Спасение - Питер Гамильтон

Каллум хихикнул, едва ли не в истерике.

– У меня тоже есть этот альбом.

– Что?

– «Пинк Флойд», «Dark Side of the Moon». Классика, но «Wish You Were Here» лучше.

– Умничаешь, – буркнул чернокожий и с размаху хлестнул Каллума по другой щеке.

Боль пронзила ухо, во рту появился привкус крови.

– Какого хрена?

– Где они? Куда вы их увезли?

– Что? Кого?

– Моих людей.

– Какого хрена? – Каллум следил за угрожающе занесенной ладонью. – Каких еще людей? Постойте, за кого вы меня принимаете?

– Я точно знаю, кто ты такой, Каллум Хепберн. – Африканец показал ему листок с распечаткой фоторепортажа: они с Энсли на полуострове Гринвич. – Новый «золотой мальчик» компании «Связь». Спас Северную Европу от радиационного выброса. Мир изнемогает от благодарности.

– Зачем я здесь? И ты что за хрен?

Мужчина снова поднял руку. Каллум съежился.

– Где они?

– Кто? – рявкнул в ответ Каллум, перепугавшись уже не столько за себя, сколько за Сави. Если она таких «студентов» выслеживала…

– Ты либо дурак, либо очень хороший актер.

– Ни фига я не актер. Не понимаю, кто вы и о чем толкуете!

Мужчина обошел вокруг кресла. Каллум вертел головой, опасаясь удара сзади. Но тот появился с другой стороны с высоким стаканом воды в руке.

– Объясните, что вас интересует, – с отчаянием заговорил Каллум. – Что именно? Если знаю, я вам скажу. Какого черта?

Ему теперь пришлось запрокинуть голову: мужчина стоял прямо перед креслом.

– Меня зовут Аккар – но это, думаю, тебе и твоей компании уже известно.

– Не известно, да и плевать мне, как вас зовут.

Аккар медленно наклонил стакан, вылив воду ему в промежность.

– Это что?.. – Каллум глянул на промокшие шорты и снова поднял взгляд на похитителя. – Какого хрена?..

– Чтобы поощрить тебя к правдивости, – ответил Аккар. – После долгих лет исследований было установлено, что влага повышает проводимость кожи. – Он издевательски улыбнулся. – Кто бы мог подумать?

Щеголь в костюме появился сзади и сверху вниз ухмыльнулся Каллуму, в руке у него был тазер.

Из улыбки Аккара пропало веселье.

– Даймон, какой силы заряд нужен, чтобы поджарить мужчине яйца? Даймон погладил свой жезл.

– Не волнуйся, босс, хватит с запасом.

– Нет! – вскрикнул Каллум. – Идите на хрен. Я бы сказал, что вам надо, но я же не знаю что? Скажите! Объясните, черт вас побери, что происходит?

– Первый сброс, – сказал Аккар. – Мои люди в технопарке «Орошения пустыни». Так ясно?

– Я знаю, что в тот день был бунт на обзорной площадке, – отчаянно заспешил Каллум. – Вы об этом?

– Нет, не об этом, Каллум Хепберн. На площадке для обслуживания техники собралось сто двадцать семь активистов. Они намеревались нанести величайший удар по преступной корпорации, собравшейся изнасиловать пустыню. Удар, на подготовку которого у меня ушел год. – Его рука метнулась вперед, ухватила Каллума за подбородок. – Сто двадцать семь человек, мальчик из корпорации. Ни один не вернулся домой. Где они?

– Не знаю, – ответил Каллум. – Меня там не было. Я, черт побери, работаю в Экстренной Детоксикации. Бога ради! Мне глубоко плевать на твою дурацкую пустыню. И всем плевать, кроме фриков вроде тебя.

– Сперва они добираются до астероидов в космосе и отбирают их у нас, заявляя, что теперь эти камни принадлежат им, – низким, угрожающим голосом заговорил Аккар. – И мы терпим, потому что это ведь просто камни. – Потом они добираются до пустыни… Ты понял? Знаешь, куда все ведет? Только на сей раз, мальчик из корпорации, – на сей раз мы не позволим им испоганить то, что природа подарила всем людям: прекрасную землю, принадлежащую каждому из нас. Многие разделяют мои убеждения, и нас становится все больше – поверивших в нашу правду.

Каллум наделил своего пленителя самым презрительным взглядом, на какой был способен.

– Я вижу всего шестеро ваших. Это не угнетенное меньшинство, а психиатрический диагноз.

Жезл ткнулся в шорты Каллума. Он завопил и только потом сообразил, что электрического разряда не было. Двое засмеялись над ним.

– Идите вы в жопу! – взорвался Каллум. – Надеюсь, что «Связь» утопит вас на хрен в талой воде. Хотел бы я, чтобы напоследок вы увидели, как зелень отвоевывает все никому не нужные камни вашего паршивого ада. Надеюсь, ваши трупы сгниют в воде и станут удобрением для новых растений. Хоть какой-то прок будет с вас, тупиц, для новой экологии.

– По-моему, он говорит то, что думает.

– По-моему, ты прав.

Каллум обжег их взглядом.

– Болваны хреновы. Сто двадцать семь человек просто так не исчезают. Это… это… бред! Вы сами себя поимели, охренев от собственных конспирологических теорий.

– Ты прав, Каллум Хепберн. Люди просто так не исчезают. Это безумие. – Аккар достал и сунул под нос Каллуму карточку с Сави. – Так где же она?

– Я… я… – Каллум сознавал, что излучает виноватость, как вспышка на солнце. – Она не…

– Что «не»?

– Она не из ваших.

Он понимал, что губит дело, но ему было плевать. Они знают Сави, и пропала она вместе с их маньяками. Более ненадежной ниточки Каллум и представить не мог, но все же она существовала. Он хоть на шаг приблизился к Сави.

– Кто она? – убийственным шепотом выдохнул Аккар.

– Она, черт побери, моя жена, дерьмо ты этакое! И если ты тронешь волосок на ее голове, я тебя убью на хрен!

Аккар выхватил у Даймона тазер и ткнул Каллума в грудь. Боль была бездонной. Каллум бессильно корчился, не в силах соображать, превратившись в кусок визжащей в агонии плоти.

Даймон сватил Аккара за руку, заставил отвести жезл.

– Это не то, чего ты хочешь, друг мой. Нам от него нужны слова, а не визг.

Аккар неохотно кивнул, но сквозь его гнев просвечивало недоумение.

– Говори. Твоя жена?

Каллум жалко закашлялся, его все еще трясло.

– Да, моя жена. По-вашему, с чего бы мне бродить по городским улицам, выспрашивая о ней? Я хочу ее вернуть.

Аккар с Даймоном снова переглянулись, и этот обмен взглядами явно не сулил Каллуму добра.

– Как ее зовут?

– Сави Хепберн. – Он понимал, что нельзя было им говорить, но ведь это всего лишь имя. А если показать, что готов им помогать, сотрудничать, вдруг что-то проявится? Где бы она ни…

– Тайный агент «Связи», – с тихим бешенством выговорил Аккар. – Она завела нас в ловушку. Это работа твоей суки!