным и ушёл со сцены.

Больше его до конца церемонии никто не видел.

Селея была в бешенстве. Этот хуман опять опозорил её! Всё повернулось так, будто этот хуман сделал ей предложение, а она не просто дала отказ, что было бы вполне нормально и не уронило бы ничьей чести, но ещё и извинялась за него! А это, как минимум, говорит о том, что этот отказ вызван не её собственным желанием, а решением совета рода.

Мало кто знает их обычаи. Но её старший брат, не Экос, а тот, что сейчас сидит в президиуме и поражённо смотрит на всю эту сцену, уж точно их знает. Да и многие маги тоже.

Например, декан с факультета аретфакторики, судя по нагрудному знаку, с удивлением следил за всем происходящим.

«Убью, – мысленно поклялась девушка. – Убью этого дикаря при первой возможности».

И ладно, в прошлый раз этого не видел никто, кроме своих. Но сейчас здесь присутствовало очень много людей. И ей придётся провести с ними пять лет, если не больше.

И ведь теперь не докажешь, что она к нему ничего не испытывает. К этому нищеброду, оборванцу, недавно вылезшему из пещеры и спустившемуся со своих северных гор.