У грани - Ден Травкин

— Гриш, всё как-то само вышло, он меня за столько лет достал скотина, я ещё в Китае хотел ему морду набить за его косяки, козёл он, ты ещё не знаешь всего, но побоялся, что не одолею этого слона, а сейчас прорвало прямо, — а у самого начался отходняк, заколотило длинного и он опустился задницей на стул.

— У-у-у-у, как тебя колбасит, — Фёдор улыбаясь подмигнул Илье –Ты больше так не делай Илья, я знаю у всех нервы на пределе, вот и ищут выход, и меня занесло.

Но подал голос Колька.

— Вы что старшие спелись? — возмутился он, махая полотенцем, как на ринге обдувая Дюню воздухом — Не надо руками махать.

— Ладно малой, не будем и ногами топтать, ни хрена не будет этому кабану вот увидишь, скоро очухается и сделает вид что не понял ничего, лучше расставить точки над «и».

— Над ё ты хотел сказать, - огрызнулся младший.

— Нет Коля, я не ошибся, над «i», была такая буква в старорусском алфавите у славян, то бишь славных. Но я его люблю, а между собой чего не бывает. Видишь, как Илюху трясёт, — снова заулыбался Фёдор — А тебе я скажу Николай. Ты уже взрослый, а ответственности ни на грош, всё в компьютер долбишься или в телефоне висишь? Хватит давай подключайся, мы устали, поэтому и эмоции прут. Поверь Дюне пойдёт на благо, да хватит над ним махать, очухался он уже, вставай болезный, говорить будем.

Дюня открыл глаза делая тупую ряху и посмотрев на Коляна с Гришкой прохрипел.

— М- м-м, что это было? — братья заржали, кроме Ильи, он был на стороже, вдруг наброситься.

— Ладно Дюня хватит, хорош всем ржать, — старшой повысил голос.

— Да ты посмотри на его ухо? — закатился Колька, Гришка рассмотрев ухо Дюни захрюкал, когда рассмотрели остальные то попадали на пол хохоча от слёз. Удачно попали Дюне в ухо, оно стремительно набухало. Дюня предчувствуя что-то нехорошее со с своим телом, выскочил с террасы и побежал по коридору в ванную где было зеркало.

— Мать твою! — донеслось оттуда — У меня такого не было никогда, а если я без уха останусь?

— Нет он боли не чувствует, а вот за мордаху свою сразу испугался, ну ты ему и вкатил Илья — посмеивался Гришка, а он редко кого называет по имени, признак глубоко уважения.

— Да я и не понял, как такое вышло, просто выброс какой-то, никогда я так не поступал, а тут меня кто-то подтолкнул, - оправдывался длинный.

— Так это ты меня отоварил Илья? — нарисовался на террасе Андрей, он искренне был удивлён — Меня ещё так не вырубал, — в недоумении подойдя к столу он прикрывал ухо мокрым полотенцем — Ты, меня, вырубил, ты, меня? — продолжал удивляться он.

— Ну и что ты понял? — требовательно спросил Фёдор. Дюня помялся, потом как-то сдулся что ли, опустил руку с полотенцем и с чувством произнёс.

— Простите меня братки… Братаны я всё понял, правда, не в обиде…

Мужики приходили ещё в себя, а старший брат продолжил намечать ближайшие мероприятия, настраивая всех на рабочий лад, он распределил кому заниматься уборкой хлама из помещений, кому отмывать жилой дом и всем наводить порядок во дворе, они должны создать уют на фазенде. Поглядывая на Дюню непроизвольно улыбались, точнее над его ухом, ещё полчаса говорили, затем разошлись и приступили к наведению порядка. Вытаскивали старьё из комнат в доме, провели инвентаризацию, подготовили и отмыли жилые комнаты, вытрясли матрасы, подушки и одеяла, ковровые дорожки, которые решили оставить, хлам выкинули. Подбив остатки финансов, которые у них оставались, поумерили свои аппетиты на закупках. Первый же день, показал, что вкладывать нам сюда придётся ого-го сколько. Но порадовали всех, им наконец дали с сумерками свет. Заработал холодильник, включился насос подающий холодную воду и с помощью проточных водонагревателей у них есть горячая вода и можно нормально помыться, а не с тазика себе поливать. Поужинали поздно в столовой и усталые расселись на террасе. Трое братьев толком не смогли осмотреть свои угодья в саду.

Илья закончил добивать список материалов, которые нам нужны для ремонта и в хозяйстве, продукты питания, простыни, спецодежда, ботинки дешёвые, перчатки, в голову никому не пришло запастись спецодеждой. По сараям насобирали, что смогли, повытряхивали и одели на себя, а деваться некуда, не додумались взять с собой спецовки или какое-нибудь сменное бельё, что уборку делать в трусах?

Потом принялись подсчитать общие затраты, и подбивать кассу и вкидывать у кого сколько есть и не жалко.

Какие же всё-таки заморочки с этими подсчётами, перевести с евро на динары, а сколько это в рублях, ну ничего скоро привыкнем, нет не так, мы всё сравниваем прежде чем купить что-то, а сколько в рублях, долларах, в юанях?

На утро выдвинулись в Ниш, оттопали пять километров до трассы, от станции по железной дороге доехали до города. Позавтракали у Василие и решив вопрос с транспортом, направились в полицейском участок, где троим братьям выдали белый картон, оставив Илью и Дюню на собеседование они знали, как надо делать, объяснили предварительно парням. Пока эти двое оставались в полицейском участке, мы поехали закупать, всё самое необходимое по списку. Обедали в городе у Василие, куда подошли и двое других братанов. Взяли у него в ресторане готовых продуктов дня на три и отправились на фазенду. Вечером вместо ужина пили чай с пирогами. А Илья и Дюня делились своими впечатлениями похода в миграционной отдел и как им пришлось объяснять почему у меня и у Дюни официально гражданство Казахстана, почему фамилии разные, почему у одних братьев одно гражданство, а у других другое, на всё представлять справки и выписки.

Появилась реальная возможность получить вид на жительство и в дальнейшем нашим ближайшим родственникам. Их предупредили, что были русские, которые купив однокомнатную квартиру вписывали в неё по пятнадцать, двадцать человек, такое не прокатывает, за этим бдительно следят и проверяют, поэтому мы ждём полицаев со дня на день, но и всего говорить им не собираемся, всё должно быть в меру и выглядеть естественно.

На третий день завтракая с братьями на террасе, при свете белого дня любовались прекрасной природой и нашим домом. Они никак не могли надышаться чистым пьянящим воздухом, воздухом свободы и совершенно другой жизнью, которая больше их не пугала.