Послушник - Брамин Виланов

— Благодарю святой отец. Это очень хорошие новости…

Это чертовски хорошие новости. Уж не знаю, каких богов благодарить, но умозаключения священника отлично легли на мои планы. Пора двигаться дальше. Я не могу всю жизнь просидеть в этих глухих местах. Может хоть в городе удастся разжиться информацией о том, в какие края занесла меня нелегкая и отыщется тот, кто поможет с памятью. А то в монастыре ни лекаря толкового, ни книг по географии или карт захудалых не нашлось. А на все прошлые вопросы по поводу мест обитания что Родерик, что Мартин отвечали скупо и мало чем могли помочь. Все что я узнал за 8 месяцев так это только то, что нахожусь в Империи Света, а именно в ее северной провинции Готландии. Маловато для понимания, куда идти случись что.

Уж не знаю, как мне удалось прожить оставшиеся несколько дней до отправки в город. Так всегда происходит, когда чего то ждешь, время, будто замирает и минуты кажутся вечностью, а если же ты наоборот занят чем-то, то время неуловимо пролетает с огромной скоростью. Несправедливость бытия.

Поднявшись еще до восхода солнца, я быстро умылся и умчался во двор готовить наш транспорт. В Аугсбург отбывали на старенькой скрипучей телеге, которую тянул ослик. Мартину пришлось остаться, чтобы присмотреть за троицей проказников, и он был крайне недоволен этим. Видимо хотел сам скататься в обжитые места, но я занял его место. Так ему и надо может, будет меньше задирать нос. Погрузив нехитрую поклажу, мы с Родериком тронулись в путь. По словам священника, дорога должна была занять почти неделю. Да уж далековато он забрался от мирской суеты.

— Святой отец, а есть ли рядом какие-нибудь другие селения? — несмотря на не самые приятные условия для путешествия хорошее настроение меня не покидало уже третьи сутки. Да приходилось спать на холодной и жесткой земле, днем было душно как в печи, а ночью холодно, словно в леднике, постоянно надоедала мошкара, стремящаяся тебя покусать в любую открытую часть кожи, но все же мы едем к другим людям и это одновременно, и волновало и радовало.

— Ты уже спрашивал меня об этом сын мой. Месяц назад, неделю и даже вчера. Повторю вокруг Аугсбурга много деревень. Крестьяне выращивают там скот и овощи для продажи на рынке города. Но в дневном переходе от них ты больше никого не встретишь. Места тут красивые, но в то же время и дикие. — Родерик, правил повозкой и уже в который раз выдал мне те же самые сведения, что я уже слышал.

— Простите святой отец. Просто стараюсь узнать как можно больше об окружающем. Авось что вспомню.

— Ничего сын мой. Приедем в Аугсбург, и я отведу тебя в Церковь Святой Елены. У них есть карта Империи. Довольно подробная чтобы ты постарался отыскать знакомые тебе места. Терпение это благодетель. Не напомнишь, кто это сказал?

— Бьянка Сквези. Епископ. 7 столетие эры Восхождения. Первая островитянка, которая заняла пост Верховного Понтифика. Самые известные работы это “Праведный Путь” и “Вера — как источник света в душе”. - не задумываясь, я выдал ответ на внезапную проверку знаний.

— Отлично. Нисколько не сомневался, что ты помнишь. — с небольшой улыбкой похвалил Родерик.

— Как по мне некоторые ее высказывания противоречат догматам церкви и в массе своей, она просто пересказывала мысли своих предшественников. Популист.

— Это еще что такое?

— Э-ммм… — пора бы уже следить за языком. Либо осторожность, либо костер. Пришлось выкручиваться из ситуации. — Вариация к слову пустобрех. Говорила то, что от нее хотели услышать, и при этом слишком сильно прятала изначальную мысль в потоке несвязанных слов. В книжке прочитал.

— Не богохульствуй. Ее возвели в ранг святых. — без злобы ответил на это священник. — И в какой такой книжке? Не помню ничего подобного в библиотеке монастыря.

— А вы прочти все книги оттуда?

— Нет. — легко сдался Родерик, но после добавил с хитрецой. — Но я точно знаю, что работ Романа Аквиланского там нет.

Надо бы запомнить это имя и при возможности ознакомится с его трудами. Чую пятой точкой автор будет мне близок. Хорошо хоть священник не стал допытывать, откуда я взял столь недостойные благочестивого мужа мысли. А я ведь говорил просто что думаю, и почему-то мне кажется, что Родерик хоть меня и осадил, но на самом деле согласен с такой характеристикой Бьянки Сквези.

На ночлег остановились, когда солнце уже почти село. Напоив ослика, я пошел пополнить оскудевшие запасы воды к текущему неподалеку ручью пока святой отец занимался костром. Наскоро перекусив, мы быстро завалились спать. Хоть путь проходил и не на своих двоих, но за день хочешь не хочешь, умаешься сидя в покачивающейся телеге под палящим солнцем.

Я всегда спал как убитый. Стоило только коснуться подушки и сомкнуть глаза как сознание тут же проваливалось в царство сновидений. Но сны мне не снились. Совсем. За почти год, проведенный в этом явно не родном для меня месте ни одного послания со стороны сознания. Вот что значит чистая совесть. Но в этот раз все было по-другому. Хоть я и пребывал в дреме, но что-то не давало окончательно утратить связь с реальностью. В спину, будто иголку воткнули. Зудящая ощущение на загривке словно предупреждало об опасности. Откуда-то появилась уверенность, что нам нужно встать и бежать подальше от этого места. Что-то приближалось, и оно явно желало нам зла.

Тело подскочило само по себе, будто на него вылили ушат воды. Родерик спокойно спал, устроившись возле телеги. Костер еще не потух окончательно, и неровный свет озарял полянку, которую мы выбрали в качестве места для остановки. Вокруг было тихо, и только трель сверчков да цикад разбавляли ночь под звездным небом.

— Грррр… — кажется, я поспешил с выводами. Откуда-то из темноты послышался рык. Не думаю что это чья-то пастушья собачка. — Г-рррр.

Нервно сглотнув и припомнив всех святых я медленно подполз к священнику и принялся его будить.

— Родерик. Родерик. — понадобилось некоторое время на то чтобы растолкать священника. Как только он продрал глаза, не давая ему слова я выпалил. — Волки.

И вправду из высокой травы в круг света начали выбираться серые санитары леса. Не сказать что огромные, скорее размерами с дворовую псину, но их было много. По крайней мере, я успел насчитать семерых. Их желтые глазища ярко сверкали в темноте ночного леса. К этому моменту мы уже поднялись на ноги и спинами уперлись в телегу.

— Ну и что делать будем? — волки продолжали скалиться в любой момент готовые к броску. Против такой стаи нам не выстоять.

— Святая Елена защищает! Святая Елена должна защитить! — Родерик вытащил из-под рубахи серебряный треугольник на шнурке и выставил вперед символ богини. Три старинных руны уже мертвого языка вокруг раскрытой ладони. — Молим тебя наша мать, помоги угнетенным, но праведным. Спаси и дай сил устоять против зла…

— Чет не помогает! — в ответ на молитву с просьбой благословления хищники только сильнее оскалились и стали подбираться еще ближе. Может они и небольшие, но клыки вполне внушительные. — Сейчас не время надеяться на помощь свыше.