Завет - Се Эн

солдата энергией в обычных условиях, а целого батончика — в экстремальных. Но Девятка не был обычным солдатом и просто ел его, не обращая внимания на вкус. Ему, похоже, даже нравилось, что периодически порождало шутки на тему пищевых пристрастий орков, особенностей их кулинарии и пищеварения.

— Хорош картон с говном жрать, нас ждут великие дела, — сказал Виктор.

— Всё-таки грохнул дружка, — констатировал Девятка, бросив смятую обёртку. — Правильно сделал, лучше порвать с прошлым окончательно.

— Странно слышать подобное от тебя.

— Ты на что намекаешь?

Каин ткнул пальцем в значок, болтающийся на бронежилете Девятки.

— Тотем твоего клана.

— И чё?

— Раз ты здесь, то тебя изгнали, не так ли?

— Не твоё дело, Сийярто.

— Я давно хотел спросить — где ты потерял палец? На войне? Разрывной пулей зацепило?

Девятка заметно напрягся.

— В носу решил поковыряться, а он возьми да и застрянь.

— И что? Продолжай, это интригующая история.

Орк навис над Каином.

— И всё, отхерачить пришлось. А тем, кто слишком много знает, отрезают уши. Особо настырным могут и колумбийский галстук выдать.

Виктор вклинился между ними.

— Кончайте трепаться. Девятка, сходи проверь дорогу.

— Это приказ?

— Он самый.

— Мы ещё встретимся, говнюк, — пообещал Девятка.

— Буду ждать.

— Ты ничего не забыл, солдат? — напомнил Виктор. — Дела не ждут.

Орк злобно засопел, но подчинился и затопал прочь.

— Зря ты задаёшь Девятке такие вопросы, — сказал Виктор. — Это ранит его нежные чувства.

— Я думал, орки больше не практикуют отрезание пальцев.

— Чаще полицейские отчёты читай, узнаешь много интересного.

Виктор помолчал.

— Никто не отрезал Девятке палец. Он сам сделал это.

Вдали застрекотал вертолёт.

[1]Офиты (др. — греч. ὀφῖται от др. — греч. ὄφις — «змея», «змей») — гностические секты, почитавшие змею как символ высшего знания.

[2]Суггестия (лат. suggestio — «внушение») — форма воздействия на сознание, при которой происходит внушение установок или убеждений.

[3]Транслейтания (от лат. Transleithania — «по ту сторону Лейты») — историческое название венгерских земель, входивших в состав Австро-Венгерской империи.

[4]Vox in excelso (лат.) — голос свыше.

[5]Тазер — нелетальное электрошоковое оружие.

[6]Extra ecclesiam nulla salus (лат.) — вне церкви спасения нет.

Пять только II (2)

Живущий под кровом Всевышнего под сенью Всемогущего покоится, говорит Господу: «Прибежище мое и защита моя, Бог мой, на Которого я уповаю!»

Псалтырь, 90

— Шеф, сообщение от Альмы, — передал Девятка.

— Соединяй, послушаем.

— …там долго ещё? Птички сообщили, что эти сукины дети снова собрались наступать, у нас патронов на всех не хватит.

— Выдвигаемся.

— Задание изменилось. Наркотой займётся инквизиция, группа уже в Уйлипотвароше. Мы возвращаемся на базу. Если вертолёты смогут сесть в этом бардаке.

— Сообщения от «Ретро» были?

— Продолжают отстреливать говнюков вместе с тринадцатой и Малышом.

— Грязный уже собирает ставки?

— Само собой. И крайне недоволен результатом.

— Малыш там опять с пейджером балуется, наверное. Подводит Грязного.

— У него даже часы с функцией приёма сообщений теперь есть. Так что на миссиях можно не отвлекаться.

Виктор вытащил магазин и проверил патроны.

— Крутые у тебя подружки, Каин. Что Джен, что эта, как её там…

— Кальфу?

— Ага.

— Она не…

— Да ладно, не скромничай. Если они не знают друг о друге, то от меня точно ничего не узнают.

Девятка обнаружился на перекрёстке. Ему на глаза попалась тележка с гамбургерами, и орк незамедлительно начал грабёж, справедливо полагая, что обед ещё не скоро.

— Шеф, докладываю: я тут немного хавки нашёл. — Девятка вытянулся и щёлкнул каблуками. — Ты не против небольшого мародёрства?

— Ты опять засрал всю форму! — заорал Виктор, увидев жирные пятна на рукавах и разгрузке Девятки.

От гнева в его речи начали появляться характерные для вампиров щёлкающие согласные звуки — кликсы, которые для неподготовленного слушателя сливались в сплошной шум, особенно в сочетании с элизией[1], и часто использовались для радиопереговоров с помощью условного кода.

Но Девятка уже давно общался с вампирами и научился их понимать.

— Чем больше пятен, тем лучше маскировка.

Девятка запихал в рот очередную порцию, прожевал и сыто рыгнул.

— Сегодня же пойдёшь к интенданту и получишь новую, понял?

— В прошлый раз сказали, что теперь новые правила и без офицера не выдают.

— Так даже лучше, подберу тебе самую уродскую, — посулил Виктор. — И ботинки на пару размеров меньше.

Орк безразлично пожал плечами.

— Что-то ты напряжённый, — сказал он и протянул Виктору слегка помятый бургер. — На, слопай, а то уже из штанов выпрыгиваешь. Там глядишь, и жить станет повеселее. Хавка всё меняет.

— Убери от меня эту срань, я ещё пожить планирую. Альма сообщила, что к точке рандеву стекаются новые силы, слышал?

— А то, — хмыкнул Девятка. — Зато настреляемся вдоволь.

— Если не настрелялся ещё, то катись обратно в армию. Там есть всё, что тебе нравится — большие пушки, холодная жратва, отсутствие душа и возможность быть первостатейным засранцем. Зато всегда можно рассчитывать на пинок под зад от старшины и внешний вид по уставу. Чтобы жизнь совсем малиной не казалась.

— Меня оттуда выперли, забыл, что ли? Сказали, тупых не держим. Пришлось податься в церковники, здесь всем рады.

— Потому что твоё призвание быть не воином, а грёбаным дебилом.

— А вот как ты сюда попал с таким крошечным мозгом… Не, ты точно видел рекламу, где рыцарь отметелил дракона и стал воином храма. И теперь шляешься по этому зассаному району в поисках дракона, а вместо него находишь каких-то придурков.

— Одного я прямо сейчас вижу.

— Не в ту сторону смотришь, Каин сбоку стоит.

— Кончай жрать, нас ждут великие дела.

Девятка вздохнул и принялся сгребать уцелевшую еду в охапку. Виктор повозился с гарнитурой.

— «Альфа», мы возвращаемся тем же маршрутом. Смотрите в оба.

Девятка плёлся в хвосте маленькой колонны, продолжая поглощать бургеры с ужасающей скоростью.

— Его бы на соревнования записать, — заметил Каин. — Точно первый приз возьмёт.

— Обойдётся.

— Вик, у тебя какое-то совсем уж лютое стремление всех обламывать, — невнятно пробурчал Девятка. — Попустись, отсыпь немного халявы.

Виктор поднял кулак и присел.

— Там кто-то есть.

Орк проигнорировал предупреждение.

— Ну чего встали? Тут идти-то осталось…

Девятка свернул за угол и замер — в грудь ему упёрся ствол.

— Ну надо же, — протянул он. — И какой у нас сегодня пароль?

— «Не стреляй мне в зад», — сказал Скарт Райх, опустив автомат.

Комичности ситуации добавляло донельзя серьёзное лицо дроу.

— «Не стреляй мне в зад», — повторил Девятка.

— Уговорил.

Они стукнулись кулаками.

— В принципе, я не против, если ты его когда-нибудь шлёпнешь, — сказал подошедший Виктор. — Что нового, сержант?

— Пятерых успели убрать, пока вы там прохлаждались. Пушки сломали, трупы свалили в цветник, чтобы в глаза не бросались.

— Я