Граф Суворов, том 6 - Иван Шаман

— Значит нужно придумать как это продать, а то, что нельзя продать – раздать. Оставлять этим гадам я ничего не намерен. Там указаны контакты покупателей или маршрут следования? — на всякий случай уточнил я.

— Больше чем в половине случаев в назначении указана только отделение компании получателя в Ашхабаде. Есть отдельные лица и даже сам Амин-бей указан как получатель, но только в части пунктов. — перечислил Шебутнов, листая список на планшете. — Но это в любом случае на очень большую сумму. Вы что, хотите им отдать нашу добычу?

— Только ту, за которую заплачены деньги. — ответил я. — Если им не доставить сельхоз оборудование, нечем будет осенью собирать урожай. А значит и кормиться зимой. Ты готов нести ответственность за сотни, а может и тысячи умерших с голоду, только потому что тебе захотелось заработать чуть больше? Нет? Вот и я не готов. Мы не ради этого затеяли весь финт с ограблением.

— А ради чего? — чуть нахмурившись спросил Леха. — Деньги есть деньги.

— Господи, ладно… я объясню это твоим языком. Почему люди несут деньги ордену? Потому что ему доверяют, и твари этим умело пользуются. Не будь тупее противника, создавай себе хорошую репутацию, и тогда за помощью придут не к ним, а к тебе. — сказал я, приводя те аргументы, которые Леха мог воспринять. — А помощь чаще всего не бесплатная. Понимаешь?

— Кажется да, мы показываем себя хорошими парнями, и когда в это поверят мы заработаем больше денег. — решительно проговорил Шебутнов.

— Верно. А еще это позволит нам просто остаться людьми. — сказал я, кивнув ему в сторону ребятишек вокруг которых суетились девушки.

— Ты меня простите, ваше сиятельство. Но в нашем приюте иногда и хуже кормили, чем их. — криво усмехнувшись ответил Леха. — Нет, жаль соплячек, конечно. Но у нас не лучше.

— Ты прав, но это не значит, что мы можем плюнуть на всех. — решительно сказал я. — Выгода для нас здесь и сейчас – это мышление проигравших. Тех, кто не думает на перспективу. Заработать, загрести, а потом хоть трава не расти… Кто так думает, может стать очень богатым, но его дети умрут в праздности, а внуки в нищете.

— Ну… нам до детей еще дожить бы. А уж внуки и подавно. — заметил Леха, но куда менее уверенным тоном.

— Не пойми меня неправильно, думать о собственной выгоде – нормально. Но выгода бывает разной. — заметил я, похлопав товарища по плечу. — Удовлетворение от сделанного и положительная репутация – это тоже выгода и дела помогающие сохранить голову на месте, а не поехать кукухой.

— Выходит что, нам все заработанное раздать лучше? —с прищуром посмотрел на меня Шебутнов.

— Нет конечно. Толку военным от комбайна, а фермерам от резонансного доспеха? Взять и те и другие возьмут с удовольствием, особенно бесплатно. — усмехнулся я. — пробуй свою репутацию тоже в деньгах оценить. А заодно представь, вот у них вся эта техника сломалась, где они будут брать новую. Лет через пять?

— У того, кто поставил эту? — нахмурившись предположил Леха.

— Верно, особенно если та же фирма будет обслуживать, ремонтировать и постоянно помогать, будучи на виду. А если вместо них будешь ты, к кому обратятся за новой техникой? — задал я риторический вопрос. — Тоже верно – к тебе. А чтобы такой замечательный контакт не пропал зря, тебе нужно будет в империи найти запчасти, обеспечить заказы и к нужному сроку поставить нужные комбайны. Только уже нашего производства, и не хуже швейцарских.

— Звучит не очень реалистично. — заметил Шебутнов. — Когда это еще будет? А если со мной что-то случится? Или с ними?

— Значит ты плохо за собой следил. И, к слову, тебе уже будет все равно. А если не готовиться к этому вопросу заранее, то он станет для тебя внезапным. — пояснил я. —Вот такой вопрос, у них в ведомости указано кому комбайны должны быть поставлены?

— Да, для большей части. Десять комбайнов южному зерновому… — начал зачитывать Леха, но я остановил его взмахом ладони. — В общем да. Только для пяти нет назначения, остальные расписаны.

— Хорошо, а теперь посмотри нет ли ремонтных машинокомплектов. — уточнил я.

— Есть… на каждую машину. Но место доставки не указано. — удивленно ответил Леха. — Они их что, решили позже допродать?

— Именно, еще и цену взвинтят за срочность в период урожая. — кивнул я. — А за это время часть зерна пропадет, люди и другие машины будут перерабатывать, лишь бы справиться с объемом… в общем плохо им будет.

— Выходит эти торгаши все заранее просчитали? И то что на самом деле заказ будет больше, и то что ремонтировать будут… — перечислил Леха. — Ого…

— Вот тебе и «ого». Как я уже сказал, не будь глупее противника. Действуй на опережение, и рассчитывая на долгосрочное сотрудничество. — ответил я. — Ну и не забывай учиться. Особенно если хочешь помочь таким детям, одним из которых ты сам недавно был. У тебя в этом есть все шансы.

— Ну как разбогатею, так обязательно помогу. — проговорил задумчиво Леха.

— Ага, знаю я таких. — усмехнулся я. — Если так думать, постоянно что-то будет мешать. То понос, то золотуха… Если для тебя это не важно, можешь даже не думать об этом. А если реально хочешь что-то сделать, пойми, как это лучше всего сделать.

— А у вас, князь, есть четкое представление о том, что именно вы хотите сделать? — спросила Вяземская, вскинув голову. При этом не сказать, что расстояние между нами было маленькое, да и дети шумели. Как на таком расстоянии услышала? Хотя, учитывая, что победить ее на турнире мне удалось с огромным трудом, не удивлюсь если ее пассивное развитие чакр куда выше нормального.

— Да. — уверенно ответил я, хотя несколько дней назад отчаянно сомневался. — Сделать так чтобы в мире стало на один орден меньше. Или по крайней мере на территории Российской империи. Честно признаюсь, я и в училище пошел исключительно для того, чтобы понять, что случилось с социальными лифтами.

— А что с ними