Третий сын - Константин Ежов

Да чего далеко ходить. Батя мой, как пояс-то надел, тоже решил повыпендриваться. Однако один удар чугунной сковородкой с ручкой справа объяснил ему политику партии и правительства. Больше разговоров на чреватые тяжёлыми травмами темы не велось. Хотя по рассказам Ростислава полюбовница у него всё же есть, но мнится мне, что хрен ей чего обломится, пока мамка жива.

– А вы в каком классе, позвольте полюбопытствовать? – задал следующий вопрос воевода.

Я-то уж губу раскатал, что всё, отделался…

– В третьем, – пришлось признаваться в невеликих финансовых возможностях.

– Ну да, удовольствие там, конечно, не то, – да ещё и с таким сочувствием в голосе, чтоб ему зелёными яблоками объесться.

– Хм, – мой ответ можно было понимать как угодно, а то ненароком чего брякну, а потом неудобно будет при следующей встрече.

– А я смотрю, вам корабль-то нравится, а, юноша? – всё не отставал дедок.

– Ещё бы, он из новейшей серии, там же всё напичкано электроникой и автоматикой. Да там!.. – прорвало меня не к месту.

– О как глаза-то горят, поди представляете себя кормщиком, не иначе? – этот гад даже не скрывал веселья в голосе.

– Да куда мне… Не с моими связями. Там даже потомственным-то не пробиться, – решил подыграть приставучему собеседнику.

– А вы разве не из моряков? – сразу просёк фишку этот тип.

– Нет, из купцов. Медный пояс у бати, – тяжело вздохнув, признался я в обстоятельствах.

Тяжело в этом мире плыть против течения. С одной стороны, сразу проявляют уважение, с другой – не то что преференций не дают, так ещё и палки тут же ставят в колёса. «Как закалялась сталь» дают прочувствовать в реальности. Одно дело читать ту книжку, другое – на своей шкуре всё испытать…

– Наследник? – продолжил он расспрос.

– Не, я третий у бати, – сразу рассказал правду.

– Ну и как собственные успехи? – а вот это был вопрос из рутинных.

– Ммм… Вот у Ростислава – это да, соседу зимой снег продаст, с его же собственного двора, мне до него…

– Что, совсем плохо? – Неужели уловил нотки уклонения в словах, иначе объяснить лёгкую улыбку в вопросе не могу.

Прикол-то стар как мир, и кого-то улыбнуть им нонсенс.

– Ну почему же. В этом году буду продвигать помидоры и огурцы, посоленные по нашему семейному рецепту. Деньжат вот подсобрал, землицы взял в аренду, с правом выкупа, правда. Работники теперь есть. Бог даст, всё получится, – начал раскрывать правду с малого.

– Какие мы, оказывается, скромные. Своё дело завёл, а всё туда же, не знаем, не ведаем и вообще грамоте не обучены. Чего хоть за марка-то, а то сподобится увидеть, может, и прикуплю.

Да. Все наши купеческие увёртки ему знакомы. Эх…

– «КулешоФФ».

– Что, так с двумя «ф» на конце? – опять прорезалась ехидца в его голосе.

– Да, большими, надо же хоть как-то внешне выделиться. В общем, ничего другого не придумалось, – опять стал я прикидываться шлангом.

– А чего же раскрутчиков не наняли? – продолжил муки моей купеческой душонки дедок.

– Денег нету, – последнее я произнёс угрюмо, не отступая от своей линии.

Примета плохая – чужим делами хвалиться.

– Эвон оно как! Постой, а не это ли марка лавки знатной рухляди и украшений, там ещё фарфор продают, по слухам, не хуже, чем у минцев? – похоже, поймал меня за язык воевода.

– Ещё хрусталь, но это всё баловство, да и убыток один. Если бы не светящиеся стразы из искусственных самоцветов, по миру бы пошёл, – а что я, он сам виноват.

– А что так?

И ведь никак не отвертишься, и по возрасту старше, и по званию.

– Так запустение на заводах было, вышли из моды эти товары, а прошлые хозяева всё и забросили, всем подавай попроще да подешевле, – пришлось начать новый раунд словесных кружев.

– Ты, значит, возродить решил? И зачем оно тебе надо, ежели в убыток? – не оставлял он попыток подловить меня на слове.

– Да! Ну, это сейчас, но со временем, думаю, всё наладится. А!.. Не знал я просто! Заработал деньги и чуть в трубу не улетел…

– Бывает. Но ведь как-то ты добываешь достаток, али у родителей на шее?

Да чего он в меня вцепился, аки волк в жертвенного ягнёнка?!

– Ювелир я, вернее, огранщик.

Так ведь всё придётся рассказать. Впрямую врать урон чести будущему морскому воеводе.

– Так ты по делам тут? – наконец сменил он тему расспросов.

– Нет, в этом году Нахимовку окончил, к родителям вот еду, а потом в Ушаковку.

– А говорил, не моряк! Я же смотрю, выправка флотская! В торговый флот, поди, хочешь? – продолжил он разговор, но как-то интерес из его слов пропал.

– Не, в морские воеводы! – с гордостью ответил.

– А как же ты работаешь? – тут же он удивился, явно понимая суть проблемы.

– Ну, когда не учусь… Тяжело это, правда, – пришлось признаться со вздохом.

– Молодец! Ладно, интересный ты юноша, а мне спешить надо, у меня-то первый класс, так что отправимся мы в Севастополь вместе. А ты не горюй, всё у тебя получится. Упорство и труд всё перетрут! – дал он обычное напутствие и, отвернувшись, направился на выход из вокзала.

Вот и ушёл мой неожиданный собеседник, но и мне пора. Только весь разговор промучился. Такое чувство, что где-то я это лицо видел, но так и не вспомнил.

– Прикоснитесь к модему, – заученно и монотонно произнесла кассирша.

Небольшой чип, вживлённый между указательным и средним пальцем, и кожа в качестве проводника. Вот и произошла оплата.

– Ваш билет, – продолжила она.

Хватаем и бегом-бегом, таких, как я, винтожабль ждать не будет. Да и вообще, ещё до отлёта хочу успеть на нижнюю смотровую площадку. И вход у нас не парадный. Попроще. И коридоры без особой отделки, и каюты на четыре места, как купе поезда. Мне ещё повезло, что она с иллюминатором. Хотя какая разница, всё одно там не собираюсь торчать.

– Здрасте, – поздоровался, вбегая туда.

– Здорово, – нестройным хором ответили трое попутчиков.

– Разрешите?

Это я прошу подняться соседа снизу, у него под лавкой поклажные места. Раздельно для него и меня, хоть моё место и сверху. Оба с замками. Преступности днём с огнём не сыщешь. Но то во внутренних областях, а тут по мелочи могут и чего слямзить. Так, заплечник туда, скатку оставляем, а пояс с кошелями, двумя этакими барсетками-переростками, на себя.

– Слышь, парень, ты куда это уже намылился? – неожиданно спросил один из потенциальных попутчиков.

– Вам-то какое дело? – ответил весьма грубо, но постарался смягчить голосом.