Вирус войны - Дайре Грей

Он усмехнулся и чуть приподнял подбородок.

— Женщины часто просили у меня подарков, но обычно чего-то материального. Ткани. Украшения. Экзотические фрукты с других планет. Зверей. Иногда книги. Но вас, полагаю, все это не интересует?..

— Материальный мир тленен. Вы не заберете его с собой, когда придет последний час. Все, что останется с вами — воспоминания. Только воспоминания. Они по-настоящему бесценны. И очень часто связаны с конкретными людьми.

— Полагаю, вам никогда не приходилось голодать…

Ее философский настрой смог выправить настроение мужчины. Теперь он смотрел с интересом, но без злости.

— Киорис плодороден. Вы правы… Я не знаю, что такое голод. Но достаточно изучала наши благотворительные миссии, чтобы понимать, насколько он может быть ужасен…

— Видеть и чувствовать — разные вещи. Вы, наверное, думаете, что я не понимаю, о чем говорю, но… Один из этапов воспитания наследника на Этре включает пребывание в бедных районах с полным погружением в среду. Шейх должен знать, кого он защищает. Откуда приходят его воины. Чем живут. О чем думают в перерывах между боями. Хороший господин всегда заботится о своих людях.

— Не сомневаюсь, что вы знаете, чем живет каждый ваш воин…

И отнюдь не из-за заботы о них, а что бы понимать, кто может предать, а кто будет верен до конца. Кого можно заставить пытать женщину, а кто не сможет поднять на нее руку даже под угрозой смерти. Вовсе не все этроссы одинаковы. Как и не все киорийцы. Всегда встречаются исключения и те, кто составляют общую массу.

— Ваша подопечная жива, — неожиданно сообщил шейх. — Сегодня я имел с ней беседу.

Сердце ударило с перебоем, но Филис не позволила себе даже нахмуриться.

— Рада слышать. Она хорошо себя чувствует?

— Здорова. Напугана. Совсем не похожа на киориек. Неужели, вы подчинитесь такой императрице?

— Киорийцы не подчиняются императрице. Она определяет лишь внешнюю политику. В остальном народ управляет планетой самостоятельно.

— О да, еще одно ваше варварство. Стремление к свободе вопреки здравому смыслу. Как народ может понять, что ему нужно? Это же безликая масса, которая нуждается в управлении и твердой руке.

— Только сам народ и может понять, в чем нуждается. Правитель должен думать глобально и масштабно. Видеть новые горизонты и определять курс развития своего народа. А все остальные насущные проблемы не требуют его участия. Они только отвлекают и мешают.

— И как же далеко простирается взгляд вашей императрицы? Способна ли она разглядеть свет путеводной звезды или остается слепа в ночи?

— Маеджа Софрония делает для Киориса все, что в ее силах. И даже больше… Как и любой хороший правитель.

— Вижу, вы так же, как и этроссы не смеете осуждать вашу правительницу. Между нами уже есть что-то общее.

Данияр улыбнулся, пряча в глазах лукавство. Он заигрывал с ней. Желал вывести из равновесия подобным сравнением, не понимая истинной разницы…

— Отношение киорийцев к императрице и всей императорской семье построено на уважении и понимании той жертвы, что они приносят, служа обществу. А отношение этроссов выстроено на страхе, не так ли?

Собеседник помрачнел, и трапезу закончили в молчании. Но после того как блюда были убраны, мужчина не поспешил уходить. Наоборот, сделал жест охране, которая уже через минуту принесла доску и резные фигурки для игры.

— Полагаю, с шатранжи вы тоже знакомы?

Филис опустила взгляд на алые и черные клетки.

«Папа научил меня играть в шатранжи, хочешь покажу? Посол Этры подарил ему набор для игры. Там такие красивые фигуры!»

— Знакома, но не столь хорошо, как вы думаете. Соперников у меня было немного. Да и те не слишком опытные. Прошу не судить меня строго.

— Неужели, я нашел хоть что-то, в чем вы не преуспели?

— Я всегда готова учиться, великий… Надеюсь, вы будете терпеливым учителем…

Отношения учителя и ученика для Этры столь же священы, как и законы гостеприимства, и окружены массой традиций. Лицо мужчины дрогнуло, вытянувшись от удивления. Конечно, ведь для этросса невозможно представить женщину в качестве ученицы. И переступить через культурные стереотипы едва ли не сложнее, чем сделать шаг для установления доверия. Пусть и крохотный.

— Я постараюсь…

Угрозу в его обещании не услышал бы только глухой…