Миротворец - Алексей Стопичев

Весь час, отведённый на отдых, я разговаривал с двумя каплями первозданной стихии. Кое-что понял, и решил подытожить:

– Итак, если я захочу, чтобы вы были в соседней комнате, или за лье от меня, то вы там и будете?

– Совершенно верно, – пропищали элементалы.

– Чтобы вас позвать, мне достаточно произнести ваши имена? И вы услышите?

– Да, господин маг.

– Меня называть Серж, и никак иначе. Ясно?

– Да, Серж! – бодренько пропищали Шиб и Здик.

– Вы умеете зажигать. Умеете летать. Не боитесь воды, хотя вам и неприятно к ней касаться. Так?

– Так, Серж! – элементалы висели на уровне моего лица и бодро рапортовали.

– Ну, тогда всё отлично. Будете разведчиками и диверсантами!

– Как скажешь, Серж!

Агель, внимательно слушающий наш разговор, только неодобрительно покачал головой:

– Серж, ну зачем использовать золото для того, чтобы замостить дорожку? Элементалов надо беречь и изучать их. Ведь уже более полутора тысяч лет их никто не вызывал!

– Ну и замечательно, – улыбнулся я, – Раз никто не вызывал – у меня эксклюзив.

– Но как же наука? – спросил Агель. Прет Карильон в это время только ехидно ухмылялся над попытками мага отжать у меня элементалов.

– Наука? – изумился я, – А какое отношение наука имеет к магии?

Агель аж задохнулся от возмущения, а Карильон гулко захохотал.

– Ваше магичество, – мило улыбнулся я Агелю. – Я вам расскажу, что такое наука. Обязательно. А пока отстаньте от МОИХ элементалов.

Маг демонстративно обиделся, и стал усиленно дуть на кофе, приготовленный бессменным телохранителем и ординарцем Рузером. Я с наслаждением прикурил трубку, затянулся и примиряюще ответил:

– Вернёмся, обещаю подумать над наукой!

Агель сразу заулыбался, сделал большой глоток, и блаженно зажмурился.

– Шиб, а вас можно убить? – спросил я элементала.

Агель поперхнулся, Карильон от неожиданности икнул, а элементалы возбуждённо закружились.

– Серж, обязательно отвечать на этот вопрос? – пропищал Шиб.

– Ну, должен же я знать, насколько вы уязвимы, – я развёл руками. – Впрочем, тонкости и нюансы просто можно опустить. То есть, как вас можно убить, если это вообще возможно, не нужно знать никому.

– Убить нас нельзя, – загудел Шиб. Хотя, может, это был Здик. – Если нас выкинет из этой реальности, мы вновь станем частью первозданной стихии. И вновь будем ждать вызова.

Я махнул рукой, и стал распоряжаться:

– Шиб, летишь впереди отряда и смотришь любую опасность. Здик, летишь сзади отряда и следишь за тем же. В случае опасности сразу предупреждать меня.

Элементалы улетели в разные стороны, а мы с отрядом вновь выдвинулись в пеший марш по старым улицам столицы. Уже через тридцать секунд ко мне подлетел Шиб и пропищал:

– Опасность!

– Отряд стой! К бою! – проорал я. Бойцы сразу закрылись щитами и ощетинились копьями. Шиб висел рядом. Я ждал. Ничего не происходило.

– Какая опасность, Шиб? – спросил я элементала.

– Посреди улицы лежит бревно. Представляет опасность для тех, кто ходит по земле. Можно споткнуться! – довольно пропищал недоумок.

В течение последующих десяти минут я рассказывал элементалу всё, что думаю о его умственных способностях. И уточнял задачу, объясняя, что опасность это движимое, либо недвижимое, но затаившееся, и которое могло бы задвигаться. Потом это же я объяснял Здику, и, наконец, мы вновь двинулись дальше.

Сто человек и гномов, шагающих пусть и по широким, но улицам, зрелище вполне себе внушительное. Тем более я, наученный опытом земного прошлого, распределил бойцов согласно всем канонам уличного боя. Дозор из одного десятка топал впереди, тесно прижимаясь к домам, и оставляя свободной середину улицы. Только дурак попрёт посреди улицы в городе, который потенциально может быть захвачен врагом. Восемь десятков шли следом. В колонну по двое, щитами в разные стороны. И последний десяток шагал сзади, прикрывая тыл. Этот десяток нас и спас, когда в тыл к нам выметнулись непонятные паукообразные создания. Восемь огромных, с кавказскую овчарку размером, антрацитовых тел на мохнатых ножках, выметнулись из дома и напали сразу на двоих бойцов. Буквально доли секунды – и ратники погибли под жвалами тварей. Правда, остальные не растерялись. Отскочили, и, выстроив стену щитов, швырнули в тварей гранату. Взрыв разметал пятерых гиганто-пауков, оставшиеся трое сделались будто контуженными. Хотя, на самом деле так оно и было. И бойцы арьергарда, с подоспевшими бойцами из основного отряда, порубили пауков без проблем.

– Вашество! – Яг указывал на дом, откуда выскочили пауки, – Гляньте, стены как сеткой обвешаны!

– Паутина! – я подозвал десятника дозорного: – Смотри, если такой дом встретишь с сеткой – обходить! Там пауки. Вопросы?

– Никак нет, вашество!

– Отлично. Тогда вперёд!

К вечеру, долго плутая по улицам бывшей людской столицы, мы наконец-таки выбрели на огромную площадь, на которой и стояли три огромные башни, увенчанные сверху острыми шпилями. Сама площадь сохранилась почти идеально. Вымощенная каким-то светлым, бело-серым камнем, она поражала и размерами, и красотой. Посередине площади торчал неработающий фонтан в виде какой-то статуи то ли тролля, то ли злобного карлика, хватающего лебедей. А башни, стоявшие в ряд, были выложены из белого камня. И высота башен равнялась высоте десятиэтажного дома.