Диверсант. Назад в СССР - Андрей Гросс

— Я просто составлю рапорт, что ты не дал мне ничего, что могло бы помочь в дальнейшем расследовании, — пояснил подполковник.

— Но ведь эта информация охренеть как важна для вашего расследования! — удивленно возразил я, глядя на своего собеседника.

— Ты что, сам ничего не понимаешь? Ты перевез пять килограммов золота! И правильно сделал, что никому даже не намекнул, что знаешь об этом, иначе, скорее всего, ты был бы уже совсем не живой!

А если девка тебя не надурила и действительно везла алмазы, а не устроила тебе проверку, то наши с тобой дела совсем плохи! Потому что любые передвижения алмазов отслеживает КГБ. Значит, здесь точно торчат их уши. А все эти «Коганы» и прочие начальнички — это просто мелкие сошки, они всего лишь их марионетки. Понимаешь? Ты понимаешь, к какому выводу можно прийти? А вывод тут один — все эти махинации с мясом, золотом и алмазами — дело рук чекистов. А идти против КГБ у моих начальничков пупок развяжется, да и духу у них не хватит. А свои люди у чекистов в нашем управлении уж точно есть, ты уж не сомневайся, поэтому, если они узнают, как много нам с тобой стало известно, нам с тобой обоим точно придет пиздец. Поэтому и не надо тебе писать этот отчет.

— Ну, как говорится, «хозяин — барин»! Мое-то дело — «наблюдаем да пишем»! Только чего вы так испугались, товарищ полковник? — Я внимательно посмотрел на него, но он курил, опустив голову, и не смотрел мне в глаза. — Неужели всё так плохо?

— Боюсь, Сережа, ты даже не представляешь, как у нас с тобой всё плохо! — согласился грустно подполковник. — Меня вдруг решили отправить на пенсию!

— Как? — не понял я. — В каком смысле? С чего это вдруг так резко?

— Сверху очень сильно настаивают, чтобы я ушел на пенсию! К кому-то я сильно перешел дорогу с этим расследованием! — сказал подполковник. — Поэтому меня хотят убрать, чтобы не мешал, и пока предлагают сделать это по-хорошему. Вчера приезжал проверяющий из Москвы, якобы с внезапной проверкой, но на самом деле он приехал, чтобы сказать мне, и еще нескольким надежным людям, нам следует уйти на пенсию, и что если я не соглашусь уйти на пенсию по хорошему, то со мной будут разговаривать по-другому. А такие люди слов на ветер не бросают. Они могут сделать всё, что угодно, ты сам понимаешь. Могут подставить, уволить по какой-нибудь статье или вообще посадить…… Как тебя в своё время.

— Так!… Ну вы-то на пенсию можете уйти! А мне-то что теперь делать? — спросил я, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги.

— Беда в том, что я оформил тебя как сотрудника милиции под прикрытием, с сохранением звания, надеялся, что твое дело пересмотрят и тебя реабилитируют, — сказал подполковник. — Поэтому все твои личные данные хранятся в отделе кадров в специальном сейфе, и как только я уйду на пенсию, доступ к твоему личному делу получит тот, кто придет на мое место. Если со мной что-то случится, на тебя выйдут другие люди. Они могут заставить тебя работать на них или, возможно, захотят просто устранить тебя, чтобы не было лишних глаз и свидетелей.

— И что мне теперь делать? — спросил я, неприятно удивленный таким поворотом своей судьбы.

— Есть одна вещь, про которую никто не знает, кроме меня, — сказал подполковник. — У меня есть схрон, чтобы залечь на дно, если что. Но тебе он может пригодиться. Вот, возьми паспорт на другое имя. Если со мной что-то случится, используй эти документы, чтобы начать новую жизнь где-нибудь на другом конце страны.

— Всё настолько серьёзно? — спросил я, насторожившись.

— Да, — ответил подполковник. — Пока я не выясню, что задумали эти ребята, нашу операцию приостанавливаем. А ты веди себя аккуратно, не высовывайся.

— Мне как раз Коган недельку отгулов дал! Будет время разобраться в нашей судьбе злодейке!

………………………………………………………………………………………

Почти всю неделю отгулов, которую мне дал Коган, я провел дома, в основном я отсыпался и размышлял о том, что я буду делать дальше. В понедельник я вышел на работу. Я завел свою машину и, пока она прогревалась, проверил, как работает холодильник-рефрижератор.

Выехав из гаража, я подъехал к складу готовой продукции и стал ждать свою «ненаглядную» экспедиторшу Маринку, которая, как обычно, в начале рабочего дня должна была принести накладные перед загрузкой продукции. Я сидел и думал: что же мне теперь с этой Маринкой делать? Она, получается, жестко подставила меня, натравив на меня своего бывшего любовника. Баба она умная и не могла не понимать, что, подговорив Лёху и его дружка напасть на меня, она спровоцировала очень опасную ситуацию. Такое дело, как вооруженный налет, часто заканчивается летальным исходом. И как теперь мне дальше общаться с ней? Даже чисто по-человечески её надо как-то наказать и серьезное внушение сделать, чтобы впредь не повадно было. Однако час «Икс» уже совсем близок, и мне не стоит предпринимать ничего, что могло бы помешать мне предотвратить теракт. Чтобы избежать лишних проблем, мне лучше сделать вид, что я ничего не знаю. Пусть Маринка ломает себе голову, почему её задумка завладеть золотом не удалась: струсил Лёха или по какой-то другой причине не напал на меня, спрашивать она у него точно не будет, не в той она ситуации.

Я посмотрел на часы, Маринка опоздала уже на полчаса, остальные машины уже почти все загрузились и разъехались по своим маршрутам. Я вылез из машины и поднялся в бухгалтерию, решил сам взять накладные на мясо. В бухгалтерии Маринки, тоже не было видно. Я подошел к секретарше, которая выдавала накладные на вывоз готовой продукции:

«А где Маринка? Её чего до сих пор на работе нет? Заболела, что ли?» Секретарша посмотрела на меня с недоумением, а потом заметно побледнела. Понизив голос, она сказала:

— А ты что, не в курсе, что ли? Я думала, уже все знают!

— Что знают?— не понял я.

— Ты что, парень? Маринку уже три дня назад как дома повышенной нашли!. Сегодня похороны!

.

Я просто остолбенел.

— Найдём мы тебе сегодня кого-нибудь, кто с тобой пока поездит, а завтра кого-нибудь к тебе на постоянную основу закрепим, — сказала секретарша, опустив голову, сделав