Энтогенез-1 - Юрий Бурносов

— Лейтенант Шибанов, — не удержался Ростислав.

— Лейтенант, вы слишком много знаете, как я посмотрю.

— Я быстро учусь. Как и вы… Гофер?

Парламентер опять привычным движением поправил очки и улыбнулся одними губами:

— А я-то пытался вспомнить, где раньше вас видел… Неожиданная встреча, ничего не скажешь.

— Расти, ты знаешь этого типа? — недоуменно спросил Кларк.

— Итак, продолжим, — сказал лейтенант. — Вы согласны капитулировать?

— Какие у вас гарантии?

— Никаких. Вы либо капитулируете и остаетесь живы, но подчиняетесь новым законам и правилам, либо погибаете. Тем, кто выживет в случае штурма, я ничего гарантировать не могу и подавно.

— Послушай, Гофер, — мягко произнес Шибанов, беря лейтенанта за рукав и разворачивая к себе. — Убирайтесь отсюда, пока не поздно. Может быть, вы и возьмете Уотерхоул. Но делить награбленное будут далеко не все ваши бандиты. И ты в том числе, я об этом позабочусь лично.

— Не смейте меня трогать! Я парламентер! — взвизгнул лейтенант, вырывая рукав из пальцев Ростислава. Перед русским сразу предстал тот, прошлый Гофер: трясущийся очкарик в шортах и футболке с рекламой пончиков, переминающийся с ноги на ногу, словно из боязни обмочиться.

Вокруг засмеялись.

— Идите себе, сэр, — вежливо сказал Фил Гибсон, подталкивая парламентера к вновь приоткрывшимся воротам. — Идите. Скажите своим, может, они передумают и поедут по домам.

Однако по лицу Гофера-Смоллвуда было ясно, что он ничего никому не скажет.

— Секунду, Фил, — попросил Ростислав и остановил лейтенанта. — Что все же случилось? Мне в самом деле интересно.

— Что случилось? — повторил Смоллвуд. — Что случилось… Ваш приятель, тот, полицейский… Он показал мне, как нужно теперь жить. В заново сложившихся условиях.

— Он не был полицейским, — сказал Шибанов.

— То есть?

— Он был обычным преступником, который переоделся в форму копа. Неплохим человеком, да, но — преступником. А кем были вы? Риэлтором?

— Как вы угадали? — лейтенант сделал было еще шаг к воротам, но замер.

— Интуиция, — сказал Ростислав.

Гофер повернулся и вышел. Пошел к джипу, потом ускорился и побежал трусцой. Шибанов подумал, что лейтенант отчаянно удерживается, чтобы не оглянуться назад через плечо. С вышки кто-то презрительно заулюлюкал.

— Ты не ответил, Расти, — сказал бывший дальнобойщик. — Знал этого типа?

— Встречались. Тогда он был никем. Думаю, мы правильно поступаем, что не сдаемся армии, в которой такие лейтенанты, Рой.

— Тогда идем на стену, потому что вот-вот начнется самое интересное. Хочешь хлебнуть?

Кларк протянул Шибанову початую бутылку виски.

— Ты уже принял дневную норму, Рой, — с улыбкой сказал Ростислав. — А я не пью.

— Сегодня особенный день, Расти, — с такой же улыбкой сказал Кларк. — А в раю виски точно нет. Там только амброзия, а я не уверен, что мне она понравится. Наверное, чересчур сладко.

Ростислав взял бутылку и сделал большой глоток.

Противник выжидал. Во время своего визита в Уотерхоул лейтенант Смоллвуд имел возможность рассмотреть вблизи танк и вышки с турельными пулеметами. Что еще в запасе у защитников городка, они даже не представляли. Вероятно, сейчас шли активные переговоры с генералом Макриди по поводу того, начинать штурм или ждать подкрепления.

— А что, если они развернутся и уберутся восвояси? — с надеждой предположил Фил Гибсон. Он взобрался на мостик вместе с Минни и Джеем-Ти, который заметно хромал, но на невинный вопрос Ростислава «болит ли боевая рана?» так окрысился, что Шибанов от греха отошел подальше.

— Они никуда не уйдут, Фил. Что там с детьми?

— Сидят в автобусе. Если что, мы сломаем заднюю стену, они успеют уехать. Вряд ли эти негодяи нас собираются окружать, их не так уж много.

— Хорошо. Кажется, они начинают.

В самом деле, цепь машин противника начала двигаться. Перед этим из покрытого тентом грузовика вылезли пехотинцы, человек двадцать, и рассредоточились на местности, а еще несколько человек отцепили безоткатное орудие и принялись его устанавливать.

— Следите по флангам, пехота может попытаться проникнуть незаметно, — велел Кларк.

Видимо, рейдеры сообразили, что с танком что-то не так, иначе не наступали бы столь решительно. Правда, они не учли других сюрпризов, приготовленных защитниками Уотерхоула. И поняли это, когда один из джипов провалился в замаскированную яму. Машина рухнула вниз, вертикально вонзившись в дно. Вокруг засуетились, и тут же немного левее провалился «хамви».

На стенах радостно завопили, но наступающие тоже не были идиотами. Бросив безнадежно застрявшую технику, они пустили вперед солдат, прощупывающих дорогу, и благополучно миновали еще несколько ловушек. Бронетранспортер, который если и пострадал от выстрелов РПГ, то незначительно, въехал на холм и открыл огонь из автоматической пушки, пристреливаясь.

В этот момент в игру вступил капитан Ульрих, бывший владелец писчебумажного магазинчика. Танк повернул башню и выстрелил. Снаряд ударил в нескольких метрах от бронетранспортера.

— Мимо! — выдохнул Фил Гибсон, прижав к груди винтовку.

С вышек открыли огонь из пулеметов, заработала недавно установленная автоматическая пушка, несколько темнозеленых фигурок упало. Огонь перенесли на безоткатное орудие. Один из джипов остановился, потом сдал назад. Бронетранспортер продолжал палить, с грохотом обрушилась правая пулеметная вышка Уотерхоула. Кто-то дико закричал от боли, голос был женским. У Ростислава кольнуло сердце, но он знал, что и Атика, и Мидори — не на стене, они ждут штурма внизу.

И тут со второго выстрела Ульрих накрыл бронетранспортер. Боевая машина окуталась клубами дыма, а когда он рассеялся, стало видно, что бронетранспортер разъехался, словно жаба. Башня отсутствовала, а по склону катилось горящее колесо.

На стене снова завопили, кто-то фальшиво запел американский гимн, его подхватили. Танк выпустил третий снаряд, целясь в приближающийся «хамви», но опять промазал. Теперь танк был бесполезен, но нападающие этого не знали — «хамви» шустро развернулся и помчался назад.

Начала отступать и пехота, укрываясь за дюнами. Кое-кто полз по-пластунски, вокруг вскипали песчаные фонтанчики от пуль. Несколько фигур так и осталось валяться, то ли раненые, то ли убитые. Безоткатка так ни разу и не выстрелила — видимо, снаряды автоматической пушки защитников Уотерхоула серьезно ее повредили. Короче, по очкам пока уверенно вел городок.

— Похоже, мы их сделали, — признал Кларк. — Интересно, надолго ли?

— Они ждут подкрепление, — проскрипел Ульрих, вылезший из ставшего никчемным танка и незаметно взобравшийся на стену. — Не хотят зря рисковать. Куда им торопиться?

— Прожектора работают? — осведомился Кларк у Фила. Гибсон закивал:

— Все шесть, если что, ночью будет светло, как днем.

Но они пришли раньше, еще при свете дня, и прожектора Фила Гибсона не понадобились.

У армии Макриди было достаточно танков. Спустя три часа два «абрамса» выползли на пригорок, где еще истекал черным дымом подбитый БТР, и расстреляли неподвижного собрата у ворот Уотерхоула. Потом они сбили оставшиеся вышки и медленно, с достоинством