В иных мирах - Кутрис

Карта с заключённым в ней пленником исчезла в пространственном кольце. Теперь и мне можно последовать её примеру, чтобы вернуться в божественный домен. А можно поохотиться на оставшихся титанов, дабы стать сильнее. Да и познакомиться с лучником будет не лишним.

Словно в ответ на мои мысли, оба магических шара вдруг погасли с неяркой бордовой вспышкой. А в бледном свете луны я увидел бегущего в мою сторону человека в одеянии героя. В правой руке он держал ажурный, словно сотканный из тонких прутиков, лук.

Над его головой по мере приближения возник зеленоватый нимб:

Ли-Цзин. Человек. Герой. Уровень 8.

И приглядевшись внимательней к бегущей тонкой фигурке и точёному лицу, я с запозданием понял, что мой союзник — девушка.

Не добежав три десятка локтей, она остановилась и неглубоко поклонилась, не отрывая от меня взгляда красивых, слегка раскосых глаз. Даже свободная системная одежда не скрывала её женственной фигуры. Короткие тёмные волосы сзади были стянуты лентой одного цвета с системной одеждой. За спиной из колчана выглядывали хвостовики стрел.

— Спасибо за помощь в славной битве с исчадиями тьмы, благородный муж. — Склонившись ещё ниже к убитому мной титану, она дотронулась ладонью с зажатой в ней картой к кончику торчащей стрелы, и та втянулась с неяркой вспышкой. А вслед за первой и вторая, что лежала рядом на окровавленной земле.

Стрелы, похоже, совсем не простые. А сродни системному оружию могут поглощать жизненную силу.

— Битва ещё не закончилась, — хмыкнул я, сдержав желание растянуть свои губы в улыбке. Покосился на тёмный проход, в котором за последние полчаса успели погаснуть все светильники. — Это же ты зажигала те красные солнца?

— Великое небо наделило меня этим даром, — коротко кивнула лучница.

— Сможешь осветить зев туннеля? — я махнул рукой в сторону коридора.

Ответив утвердительно, Ли-Цзин небрежно махнула левой рукой и зародившийся кроваво-красный сполох отправился в тёмные врата.

— На сегодня это последний раз, когда моё умение осветит наш путь, — проронила она с лёгкой грустью.

— Следи за подступами, — скомандовал я, аккуратно приближаясь вдоль стены к тоннелю, озарённому красным светом.

Встав на колени возле арки прохода, я на секунду аккуратно заглянул внутрь.

Успел заметить одного кентавра. Тот стоял в трёх десятках шагов, практически посередине прохода, направив в мою сторону копьё. Неизвестно, заметил он меня или нет, но выстрела не последовало.

Решив проверить своё предположение, сосредоточился и создал напротив прохода пелену отвода глаз. И почти в тот же момент раздался выстрел, отразившийся многократным эхом.

Развеяв пелену, мельком взглянул на лучницу: она стояла с полунатянутым луком и, приоткрыв красивые губы, водила головой из стороны в сторону.

— Я наверх, — тихо, практически шёпотом предупредил союзницу. Уменьшил в десяток раз свой вес и полез по стене. Напоследок вновь сотворил пелену отвода глаз перед аркой портала, дабы отвлечь засевшего напротив титана.

Оставив эхо ещё одного выстрела далеко внизу, я за десяток секунд добрался до парапета, на который уже взбирался совсем недавно.

И сразу моё внимание привлёк титан, который ещё недавно оплакивал своих падших соратников. Сейчас он методично вырезал длинным, изогнутым мечом скованных неведомыми чарами пленных. И уже закончил с правой группой.

За то время, пока он предавался этой кровавой жатве, титан успел набрать целых четыре уровня и красовался кровавым нимбом:

Юнит системы. Титан. Уровень 11 .

Своего порохового копья он или лишился ещё раньше, либо вообще им не обладал. Впрочем, торбы бездонной я на нём также не приметил.

Призвал из кольца пистолет и, бросившись вниз, я выпустил в его торс пять пуль. Один из стоящих рядом пленных упал как подкошенный, а сам кентавр три раза дёрнулся, будто в коротких конвульсиях, сопровождаемых свистом рикошета. В кирасу угодили три пули и особого вреда, как мне показалось, не принесли.

Не прекращая бежать вниз по ступеням, спрятал в кольцо пистолет и призвал меч. Я решил одним мощным ударом завершить наш поединок.

Кентавр играючи парировал мой удар своим мечом, попутно движением кисти закручивая свой клинок вокруг моего.

Отпрыгнул назад, разрывая дистанцию и подспудно опасаясь получить в спину пулю от титана, засевшего в коридоре напротив прохода.

Взревев, кентавр рывком скакнул в мою сторону, намереваясь если не располосовать своим серповидным клинком, то, по крайней мере, откинуть таранным ударом.

Я резко сместился влево. Увернувшись и от меча, и от стремительно пронёсшийся мимо туши, я успел двумя руками развернуть ромфею и вспороть заднюю правую ногу кентавра.

Яростно взревев, титан за мгновение развернулся на месте, отмахиваясь своим клинком с такой скоростью, словно у него было как минимум три вооружённых мечами руки.

Отпрыгнув вверх и назад, я почти мгновенно уменьшил свой вес и, немного зависнув в воздухе, выпустил в кентавра молнию с левой руки.

Хоть при прошлом применении эффекта и не было, но у меня всё же оставалась надежда, что в этот раз заклинание его проймёт.

Но моим ожиданиям не суждено было сбыться. Как и в тот раз, молния лишь обволокла кирасу и развеялась, не оставив после себя даже следа.

Перехватив ромфею двумя руками, я попытался вклиниться в вязь, что рисовал своим мечом титан. И мне практически удалось. За три удара я смог немного расшатать его защиту. Но завершающий удар в незащищённую левую руку титана нанести не успел.

Прозвучал грохот выстрела, и выше локтя мою левую руку опалило болью, оттолкнув её в сторону.

Зашипев, я прыгнул в сторону трибуны, снова уменьшая свой вес, благодаря чему взмыл на высоту не менее двадцати локтей.

Почти зависнув в воздухе, я начал отклонять своё медленное падение к вершине амфитеатра. Спрятав в это же время меч в карту, снова призвал пистолет, приготовившись в любой момент завершить миссию.

Паря спиной вперёд, я выпустил пулю в мечника, целясь в колено. Но пуля лишь пробороздила правое переднее бедро, зато отдача опрокинула меня навзничь, из-за чего я сделал неполный оборот в воздухе. Запутавшись, где низ, а где верх, я рухнул кулём на каменные ступени амфитеатра.

От падения на левый бок новая волна боли стеганула плетью, и я опять позавидовал Пелиту с его божественным проклятием не чувствовать боли. С моими ранениями оно было бы очень кстати.

Перевернувшись на спину, я рывком сел,