Мир Небулана - Марго Генер

Из-за моей спины выступил Соловей, который все это время придерживал меня, чтобы не грохнулась.

– В Небулане, Миха, – ответил он.

Карие глаза медведя выкатились, он впечатленно присвистнул.

– Ёк-тыг-дык! Прямо-таки в Небулане? – переспросил он с недоверием и покосился на меня, будто я олицетворение правды и лишь мой ответ можно воспринимать, как истину.

Пришлось кивнуть.

– Ничего не поделать, Миха, – подтвердила я, нервно дрожа, предчувствуя выволочку. – Это действительно Небулан, а вокруг наши новые знакомые – лонгоморфы. Что-то вроде потомков людей и эльфов.

Взгляд, которым медведь окинул толпу, собравшуюся возле тлеющих головешек от костра, сообщил, что доверять каким-то там лонгоморфам он не собирается. На его лице выступила шерсть, клыки в медвежьей пасти вытянулись, что верный сигнал  – оборотень готов к любым неожиданностям.

– Чего ещё за лонго… Кто? – с хмурым недоверием прорычал он.

– Долгая история, Миха, – со вздохом ответила я, чувствуя, как качать меня перестало, а ощущение воронки отступило, а значит, я прекратила магическое воздействие и вернулась к своему обычному состоянию. – Шаманы и Алекс с Соловьем тебе расскажут все гораздо лучше, чем я.

Едва закончила фразу, эйфория после магических потуг немного отступила и меня буквально ошпарило, я выкрикнула:

– Алекс!

Развернувшись, я на слабых ногах бросилась к Хрому, который распростерся на земле, совершенно обессиленный и бледный, как сама смерть. Вождь возле него безуспешно пытается запустить сферу жизни, но та поблекла и полностью опустошена. А значит не может вливать силы.

Упав рядом с Хромом на колени, я обхватила ладонями его лицо и стала трясти.

– Алекс! Алекс! Ты жив? Да что же вы стоите? Ему нужна помощь!

Подошедший неспешно Соловей, заглянул через плечо и с задумчивым видом протянул:

– Хром, там жратву и девок подвезли. Вставай, а то всех разберут.

Бледные губы Алекса разлепились, веки дрогнули, глаза он открыл с большим усилием, а голос прозвучал сипло и обессиленно:

– Сол, иди в сад. Какие девки?..

– Ну как, – деловито отозвался Соловей и для наглядности стал помогать себе жестами. – Сочные, с вот такими… Чтоб пощупать и помять. Все, как ты любишь.

Я не поняла, что за странный диалог между ними происходит и только перевела оторопевший и испуганный взгляд с одного на другого, иногда пискнув:

– Вы с ума сошли? Он же еле дышит.

– Не хочу девок, – убежденно отозвался Алекс и облизал языком пересохшие губы.

Соловей поинтересовался с участием:

– А чего хочешь?

– Воды. Дай воды.

– Уверен, что не девок?

– Сол, пошел в задницу. Дай воды сказал.

Откуда-то заботливые руки тут же протянули большой деревянный ковшик, до краев наполненный чистой водой. Я приняла и аккуратно помогла Алексу поднять голову, чтобы приложиться к ковшику губами.

Пил он жадно. Будто сорок дней скитался по знойной пустыне, высыхая каждый день на литр. Мне запоздало вспомнилось, он ведь говорил, что в его базисную стойку входит задержка влаги. Судя по перенесенной нагрузке, он все-таки иссушился довольно сильно.

Прежде, чем кое-как прийти в себя, Алекс лежа выпил почти половину бочки, которую притащили жители деревни. Лишь тогда он, все ещё бледный, как утопленник, смог сесть.

– Яра, – прохрипел он, вперившись в меня своими синими глазами, – я поражаюсь…

У меня вырвался нервный ик, я спросила испуганно:

– Чему?

– Твоей безрассудной отваге.

– Отваге? – машинально повторила я.

Уперевшись ладонями в землю, Алекс закряхтел и начал медленно вставать со словами:

– Как ещё назвать твое внедрение в обряд, в котором ты ничего не понимаешь, когда даже силами не умеешь толком пользоваться? Отвага ведь, да?

То, что это ирония, поймет даже болван, мне осталось только покивать и ответить:

– Отвага. И слабоумие.

– Я не знаю, как с тобой бороться, Яра, – устало проговорил он, колени его подкосились. Он бы упал, если бы не громадное плечо Михи, который во время нашего неоднозначного разговора приковылял и встал позади него.

Хром оглянулся и окинул его осоловелым от изнеможения взглядом, соколиные брови вразлет слабо вскинулись, Алекс выдохнул:

– О, Миха. А ты тут откуда? Дай я тебя обниму.

Попытка Алекса по дружески похлопать медведя по спине, обернулась падением Хрома. Вождь Аластар прокричал в толпу:

– Носилки! Скорее!

Миха подхватил Алекса под плечо и проговорил с отеческой заботой:

– Ну тихо, тихо, Хром. Щас тебя подлечат. Ты энто, не напрягайся давай.

Носилки подоспели как раз в момент, когда Алекс снова начал сползать на землю. Его быстро уложили. Совершенно обессиленный, Алекс повернул ко мне голову и в его глазах я прочитала такое, чего совершенно не смогла понять. Даже показалось, что в них блеснуло что-то вроде влаги. Затем он отвернулся обратно к Михеи проворочал слабым языком:

– Миха, следи за Ярой. Пожалуйста. Если с ней…

Он не договорил, медведь его прервал, похлопав по плечу.

– Ты давай не трать силы, – проговорил оборотень. – А восстанавливай. Никуда не денется твоя Яра.

Вождь дал команду и Алекса унесли в лекарское дерево. А мы после длительного общения с учениками шаманов, жителями деревни, которым не терпелось потрогать гостей с Земли, устроивших такое невероятное представление, отправились в таверну. После магичеких действией есть хотелось невыносимо. Кроме того, срочно требовалось ввести Миху в курс дел.

Меня же внутри разрывали противоречивые чувства. С одной стороны я понимала, мне удалось совершить нечто такое, чего до этого не получалось ни у кого. Ну или как минимум давно не практиковалось. Но это едва не убило Алекса. И мне очень хотелось сейчас находиться радом с ним. Но Соловей запретил, сказав, что ему нужен покой и отдых, а я буду Алекса только волновать. Кроме того, Миху я не видела очень давно, ему многое нужно рассказать. Так что в таверну я вошла в состоянии неопределенного волнения.

– Ну чего, – проговорил Миха, усаживаясь за стол. – Рассказывайте.

Глава 17

За едой, которую нам почему-то девицы-лонгоморфы подносили самостоятельно, да ещё и застенчиво улыбались, поглядывая на Миху, мы с Соловьем в подробностях поведали обстановку и подробности нашего пребывания в Небулане. Медведь слушал внимательно, кивая массивной головой и смычно разгрызая белыми, крепкими зубами кости.

Я украдкой разглядывала эту махину и про себя восторгалась. В человечьем облике Михе на вскидку между сорока и пятьюдесятью годами. Но как оно на самом деле – неизвестно, кто разберет, по каким правилам движется время у оборотней. Надо бы почитать об этом.

Волосы Михи густые, активно вьются, но не кудрявятся, а торчат в пышном беспорядке крупными локонами вверх. Уши при