Змий - MikhailSkr

В чреве каждой из моих жён стала зарождаться жизнь. Представляете моё офигевание в этот момент? Нет, я прекрасно себе представлял и понимал, что когда-нибудь стану отцом, над чем мы с женами неустанно работали, да только я и не думал, что этот момент настанет так нежданно, негаданно и скоро.

Я ведь был уверен, точно знал, что потенциала моих жён, каждой в отдельности, было недостаточно для того, чтобы суметь принять моё семя и выносить из него дитя. Вот только я не брал в расчет синергию наших душ во время интимной близости. Для того, чтобы богиня понесла, необходимо огромное количество силы, причём примерно в равных пропорциях мужской и женской составляющей. И ранее Марии и Конеко не доставало мощи для выброса одномоментно необходимого количества энергии, дабы совладать с моей силой и из этого коктейля организовать себе в чреве очаг зарождения новой жизни. Но стоило только появиться у меня в официальных жёнах и по всем правилам, с дачей клятв и прохождением ритуала, ещё двум богиням, как их совместного потенциала хватило на то, чтобы забеременеть. Не будь же они моими женами и повтори мы с ними подобную оргию, ничего бы у нас не вышло. Оказавшись замужем за одним разумным, они перестали быть друг для друга посторонними в энергетическом плане, их души, силы перестали воспринимать друг дружку как инородное и вредное существо. Так что стоило им только вступить в энергетическую синергию и резонанс, как сперва их совместная сила зачала ребёночка Марии, затем Конеко, Фесалии и в окончания Мэй. Всё в порядке очередности становления их моими женами. Такие вот дела!

А я ведь предполагал, что стану отцом не раньше чем через тысячу лет… и не то, чтобы я не хотел приблизить это событие, но когда человек-скорпион утверждает, что миру, в котором ты живёшь, грозит смертельная опасность, хотелось бы дождаться разрешения этой ситуации и только после этого задумываться о потомстве. Мда…

И я ненадолго ушёл в себя. Всё-таки не каждый день узнаешь, что вскоре станешь отцом, а в моём случае, как минимум пяти мальцов. В прошлой жизни мне не довелось этого познать. Хм… А вот и жёнушки стали приходить в себя.

Первой открыла глаза Мэй, но стоило ей только окончательно вынырнуть из сновидений, которые у нас так же были порнографического содержания, спасибо богине грёз под боком и её флюидам, как моя лисичка вдруг замерла, а на её лице отразилось непонимание происходящего.

И пока кицунэ разбиралась в своих новых ощущениях, глаза открыли Феса с Марией, что каким-то образом оказались в объятьях друг друга, хотя отрубились мы в разных концах огромного зала, пол которого был устлан татами и заменял нам кровать.

Мы даже в бессознательном состоянии стремимся быть поближе к друг другу, ведь узы наши очень крепки и с каждым днём они становятся всё крепче.

— Хм… почему я себя так странно ощущаю? — не замечал я ранее за Фесой привычки размышлять вслух, — Почему? — а вот теперь она уже обратилась ко мне, обратив на меня взор своих красных глаз, что не были сейчас под иллюзией. В обычной, повседневной жизни она их скрывала от большинства, и только близкие знали о настоящем цвете её очей.

— У меня для Вас радостная весть, родные, — теперь на меня уже смотрели всё мои жёны и если Мария, Конеко и Феса выжидающе, с тревогой на лице, то Мэй излучала вокруг себя безграничное счастье и ослепляла своей радостной, блаженной улыбкой, — Вскоре Вы станете мамами.

Несколько секунд тишины, а затем нашу спальню огласил радостный вопль трёх женщин, которые в едином порыве набросились на меня с объятьями, отчего образовалась куча-мала из извивающихся, счастливо визжащих, обнаженных тел. И даже Мэй не стала отказывать себе в удовольствии поучаствовать в этом безобразии, но она единственная, кто не пыталась оглушить меня звуковой волной.

На протяжении целых пятнадцати минут они не могли справиться с нахлынувшими на них эмоциями радости, но пора было прекращать эту кутерьму и приступить к серьёзному, нужному разговору.

— Уняли радость? — сграбастав всех своих жён в объятья и чуть придавив своей волей, постарался придать им таким образом немного ясности рассудка.

Не получив ответа на свой вопрос, но удовлетворившись тем, что они больше не пытаются меня завалить обратно и уложив на лопатки приступить к домогательствам, стал втолковывать им своё виденье их будущего.

— Теперь, когда у Вас под сердцем, в чреве, зарождается новая жизнь, в зачатии которой я участвовал самым активным образом, я требую от Вас!.. именно требую… — я выдержал небольшую паузу в своей речи, дабы они осознали всю весомость моих указаний, — чтобы Вы до самых родов и после них, до тех пор, пока наши дети не встанут на ноги, провели в моём домене, где я буду уверен в безопасности Вас и наших деток.

Пусть все они были богинями, невероятно могущественными разумными, находящиеся в топ-20 сильнейших из известных мне ныне живущих существ в тандеме миров Земли и Магического, но я всё равно не мог позволить возникнуть даже малейшему шансу и возможности того, что они могут быть под угрозой и в опасности.

— Что?! Не бывать… — Феса.

— Да как ты… — Мария.

И только умнички Мэй и молчунья Конеко не проявили никакой негативной реакции на мои слова, а всё потому, что в них сильна звериная суть. Самка должна быть в безопасности, когда самец добывает пропитания для неё и деток, обеспечивая тем самым высокий шанс выживания потомства. В Мари же говорил её бунтарский, венецианский дух, а вот в Фесе клокотало наследие крови, что каждый раз, появись повод, пытается толкнуть малышку к перераспределению доминантной роли в семье. И это несмотря на её правильное воспитание в семье со строгими патриархальными порядками, где она никогда не видела споров между мной и жёнами, что всегда беспрекословно выполняли мои указания.

— Тихо… — я не повышал голос, не давил силой, хватило одного взгляда, чтобы отрезвить моих жён, которые попытались выразить в грубой форме всё, что обо мне и моём решении думают, — Это не обсуждается. У меня и ранее существовало желание обернуть Вас всех ватой и спрятать в сейф, ведь всем своим существом стремлюсь уберечь и защитить Вас.

И если быть честным с самим собой, я даже не знал, что больше двигало мною к стремлению оберегать их, моя привязанность, любовь