Пилот Империи - Макс Крайм

Неизвестный сектор.

Неизвестная планета.

Широкие ворота, встроенные в скалу, распахнулись, предоставляя взору громадный черный провал. Через секунду туда шагнул старик, и его согбенная фигура словно растворилась в первородной тьме. Скоро в глубине что-то гулко ухнуло, заскрежетало, и дорожки ярких лучей пробежали внутри. Сверкнув раз-другой осветительные панели дали устойчивый ровный мертвенно бледный свет. Пространство осветилось. Это был громадный военный ангар вырубленный в скале. Он скрывался под мощной толщей скал наверно ещё со времён войн за независимость. Часть осветительных приборов не работала, поэтому некоторые участки так и остались погружёнными в темноту. Но и то, что открывалось взору, уже поражало своим масштабом. Вдалеке виднелись опоры выдвижных стартовых площадок, они уходили ввысь и терялись за пределами освещения. В силу этого оценить внутреннюю высоту помещения не было никакой возможности. Можно лишь было предположить, что она была весьма существенной. Основная часть внутренней территории использовалась пиратами под складские нужды. В ангаре возвышались целые горы из старых армейских контейнеров и ящиков. Места, которые не заполонили контейнеры, занимали расставленные через равные промежутки мощные металлические стеллажи. К сожалению, содержимое их полок оставалось тайной – стеллажи были полностью покрыты зеленоватыми слегка потёртыми и местами латаными тентами. Сходство с армейским складом данному ангару придавал царивший везде идеальный порядок.

Во время плена на борту пиратского корабля меня и приятеля – бывшего хозяина погибшего каравана Грека держали в той самой камере, на пороге которой разыгралась памятная и кратковременная схватка. Когда нас окровавленных и почти в беспамятстве бросили назад в неё, я сожалел лишь об одном: что не смог дотянуться и нанести действительно верный удар по голове своего бывшего друга. Потом был провал. В забытьи было плохо, меня лихорадило, постоянно перед глазами стоял образ погибающей Елены. Я что-то говорил, возможно кричал. Уже после того как в окружении охраны над нашими ушибами и ссадинами поработал пиратский коновал стало лучше. Он что-то вколол, и мой разум погас, включившись лишь через сутки. О том сколько именно прошло времени, меня проинформировал Серж, который пришёл в чувство ранее. Мой приятель по несчастью пострадал в драке не так сильно и пришёл в норму намного раньше. Когда я разлепил отёкшие веки, нас окружала темнота. Так и проделали весь путь. Постоянно сидя внутри железной клетки, мы не знали – в каком из многочисленных направлений движется флагман пиратов. Темнота и далёкий гул двигателей. Еды как таковой не было. Вместо этого нам давали три раза в день по паре пищевых безотходных таблеток через откидную щель в двери вместе со стаканом воды. Марат больше не появлялся, охрана не реагировала ни на наши просьбы, ни на выкрики. До самой высадки ни кто из пиратов так и не заговорил с нами. Спали на откидных от стены кушетках. Сны были беспокойные и полные отчаяния

Примерно через неделю, точнее установить нам, вымотанным длительным бездействием, не удалось, корабль прибыл в пункт назначения. Это стало ясно по чуть изменившемуся гулу и вибрации двигателей, которые очень хорошо ощущались в камере. Судя по тому, как увеличивался и спадал вектор гравитации, то давая перегрузку в полтора раза выше нормы, то возвращаясь к исходным значениям – флагман вышел из гиперпространства и, тормозя, устроился на орбиту какой-то планеты. Спустя примерно час по наши с Греком души явился конвой. Нам одели тёмные повязки на глаза и опять сковав руки ноги, отвели на десантный бот. Вероятно, корабль не собирался садиться на поверхность, и его капитан решил произвести обычную высадку с орбиты посредством десантного модуля. Когда пройдя тряску в верхних слоях атмосферы мы, наконец, оказались на поверхности.

Холодный сухой ветер показался нам едва ли не райским блаженством после технически очищенного и спёртого воздуха внутри пиратского корабля. Пираты довольно долго и шумно торговались с кем-то за наши с Греком пропащие души. С глаз наконец-то сдёрнули повязки, в очередной раз под страхом смерти предупредив чтобы мы не издавали не звука. Сделка происходила на ночной стороне планеты и в пустынной местности возле престарелого левитационного грузового скутера. Небо планеты было затянуто сплошными тучами, свёт звёзд или луны, если она была не пробивался сквозь плотный небесный покров. В километре от места сделки возвышалась громада скал.

Скоро нас с рук на руки сдали каким-то местным верзилам, вооружённым до зубов. Пираты и местные боевики явно сошлись в цене.

Ещё на корабле нам обоим было ясно положение вещей. Очень поганое! Тогда же мы условились использовать любую возможность для побега. И если из камеры внутри стального корабля выйти было можно, даже не смотря на бдительную охрану, то покинуть сам корабль, идущий в гиперпространстве, не представлялось возможным. Сейчас же – даже неизвестно где мы находимся и в чьи руки попадаем. Рабство – пережиток древних эпох становиться для двух пленников всё более явной реальностью. Мой напарник тоже оценил и количество охраны и десяток стволов с обеих сторон, плюс оковы на руках и на ногах и закусил губу. Иллюзия бегства таяла с каждой секундой.