Иностранец - Игорь Шелег

Приглядевшись, я увидел молодого парня, совсем мальчишку лет пятнадцати. Сквозь сияние точки в груди можно было увидеть белые полупрозрачные части тела.

– Привет, – решил я также проявить учтивость. Я впервые разговаривал с кем-то во тьме, и мне это определенно нравилось.

– Подержи меня, пожалуйста, за руки, а то меня сносит, – попросил он меня.

Только сейчас я почувствовал, что его голос буквально дрожит от напряжения.

– А меня вслед за тобой не снесет? – спросил я его. А сам подумал, что парень молодой и совсем не культурный, ну кто же незнакомым людям тыкает, особенно если они настолько старше.

«Кстати, а сколько мне лет?» – на последней мысли я оторопел, сознание не хотело открывать мне мои мысли, а я не стал копать. Собеседник, напротив, был мне более интересен в настоящее время, а подумать я и потом смогу, а то неизвестно, сколько мы общаться будем.

– Ну конечно, – не преминул ответить он. – Ты стоишь на месте, и я не вижу расходящуюся ауру сопротивления. Значит, ты можешь уверенно стоять, а вот мне приходится постоянно прилагать усилия. Да и то я пока еще остановиться не смог, только тормозил. Только вот тебя увидел, и это придало мне сил, что ли. Так что? Возьмешь?!

Парень говорил уверенно и властно, он не просил, он предлагал и ненавязчиво давил меня аурой власти, что ли. И не сказать, что я не хочу его брать, скорее я просто не знал, как…

– Давай ближе, – сказал я ему. При его свете я увидел собственные руки и ноги. И это хорошо, я смогу теперь его взять. – Берись за голову, – сказал я ему, а сам присел и обхватил его со всей силы. Не знаю даже как объяснить, как я присел в полнейшей темноте, где даже не было точки опоры, на которой я стоял, но факт есть факт. Я не хотел терять своего собеседника.

– Ну, давай, потихоньку, – скомандовал я ему, как меня вдруг дернуло вслед течению, по которому мимо меня пролетали сознания. Но как только я оказал сопротивление и попытался поудобней встать, тяга сразу прекратилась.

– Вроде нормально? – риторически спросил я парня.

Он не отвечал, но я почувствовал, как обмякло тело, а сам парень тяжело задышал. Через какое-то время он ответил:

– Отлично, уже не тянет! Я как будто прикипел к этому месту. Ты так и будешь стоять?

– Да. Давай ты отдохнешь, а я просто тебя подержу. Потому что я, в отличие от тебя, двигаться не умею и буду тут опять вечность стоять, – честно ответил я ему.

– Вечность? То есть ты тут давно? А как отсюда выбраться, знаешь?! – удивленно воскликнул он.

– Э-э… Нет. Я даже не знаю, где мы. Я просто очутился тут, в темноте, вот и все.

– Я вижу вход, через который сюда попал, но меня успело далеко отнести. Придется возвращаться. Только я не знаю как…

– Кстати. Где мои манеры?! Позволь представиться – Арсений Советников, – как-то даже величественно сказал парень.

– Э-э-э. Очень приятно. А я не знаю, как меня зовут. Просто не помню, пытался вспомнить, но не получается.

Попытался рассмотреть вход за своей спиной, на который указывал Арсений, но так ничего и не увидел.

– Я ничего не вижу. Так что не знаю, ни где он, ни про другой выход. Кстати, а как ты его видишь? – спросил я парня.

– Как белый круг, из которого идет свет. Хороший ориентир. Сейчас мне кажется, что я смогу дойти до него.

– Кстати, а где мы? – задал я давно мучивший меня вопрос. – Что это за мир?

Раз парень видит некую дверь, через которую сюда попал, и знает свое имя, то, вероятно, знает, куда мы попали и как отсюда выбраться. Парень немного помолчал, наверное собираясь с мыслями, и ответил, словно в пустоту:

– Если это и мир, то мир после смерти. Ты своего прошлого не помнишь, но я помню, как пал «доспех духа» и как песок попал в нос и рот, не давая дышать. Но я вернусь, вернусь, и они все у меня узнают! Главное – дойти до входа.

– Ты что, бросишь меня тут? – Несмотря на то, что темнота вокруг давно и прочно стала моим спутником, мне было боязно и неприятно оставаться с ней один на один. Особенно после пусть такого короткого, но общения. Сообщение о смерти вообще никак меня не расстраивало и не смущало по сравнению с этим.

– Почему брошу? Можно попытаться идти вместе, придерживая друг друга. Тогда у нас будет шанс.

Внезапно меня дернуло, причем не в сторону течения, а в обратную.

– Что это такое? – сразу задал я вопрос. – Тебя тянет в противоположную сторону?

– Не знаю. Сам не пойму. Вроде да. Хотя течение не изменяется.

– Это хорошо или плохо?

– Не знаю. Мне кажется, что сила, которая тянет меня в обратную сторону, постепенно увеличивается. Ты ничего не чувствуешь?

– Вроде нет. Я совершенно спокойно стою. Нет никаких изменений.

– О, точно. Смотри, в нашу сторону тянется луч света, и сила, которая меня тянет, усиливается.

Я попытался увидеть то, о чем он говорит, но как ни вглядывался, кроме Арсения, других источников света не было.

– Нет, ничего не вижу, – ответил я, но уже с напряжением, неожиданно начали тяжелеть руки. Арсения тянуло в ту сторону, в которой он видел луч света.

– Знаешь, мне кажется, пока луч дойдет до нас, меня расплющит, – сквозь стон сказал парень.

– А ты уверен, что тебе именно туда? – спросил я его и тут же сжался от боли сам. – Если бы я был жив, то подумал бы, что мне на грудь опускается что-то тяжелое. У меня не было тела, но тем не менее всем своим существом я ощущал боль.

Рядом сверху также пыхтел Арсений. Я держал его за талию и попытался даже отпустить, может, так и нужно, и он должен улететь, но ничего не произошло, оказалось, что я не могу разъединить руки, даже больше скажу, они будто бы вросли в тело, я их не видел, да и головой вертеть не мог, она словно приклеилась ему под мышку.

В какой-то момент я стал видеть приближающийся свет, и когда он дотронулся до нас, я будто бы сгорел в яркой вспышке.

«Когда-нибудь я смогу снять этот блокиратор и вернусь домой. А тебя сделаю младшей наложницей самого толстого и некрасивого простолюдина, сам же ошейник будет висеть на тебе». Эти слова, сказанные сгоряча, после того, как Арсения разбудили, дабы отомстить за прошлые наглые высказывания, и послужили катализатором драки. Поганый мальчишка не мог стерпеть и промолчать, и теперь вместо того, чтобы пойти заниматься своими делами и готовиться к занятиям, она вынуждена сидеть и ждать, получится ли у Гоуа достать весь песок из поганого мальчишки и получится ли его оживить. Он лежал в шелковых штанах и рубашке, правда они были наполовину сожжены и вымазаны землей, но лицо было светлое.

«Полный урод, – подумала принцесса Ао. – И полный слабак». На этой мысли рука невольно потянулась к груди, где до сих пор чувствуется небольшое жжение. «Не полный слабак», – несмотря на свою разбалованность, чужую силу принцесса Ао ценила. Споткнувшись и упав на землю, в последний момент она потеряла концентрацию, и «доспех духа» слетел, пропустив удар молнии, пусть на секунду, но и этого было достаточно, чтобы электрический разряд длиной с ноготок врезался в грудь и сделал больно. Так могут далеко не все, далеко не все могут сбить концентрацию с Ветерана. Да и ведь не только с нее.