Предвестник - Василий Горъ

Пока я переваривал еще и эту информацию, Юрий Федорович нанес добивающий удар:

— По самым пессимистичным прикидкам, весь комплекс работ по превращению недостроя на Фролихе в роскошный особняк, в котором, при необходимости, можно будет отбиться от нападения очень серьезного отряда наемников и гарантированно дождаться прибытия помощи, займет порядка двух с половиной месяцев. Таким образом, при желании вы сможете отметить в этом домике новогодние праздники. Кстати, говорят, что на этом озере сумасшедшая рыбалка. Пригласите как-нибудь проверить?

— Аттракцион невиданной щедрости… — пробормотал я одновременно с двумя последними фразами Дорохова и заставил Еремеева отрицательно помотать головой:

— Поверьте на слово, вы видите только крошечный кусочек картины и поэтому не в состоянии оценить целесообразность подобных вложений.

Я почесал затылок, вспомнил, что еще недавно искренне считал попытку создания межгосударственной спецслужбы следствием желания этой троицы подвинуть Интерпол, еще раз вдумчиво проанализировал все изменения эмоционального фона собеседников во время беседы и решил принять на веру последнее утверждение Виктора Викторовича:

— Ладно, вы меня убедили — я не буду мешать вам делать шаги навстречу, но оставлю за собой право вносить коррективы. А в качестве ответной любезности в конце этой встречи опишу одну интересную идейку, которую планирую воплотить в жизнь после завершения спортивной карьеры…

…Из кабинета Юрия Федоровича мы вывалились только в четвертом часу дня одуревшими до невозможности. Поэтому, добравшись до машины, залезли в салон, упали на сидения и какое-то время приходили в себя. Первой оклемалась Лерка — сообщила, что дико проголодалась и потребовала срочно везти ее в какой-нибудь ресторан, иначе она за себя не ручается. Меня тоже плющило от голода, поэтому я молча ткнул в сенсор запуска двигателя, на полном автомате тронул внедорожник с места и снова впал в прострацию. А через какое-то время услышал задумчивое бормотание Голиковой и заставил себя вдуматься в то, что она говорит:

— Не знаю, кто анализирует твои поступки, просчитывает их последствия и предлагает варианты исправления допущенных ошибок, но он явно не дурак.

— Да уж, ситуацию с детдомом разрулили красиво… — согласилась Лера. — Теперь этой дуре-директрисе, загремевшей под фанфары, не до обещанных козней…

— …зато ставленница Кононова наверняка воспользуется возможностью сделать себе имя за счет твоей славы и твоих денег, поэтому быстро превратит детдом в образцово-показательный.

Перед моими глазами тут же возникло побагровевшее лицо Ольги Валерьевны, а в ушах раздалось ее гневное шипение:

«Да кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывалась⁈ Тупой громила, заработавший денег на избиении себе подобных и самопиаре за счет моих воспитанников⁈»

Словно вторя моим мыслям, Рыжова издевательски процитировала еще одно изречение этой охамевшей твари:

— «Твои подачки вложены туда, куда необходимо!» Блин, надо же было додуматься крысить деньги человека, способного одной фразой в своем блоге превратить твою жизнь в ад⁈

— Так этот человек — тупой громила, месяцами мотающийся по миру, и никогда не задает настолько «личных» вопросов! — криво усмехнулась Танька. — А денежки уже рядом. Надо только протянуть руку и переложить их в свой карман.

— Сама переложила, сама и сядет. Так же, как все задержанные по делу Темирханова… — философски отметила Ростовцева, которая, судя по эмофону, обдумывала то, что мы узнали о последнем. Потом задвинула эти мысли куда подальше, искренне посочувствовала какому-то прохожему, которому порыв ветра наизнанку вывернул зонтик, подставив под струи проливного дождя, и повернулась к нам: — Забейте на эту суку, с ней и так все понятно. В данный момент куда важнее решить, где и когда мы встретимся с командой. И отправить смски, чтобы мужики успели и собраться, и добраться. А еще надо выдернуть к нам Линду и Ольгу — я на сто процентов уверена, что они тоже еще не обедали.

Последовав ее советам, мы перестали грузиться из-за всякой ерунды и решили объединить приятное с полезным — выбрали подходящий ресторан, забронировали отдельный кабинет, отправили сообщения мужикам и набрали Кнопку. А через считанные мгновения жизнерадостно заржали — оказывается, эта парочка уже забила покупками и багажник, и заднее сидение «Рыцаря», но продолжала носиться по магазинам! Еще через полминуты мелкая, судя по голосу, до смерти уставшая примерять все подряд, радостно назвала нас спасителями и пообещала, что они рванут в нашем направлении, как только Доулан расплатится за белье. И не обманула — девчонки примчались в ресторан минут через пять после нас, попадали на свободные места, оглядели помещение и… наступили на горло собственному любопытству. В смысле, почти одновременно вздохнули, взяли меню и сосредоточились на выборе легких закусок, которыми собирались скрасить полуторачасовое ожидание остальных членов команды.

Такая самоотверженность заставила меня улыбнуться и утолить часть их информационного голода:

— Линда, можешь обрадовать экипаж своего «Фалькона» — сегодня после одиннадцати вечера они отправятся домой, к родным. И станут покидать их значительно реже.

Американка прищурилась, в течение нескольких секунд представляла наиболее вероятные причины такого изменения наших договоренностей, а потом кивнула:

— Пожалуй, не удивлена — все шло именно к этому.

Ольга, которой не хватало информации, ничего не поняла, так что ее я загрузил информацией о ближайших перспективах госпожи Сухоруковой. И заставил девчонку, натерпевшуюся от этой твари всякого-разного, расплыться в мстительной улыбке:

— Восхитительно! Но есть один ма-а-аленький минус…

— Какой? — полюбопытствовала Лерка.

— Эта старая сука постоянно твердила, что все наши парни надо или поздно окажутся на зоне, а девочки на панели. А тут такой разрыв шаблона…

— Еще не все потеряно! — хохотнула Анька. — Кто знает, чем она будет промышлять после того, как откинется?

— А ее уже приняли? — спросила мелкая.

— Еще вчера. Менее, чем через час после нашего отъезда, так что ночка у нее выдалась зачетная. Но я не при делах: сам узнал об этом только сегодня.

— У меня сложилось впечатление, что ее слушали… — сообщила Танька. — А когда поняли, что от твоих претензий у этой дуры напрочь сорвало крышу, и это может выйти тебе боком, решили заткнуть. Как можно качественнее.

— Классный способ! Давно бы так… — довольно мурлыкнула Ольга. — Еще бы Семеныча куда-нибудь убрать. И Фрола с Маруськой на место поставить…

— Уберут. И поставят… — твердо пообещал я. — На место Сухоруковой назначили тетеньку с большим практическим опытом воспитания охамевших рвачей и самодуров. Так что уроды типа Заболоцкого вылетят из детдома быстрее собственного визга, а все остальные научатся ходить на цирлах.

Линда, которой фамилии и клички наших преподавателей ни о чем