Оскал столицы - Алексей Богородников

Через минуту из двери выскользнула ну очень знакомая фигура. Дитя порока, которая меня в первый вечер встретила. Только в этот раз вместо черно-белой униформы со скромной заколкой, на ней было розовое платье фрейлины с белым верхом и стильный фиолетовый бант на голове. Да и осанка совсем изменилась.

— Скорость карьеры в королевском дворце быстрее чем моргнуть успеваешь, — приятно удивился за неё я.

— Иногда моргание можно принять за подмигивание, ваша милость, — певуче пошутила она. — Королева просит вас не скучать в недолгом ожидании аудиенции и желает знать какие напитки вы предпочитаете на вечер.

Я тут уже почти свой: просят, желают. Завтра на своей карусели интриг завербуют поработать могучей поняшей. До чего грамотные фрейлины у Найзирии пошли.

— Конечно те же, что и её величество, — согласовал я свою позицию с королевской. — Но без ноток алкоголя, если таковые могут присутствовать.

Она улыбчиво согласилась, слегка поклонившись и мелькнув греховным декольте платья. Интересно сколько, поначалу успешных биографий, нашли там свою могилу?

Ждал я недолго минут пятнадцать, за это время оценку прокинул королевским гвардейцам на карауле, безмолвными тенями, застывшими у дверей. Этих я прежде не видел, но из роты охраны я всего два взвода знал. Семнадцатые уровни, а на фибуле плащей вместо трех зубчиков, как у моей принцессы, четыре. Вот и всё различие: в целом, такие же морды каменные, фигуры зверские, глаза преданные.

Через пятнадцать минут меня пригласили, зашел, а там Найзирия гневная. Клокочет, мечется, суету наводит. Южнокаталийский сливовый кактус, в употреблении которого я еще в Самуре, помощника наместника бывшего стебал, обладал стимулирующим психоделическим воздействием. Короче говоря, был близок по своему действию к «промокашке». Как я понимал, жвачка повышала возбудимость рецепторов глутаматергических нейронов головного мозга. Но вот дальше: насколько эффект серьезен, стабилен и длителен, какие побочки возникают, как быстро разрушается внутриклеточный кальций или падает выработка диацилглицерола — понятия не имел.

Здесь знаете исследований таких не проводят. А люди, которые каталийскую жвачку жуют, долго не живут. Она не дешевая, на неё обеспеченные люди подсаживаются. Печень уже пропили, её считай нет, а сознание погрузить в радугу хочется. Вот и идут за жвачкой.

Дорогая замена алкоголю, после неё скоренько несут на кладбище.

Чел, который «зажевал» может себя местным Создателем ощущать: ему хорошо и уютно, он себя архимагом огня чувствует, «Дождь метеоритов» кастует на неприятных людей или монстров. А в реале ноль концентрации: наркоман под трипом что-то бессвязно бормочет, брызгая слюной — как долго такой дурачок проживет? Воин под жвачкой терял меткость и скорость, хотя обезболивающий баф получал. Ну так под «ёжиком», как называли жвачку из кактуса, без ног может и не больно ползти за врагом, но смысла в таком перфомансе никакого.

В общем за торговлю такой дуростью, быстро шею ломали на виселице.

Конечно Найзирия в шоке была. Во-первых, скандалище какой, узнай кто, что принц употребляет. Во-вторых, удар по репутации принца заденет семью. Шепотки поползут: королевская династия уже не та. В-третьих, сестру ударил. Да она его за это ушатать вправе: легко и спокойно. Это у неё титулы от Создателей, а Шилнагаил раздутый мудак, забросивший возвышение. Было, в-четвертых и пятых, но я подумать не успел: Найзирия меня за грудки схватила и давай выспрашивать, что делать.

Изложил ситуацию, как я себе её представлял. Здесь королевские особы всегда на виду: слуги, родные, наставники, аристократия. Если принц в первый раз употребил, а такого за ним раньше не водилось, то остановить потенциального наркомана можно довольно легко. Два варианта: либо строгая изоляция с целительными клизмами. Либо…

— Все беды принца от ревности, — высказал мнение, — переживает что неконкурентноспособен по сравнению с её гениальным высочеством. Завидует быстрому возвышению, титулам от Создателей. Народная молва ставила его высоко, заставляла чувствовать свою избранность, геройскость, а потом быстро исчезла. Ломка по любви и ощущение ненужности приводят к плохому финалу. Надо заставить его поверить в себя.

Да она сама догадывалась об этом, понял заглянув в её глаза. Это я себя в ловушку загнал, повесив на себя хомут из принца потому что…

— И кто как не доблестный Джерк Хилл, поможет нашему мальчику, — подтвердила Найзирия.

Что за детсад из коронованных особ? Этому бугаю двадцать три, но он тупее Аиши раз в десять. Мне что и его теперь пороть? Здесь не ремень, а Черный Властелин с соответствующей дубинкой нужен, дабы принц напугался. Здесь перед моими глазами встал образ Аякса, и чудное видение как земляной элементаль, вздев повыше принца на одной руке, второй старательно лупит его по заднице, первой попавшейся штакетиной из забора, изрядно поднял моё настроение.

Вслух я только выразил сомнение, что его высочество готов прямо сейчас встать в ряды КОМа. Мы все — тренированные на выживание монстроубивашки. А Шилнагаилу надо курс выживания пройти в местной гильдии, выносливость подкачать.

— Мы его высочество с радостью бы понесли на своих плечах, — горячо заверил я Найзирию, — в случае быстрого отступления, но в составе отряда один мальчишка тринадцати лет и девчули. Боюсь, поверить в себя — на руках у девушки — Шилнагаилу будет трудно. Там немного в другом уверенность появляется. Но у Каи удар посильнее болта от Аиши и трофейный кастет в кармане. Сура если принца на руки возьмет, то уже не отпустит. Хватка у неё акулья.

— Ваше величество! — не давая ей вставить слово, взмолился я. — А дети? Вы не представляете насколько опасные дети у меня в команде! Я сажусь играть с ними только с ожерельем из печенья на шее. Так хотя бы не сразу до горла доберутся.

Аиша послушно закивала головой, поймав мой семпайский взгляд.

— Значит строгая изоляция, целительные клизмы и изнуряющие тренировки в столичной гильдии авантюристов. — призадумалась королева. — Какой срок рекомендуешь?

— Вам виднее со стороны, ваше величество, не смею указывать, — не пожелал я брать на себя ответственность.

Ну нафиг, пять минут с королевой поговоришь, а уже должен всю оставшуюся жизнь.

На этом мы содержательную часть разговора закончили, но я не сомневался, что за принца серьезно возьмутся. Вот будь у меня в первом мире такая теща, я давно бы все рекорды «кругосветок» Федора Конюхова побил.

Выйдя, с положенными поклонами, из анфилады королевских комнат через полчаса я