Король и император - Гарри Гаррисон

На следующее утро, в тот момент, когда стоящий выше всех дозорный заметил первый проблеск солнца, маленький флот северян, насчитывающий теперь лишь одиннадцать кораблей, был готов к отплытию. Ночью многим снилось пламя, и никто не хотел оказаться в ловушке между враждебным берегом и красными галерами греков.

Организацию отхода Шеф предоставил Бранду, которому не раз доводилось покидать береговые плацдармы. Неуклюжие двухмачтовики пошли первыми, выгребая громоздкими веслами в ожидании ветра, который каждое утро дул с остывшей за ночь суши в сторону теплого моря. Четыре уцелевших драккара приготовили весла, едва касаясь кормой берега. К ним всем гуртом, но командиры сзади, подбежали дозорные, охранявшие береговую тропу, одновременно отталкивая корабли и забираясь в них, а Бранд заботливо пересчитал людей. Десять гребков — и суда викингов вышли на открытую воду, легко поспевая за «Победителем Фафнира».

Осталось снять две последние группы. На каждом из утесов, стороживших вход в бухту, Шеф держал по дюжине человек, готовых зажечь сигнальные факелы, если враг попытается прорваться в гавань. У викингов и для таких людей была разработана процедура отхода. По команде появились канаты, и дозорные стали спускаться подобно паукам на конце паутинки. Викинги сначала отправляли вниз своих неопытных английских товарищей, понял Шеф. Люди коснулись земли, бросились в воду, ухватились за выставленные весла и были втянуты на борт.

Теперь за дело взялись мастера, они спускались в три раза быстрее, словно по другому склону холма уже поднималась вражеская армия. Канат крепили к прочно вбитым колышкам и дважды обматывали вокруг пояса, затем викинг, лицом к скале, упираясь в нее ногами, быстро скользил вниз. Попав в воду, он освобождался от веревок.

И все-таки кого-то оставили! Когда последний спустившийся воин забрался на корабль, Шеф заметил наверху голову и машущую руку. Это был вчерашний изобретатель, который хотел привязать к факелу ткань от воздушного змея. Шеф уже знал его имя: Стеффи, по прозвищу Косой, самый худший стрелок из арбалета на флоте. Парень отнюдь не выглядел встревоженным, даже широко улыбался. До Шефа донеслись его слова:

— Я придумал новый способ спускаться! Смотрите!

Стеффи подошел к высшей точке утеса, в ста футах над водой, на которой легко покачивались корабли. За ним волочилось что-то привязанное к спине. Шеф закрыл глаза. Еще один глупец возомнил, что может летать. По крайней мере, под ним вода. Если повезет, он не ударится о скалу и не захлебнется, прежде чем его вытащат.

Парень отступил на несколько шагов, неуклюже разбежался и прыгнул. Едва он оказался в воздухе, что-то раскрылось за спиной. Квадрат футов восьми в поперечнике, привязанный бечевками к своеобразному поясу. Когда маленькая фигурка устремилась вниз, ткань наполнилась воздухом, образовала нечто вроде купола. Несколько мгновений падение замедлялось, фигура чудесным образом висела в воздухе, снова стала отчетливо видна улыбка Стеффи.

Затем что-то пошло не так. Парень начал раскачиваться из стороны в сторону, улыбка исчезла, он отчаянно дергал за бечевки и размахивал ногами. Всплеск не далее чем в двадцати футах от борта. Два викинга Бранда, как тюлени, обрушиваются в воду. Они вынырнули вместе со Стеффи, у которого текла из носа кровь, отбуксировали его к «Победителю Фафнира», передали в протянутые руки и уплыли на свой «Нарвал».

— Все шло хорошо, — бормотал Стеффи. — А потом воздух стал выплескиваться, словно… словно из переполненной кружки. Я сохранил ткань, — добавил он, дернув бечевку, что тянулась к уже снятому поясу. — Ничего не потерял.

Шеф похлопал его по плечу.

— В следующий раз, когда решишь прыгать, предупреди нас, человек-птица.

Он отвернулся, помахал рукой Хагбарту. Флот медленно двинулся на веслах в море, каждый впередсмотрящий искал на горизонте вражеские галеры или не менее опасных разведчиков под косым латинским парусом.

Никого. Хагбарт покашлял, задал главный вопрос:

— Государь, какой курс взять? На юг? Вернемся на базу?

Шеф покачал головой.

— Идем прямо в море, постараемся до полудня уйти как можно дальше. Когда ветер стихнет и мы снова станем беспомощны, лучше находиться в такой дали, где ни один христианский разведчик нас не найдет. Скоро они шеренгой прочешут прибрежные воды. К тому времени мы должны скрыться за горизонтом. Военный совет в полдень, — добавил он. — Передай Бранду — пусть прибудет к нам на борт.

Он повернулся, чтобы повесить гамак. Проведя ночь на кишащем клещами песке, измотанные люди толком не отдохнули. Свободные от вахты при парусах и в «вороньих гнездах» последовали примеру короля.

Спустя несколько часов Шеф и его советники собрались около передней катапульты «Победителя Фафнира», под навесом, прикрывавшим палубу от солнца. Король устроился на раме онагра. Вокруг сидели и лежали на палубе четыре жреца Пути: Торвин, Хагбарт, Скальдфинн и Хунд. Бранд прислонился широченной спиной к форштевню, увенчанному головой дракона. Подумав, Шеф позволил еврею Сулейману присутствовать на совете. В нескольких футах поодаль, с разрешением слушать, но не говорить, пока не спросят, сидели на корточках Квикка и Озмод; им поручалось сообщить команде о принятом решении. Между ними с мрачным выражением лица стоял юный Муатья, почти ничего не понимая из смеси английского и норвежского языков, — ни тот ни другой он не потрудился выучить за несколько недель, проведенных на корабле. Однако он мог ответить на некоторые вопросы, если таковые возникнут.