Пушки царя Иоганна - Иван Оченков

– Может быть, но наши лазутчики докладывали, что московиты не теряли времени даром. И, похоже, они не ошиблись.

– Вы думаете?

– Я вижу, ваше высочество. Посмотрите вон туда. Там был пролом, сделанный при прошлой осаде, и в него же ворвались войска герцога Мекленбургского.

– Да-да, а что это?

– На его месте теперь целый бастион.

– Но он, кажется, земляной?

– Нет, земля там только сверху, а на самом деле он из камня и кирпича. И на нем много славных пушек.

– Но ведь мой отец приказал вывезти большую часть артиллерии после взятия города…

– Верно, – оставался невозмутимым гетман, – и ваш мекленбургский кузен наверняка был ему за это очень благодарен.

– Право, пан гетман, вы несносны, – наморщил нос Казановский. – Не может быть, чтобы схизматики устояли перед таким войском, как наше.

– Ваша милость может думать что угодно, – усмехнулся Ходкевич, – но я далеко не в первом своем походе и могу вам точно сказать: в поле московиты, конечно, уступают нам, но в обороне за крепкими стенами им нет равных!

– Именно поэтому я и не собираюсь торчать под этими стенами! – немного горячась, заявил Владислав. – Здесь надо оставить небольшой заслон и двигаться дальше. Можайск укреплен далеко не так хорошо, как Смоленск, а Москва и того хуже.

– Но у нас не хватит войск на наступление и блокаду, а у Прозоровского в городе весьма значительные силы!

– Сегодня не хватит, пан гетман, но что принесет нам грядущий день? Впрочем, я полагаю, надо все-таки дать смолянам шанс впустить своего законного царя и тем самым избежать гибели. Кого бы послать парламентером?

– Пошлите меня, ваше высочество! – пылко вскричал Казановский.

– Нет, Адам, ты нужен мне здесь. Пусть это будет… пан Модзалевский.

Услышав приказ королевича, молодой, пышно одетый шляхтич поклонился и тронул шпорами бока своего великолепного жеребца. Тот взвился было на дыбы, но удержанный железной рукой своего седока, резвой рысью пошел вперед. Вслед за ним поскакали горнист и жолнеж с длинной пикой, на конце которой развевался белый платок. Через четверть часа посланник и его спутники были уже перед воротами крепости.

– Чего надобно? – раздался крик со стены в ответ на замысловатый сигнал, выданный трубачом.

– Избранный царь московский Владислав требует, чтобы вы открыли ворота его победоносной армии!

– А это кто такой? – немедленно ответил насмешливый голос. – У нас, слава богу, настоящий царь есть, православный! И другие нам без надобности.

– Клятвопреступники! – завопил Модзалевский. – Ведь вы все целовали королевичу крест!

– Шел бы ты отсюда вместе со своим королевичем, убогий!

– Пся крев! – выругался шляхтич. – Быдло, холопы, варвары…

– А будешь лаяться – подстрелим! – посулили ему в ответ со стены.

Однако парламентер уже развернул коня и двинулся вместе со своими провожатыми прочь. Вернувшись к Владиславу, он, не жалея красок, описал ему разговор, но тот и не подумал оскорбиться. Поблагодарив посланца за выполненное поручение, он направился к уже поставленному для него шатру и скрылся в нем вместе со своим фаворитом. Оказавшись внутри, они скинули плащи и передали их вместе с саблями слугам.

– Ну и где наш гость? – спросил королевич, едва те вышли.

– Я здесь, ваше высочество, – раздался тихий голос, и к ним вошел ксендз Калиновский.

Впрочем, узнать в нем католического священника было мудрено. Одетый как средней руки шляхтич, он мало чем отличался от любого из участников похода.

– Вас просто не узнать, святой отец! – удивленно воскликнул Владислав.

– Как говорят ваши будущие подданные, – усмехнулся иезуит, – с волками жить – по-волчьи выть.

– Вы были в Смоленске?

– Да.

– И что вы можете сказать о его укреплениях?

– Вам не взять этот город, по крайней мере, с налету.

– Его так хорошо укрепили?

– Более чем.

– Но вы обещали…

– Я ничего вам не обещал, это вы обещали, что если займете принадлежащий вам по праву трон, будете всячески содействовать распространению истинной веры.

– Я не отказываюсь от своих слов, однако вы тоже…

– Орден окажет вам все возможное содействие в вашей миссии.

– Вы говорили с Прозоровским?

– Да.

– И что, он откроет ворота?

– Разумеется, нет.

– Как вас понимать?..

– Так и понимайте. Если вы пойдете на приступ, воевода его отобьет, причем с легкостью. Зная реальное положение дел, я склонен думать, что он не бахвалится.

– Но я понял ваши донесения так, что переговоры увенчались полным успехом!

– Так и есть.

– Боже правый, я отказываюсь вас понимать, святой отец!

– Что же тут непонятного? – бесстрастно отозвался Калиновский. – Князь человек разумный и осторожный. Он не станет открывать вам ворота, но не станет и противодействовать.

– То есть?

– Ключи от вашего трона, сын мой, отнюдь не в Смоленске. Они в Москве, и чем быстрее вы туда попадете, тем быстрее коронуетесь. А вот когда вы станете русским царем, тогда ваш верноподданный князь Прозоровский и откроет ворота своему сюзерену.

– Значит, мне нужно идти к Москве?

– И чем быстрее, тем лучше. Ваши сторонники ждут вас, однако они многим рискуют. Мекленбургский дьявол очень хитер. Он только притворяется милостивым и незлобивым, а на самом деле его люди не дремлют. Никто не может быть спокоен, пока трон занят узурпатором. Ни высокий чин, ни древний род не могут быть гарантией безопасности.

– Но если я подойду к Москве – мне откроют ворота, или, как смоленский воевода, всего лишь не будут противодействовать?

– Откроют, но не раньше, чем вы там появитесь. Кстати, в определенном смысле это даже хорошо, что Прозоровский еще не изменил. В этом случае герцог Иоганн Альбрехт непременно насторожился бы, а так он намерен выйти вам навстречу с верными ему войсками и дать сражение.

– Это точные известия?

– Совершенно!

– Чудесные новости. Что же, святой отец, я склонен согласиться с вами. Ваши переговоры оказались более чем успешны.

– Счастлив служить вашему высочеству.

Дождавшись, когда королевич выйдет, Казановский подвинулся к иезуиту и тихонько спросил:

– Ваше преподобие, а что будет делать Прозоровский, если нашей доблестной армии не удастся одолеть войско мекленбургского дьявола?

– А вы, пан Адам, умнее, чем выглядите, – невозмутимо ответил переодетый ксендз, – в этом случае князь тут же ударит нам в спину. Поэтому постарайтесь победить.