Альтерра. Поход - Олег Казаков

— Понятно. Свободны.

Следователь вышел, чуть ли не чеканя шаг и стараясь не оглядываться. Анна непринужденно уселась на табурет.

— Что ты там намекал на каких-то психов…

— Да забудь. Ты так с катера и шла? Красивое платье. Мягкий макияж, аккуратная прическа, глубокое декольте… Так и хочется заглянуть поглубже…

— Так что мешает?

— Да как-то я не совсем к этому готов, устал, наверное…

— Так! Я не поняла! — Анна встала и подошла к Командору вплотную, взяв его за грудки руками. — То все какие-то намеки-полунамеки, «не желаете ли занять мою каюту», а как только девушка созрела, сразу увильнуть стараешься?

— Да я совсем не это хотел… — Командор положил свои руки на запястья Анны, но договорить не успел.

— А еще издеваешься! Ах ты, старый извращенец!

— Я не старый!..

Но в это время майор бросила Командора через бедро прямо в кровать на лосиную шкуру и ловко прыгнула следом, оседлав обмякшего от неожиданности мужчину. Красивое длинное красное платье лопнуло по шву, и одна из бретелек оторвалась, из лифа вывалилась красивая округлая грудь.

— Я тут переживаю, мучаюсь, а этот импотент даже не хочет меня изнасиловать!

Анна схватила Командора одной рукой за шею. В этот момент за стеной послышалась какая-то перебранка, и дверь распахнулась. В комнату вошла Татьяна.

— Я же говорил, Командор решает демографическую проблему, — пробормотал за ее спиной часовой, пытаясь заглянуть в проем.

Оба, и Командор и Анна, синхронно повернули голову к двери. Зрелище впечатляло. На кровати на роскошной лосиной шкуре лежал на спине Командор. Сверху на нем сидела в разорванном платье растрепанная рыжеволосая фурия, держа левой рукой Командора за горло, а правую занеся для удара маленьким, но крепким кулаком. Оба смотрели на вошедшую девушку.

— О, Татьяна, привет, давно не виделись, — прохрипел Командор.

Шмяк! Командор все же получил свой удар в челюсть.

— Вон отсюда! — рявкнула Анна.

Татьяна фыркнула и выбежала, захлопнув дверь.

— Ты что дура, больно же! — провопил Командор, пытаясь вывернуться.

— Сам придурок, дверь не закрыл! — проговорила Анна, разрывая на груди Командора рубаху, только пуговицы полетели во все стороны.

— Я? Да следователь последний выходил, ты мне даже не дала опомниться.

Анна уже сорвала с себя остатки платья.

— Снимай штаны, а то я не знаю, что я с тобой сделаю!

— Изнасилуешь?

— Р-р-р-р! — Алые губы впились в Командорову шею…

…Хутор был богатый, это было заметно с первого взгляда. Большой дом, крепкая изгородь, просторные поля вокруг. Даже жалко было беспокоить столь хорошее хозяйство. Небольшой отряд во главе с Командором прошел в ворота. Хозяин вышел навстречу, держа в руках взведенный арбалет.

— С чем пожаловали?

— Сам знаешь, должок за тобой. Что ж ты, друг, таким хозяйством владеешь, а налоги не платишь?

— Все, что я был должен, я отдал, проваливайте, — хуторянин поднял арбалет.

Два бойца сомкнули щиты, прикрывая Командора.

— Ты, видно, запамятовал. Ты же со старостой сам свой урожай считал. А сдал сколько? Я же не прошу тебя откапывать погреб в лесу, вон под теми соснами, отдай, что заявил…

— Староста ошибся. Убирайтесь, а то я людей позову.

— Людей, говоришь… — Командор недобро улыбнулся, — Богатый дом… Зови!

Командор обернулся к бойцам:

— Хутор оцепить, послать в поселок за старостой! Народ собрать перед воротами.

Бойцы быстро рассосались, окружая хутор и прочесывая дома. Вскоре около ворот выстроились мужики — наемные работники и семья хуторянина. Вдалеке от поселка уже бежал староста в сопровождении одного из бойцов.

— Работники! Выйти за ворота, собраться рядом с конвоем.

Крестьяне потянулись на выход. Подбежал староста. Бойцы собрались около ворот.

— Посмотри, это все наемники, из семьи никого нет, — обратился к нему Командор.

— Нет, семья вон стоит, это только нанятые.

Командор снова подошел к хозяину хутора, тот нервно поглаживал приклад арбалета.

— Слышь, староста. Вы с хозяином вместе урожай считали?

— Вместе, вместе… — подтвердил староста.

— И расписку вместе составляли?

— Ну а как же, и вместе подписали.

— А сдал он сколько? — снова спросил Командор, прохаживаясь туда-сюда мимо хуторских.

— Не хватило трех мешков зерна и шести мешков картошки, — заявил староста, — сначала обещал довезти, а потом в отказ пошел, мол, не было ничего, знать ничего не знаю.

— Ну что, хозяин, объясняться будем?

— Пошел ты! Ничего я не должен, проваливайте!

— Ясно, наверное, на ярмарке корову пообещали… Мы ведь все равно узнаем… — Командор постоял, как бы раздумывая. — Так, рабочих под конвоем увести в поселок, оттуда пусть сами до замка добираются, там с ними рассчитаются по долгам этого…

Командор махнул в сторону хозяина хутора.

— Если узнаю, что кто-то из них вернулся на хутор, выгоню из страны. А ты, если не хочешь по-хорошему, готовься к разорению. — Командор прошелся еще раз мимо жены хуторянина, крупной красивой женщины, стоявшего рядом с ней шестилетнего пацаненка, старшего сына лет шестнадцати и красивой девушки, дочери хозяев.

— Боишься, что зимой голодать будете? Ну, мы тебе поможем. Ты, — Командор указал на старшего, — и ты, красавица, вперед к воротам.

Подростки молча повиновались.

— Не хотите отдавать жратвой, отдадите детьми, — жестко сказал Командор, — отслужат по году в военном корпусе, потом мы их к делу пристроим.

— Не пущу! — Мать ринулась к детям, но ее оттерли щитами, и она упала на землю с рыданиями. — Деток, кровиночек! Отдай ты им это зерно, на кой оно тебе без детей-то!

— Если повезет, красавица замуж выйдет за нормального мужика… — обронил Командор, — но это будет ее выбор. И не удивляйтесь, если голодные пацаны из военного корпуса зимой ограбят ваш амбар. Вы сами виноваты. С вас не так много и просили… Все, уходим!

— Ты, урод, я тебя найду! — очнулся вдруг хозяин.

— Да, да, я помню, я оглядываюсь, — бросил через плечо Командор.

— А ты проснись!.. — закричал вдруг хозяин и выстрелил прямо Командору в спину…

Командор перевернулся на живот и поднял голову. Лосиная шкура показалась жесткой и колючей.

— Проснулся, воин! Даже во сне командуешь…

— Анна, так я спал?