Биврёст - Ирина Итиль

— Сдавайтесь. Все кончено.

Если турс все еще трепыхался, несмотря на Гарма, и звал ее «проклятым фомором», то альв чуть улыбнулся и отступил, поднимая руки в мирном жесте.

— Ты чьестно победила, искорка.

Локи нахмурилась, когда он, протянув руки, выпустил кастет. Альвы, в отличие от асов с их жесткой военной системой, или дикарски воинственных турсов, славились на все ветви Игга боевыми монахами, которые несли слово божье с помощью крепкого кулака. Как и ожидалось, одна сторона головы у него была выбрита, а другая заплетена в девять кос по одной на каждую страну круга мира. Ходили слухи, что, если удавалось обратить в веру девять человек из каждой страны, косы сбривались и монах становился наставником монастыря.

— Ты не убьешь менья, искорка? — он искренно удивился, когда она стянула пояс его формы и крепко связала подставленные руки.

— Нет, святой отец, с какой стати? — она слегка подтолкнула его к турсу, и они вместе с Каге, который морщился от боли в руке, привязали их друг к другу.

— Лорел, ты опять несешь свой бред? — турс был раздосадован поведением напарника больше, чем боялся провала задания.

— Это чьестныи исход битвы. Один стал сильнее, другой — смерть.

— Нас побил тощий пацан и мелкая девчонка!

— Сила не есть мускулы. Сила воина – ум.

— Ох, заткните ему рот! — взвыл турс.

— С удовольствием, — проворчал Каге, вставляя обоим кляпы.

Локи обшарила их вещи и нашла рации. Кинув одну Гиафе, она с минуту послушала рапорты.

— Поезд тронется через пару минут, мы не успеем той же дорогой. — Локи испытала огромное облегчение, что больше не надо лезть в это жуткое место. К тому же она чувствовала головокружение и тошноту — признак крайнего истощения сил. Не свалиться бы по дороге.

— Пойдем на пролом, — Каге заправил катану за пояс и, придерживая раненую руку, вдруг рванул к пленникам и вытащил кляп у брата Лорела. — Кто такая Мастер?

Левым большим пальцем он поддел гарду катаны, принимая защитную стойку. Локи не думала, что он искусно фехтует обеими руками, но Гиафа держался уверенно.

— Она — око истины, она — корни и кроны.

— Ты лжешь, — он схватил альва за воротник.

— Каге, у нас нет времени, — Ангейя мягко прикоснулась к его плечу. — Мы должны помочь остальным.

Гиафа с трудом разжал пальцы и выразительно вытер их об альвову рясу. Локи вызвала Реймара по рации и в этот момент поезд тронулся. Каге распахнул дверь вагона. Ветер ударил в лицо.

- Идем!

- Но как же машинист?

Каге не стал спорить, а просто подхватил Ангею и выпрыгнул. Они скатились с насыпи в придорожную пыль. Кашляя и задыхаясь, Локи отпихнула Гиафу.

- Зачем ты это сделал? Мы могли помочь им!

- Не могли.– отрезала Даану. Подошел Ки и подал руку. – Наемников в каждом вагоне как минимум двое. И Миста бросит поезд как только поймет, что меня и вас там нет.

Утро только начиналось. Локи проигнорировала руку турса и поежилась от предрассветного холода: тонкая форменная рубашка не спасала. Местность смутно походила на ту, которую они видели в Утгарде, только более испещренная человеческой деятельностью.

- Я должен доставить вас в безопасное место, — сказал старший лейтенант.

— В безопасное место, - передразнила она, пиная в раздражении куст.

— Локи-ас, я выполняю приказ генерала-фельдмаршала, а он четко говорил, чтобы никаких задержек в пути.

— И как же мы доберемся до Лейк-тауна? — язвительно спросил Гиафа.

— До ближайшей станции пешком два-три часа. Оттуда мы сможем позвонить полковнику Риан. Заодно ВСБ вызовем. Пусть помогут поезду.

— Серьезно? Пешком?

— Боишься мозоли на пятках натереть, ас? — насмешливо протянул Ки. Каге побагровел от злости.

— С тобой мы еще не закончили, турс.

— Прекратите! — Локи встала между ними, отвешивая обоим чувствительные удары кулаками. — Если бы вы так ногами двигали, как языками мелите, мы бы давно были в Лейк-тауне.

— Спасибо, барышня, — Реймар вытер пот со лба. Парни посверлили друг друга ненавидящими взглядами и отступили. — Я правильно понимаю, что захват поезда должен был задержать нас?

— Он прав? — Каге бросил короткий взгляд на Даану.

— У них, - поправила сварта. - Да. Мы должны были доехать до Лейк-тауна и ждать, пока не подоспеют основные силы.

— Кто отдал приказ? Какие силы?

— Задание поступило от Рейка, так что я не знаю.

— И толку от тебя?.. — буркнул Каге, придерживая раненую в схватке руку.

— Но можете предположить? — подсказал Реймар.

— В Хеймдалле грядут большие волнения. Нифльхейм жужжит как развороченный улей. Я даже представить боюсь.

— С вами мы разберемся позже, а пока Локи-ас присмотрит за вашим духовником, — старший лейтенант обернул платком изъятый у Даану веер и вручил его Ангейе. Она осторожно приняла его и спрятала в рюкзак, в котором бесполезно болтались школьные тетради.

— Ваше лицемерие передается вместе с формой? — буркнула Ангейя.

Реймар вздохнул.

- От Бенедикта набрались?

- Не надо, ас, - Ки тронул ее за плечо. – Генерал хороший человек.

- Не лезь, турс, если ничего не знаешь. – Ангейя сбросила его руку.

Сначала Локи нравилось идти пешком: утреннее солнце постепенно разогнало холод и стало припекать левый бок, пташки гомонили в кустах, а насекомые разбегались в разные стороны. Реймар вел их по тропинкам, но скоро они исчезли, и все стали путаться ногами в высокотравье, спотыкаться о растущий густо кустарник и обливаться потом от солнца, которое решило сегодня устроить погожий летний денек.

Девушкам приходилось хуже всех — школьная юбка Ангейи едва доставала до колен, так что все ветки и репейники прошлись по ее ногам, оставляя царапины, а Даану мешалось длинное платье, которое она, впрочем, без тени смущения порвала по шву для удобства. Закатав рукава, Локи устало переставляла ноги и зевала, потому что ночью они толком не поспали. Вот бы призвать Фенрира и поспать на его широкой горячей спине… Локи чуть вынула катар из ножен, но рукоять осталась теплой. Открытие Утграда сильно истощало, так что это была глупая идея. Вздохнув, она вернула клинок в ножны.

Ки Иогма, не стесняясь, стащил рубашку и завязал на