Самозванцы - Дмитрий Шидловский

На входной двери задергалась ручка. Потом кто-то тяжело застучал в нее кулаком и прокричал:

— Немедленно откройте! Говорит дежурный офицер майор Потапов.

Ручка снова задергалась.

— Вы решили уйти? — Алексеев удивленно озирался.

— Да, но только с вами, — ответил Басов. — Вы должны понимать, что вы — ключевая фигура. Если вы останетесь здесь, от вас не отстанут.

— Товарищ майор, а может, гранатой? — послышалось за стеной.

— Вы что, сержант, белены объелись?! — грянул голос Потапова. — С двери глаз не спускать. Старший — Прохоренко. Я свяжусь с комендантом.

— Аппарат существует в единственном экземпляре. Скопировать его невозможно, — сказал Алексеев. — Я закрою постоянно действующие «окна». Забирайте аппарат.

— От вас не отстанут, — покачал головой Басов.

Из динамика под потолком донесся противный вой сирены и грянул мужской голос:

— Внимание, говорит комендант Тарасов. Боевая тревога. Повторяю, боевая тревога. Закрыть все внутренние и внешние проходы. Всей внутренней охране, кроме дежурных по постам, немедленно прибыть в блок «Д». Всему персоналу, кроме служащих охраны объекта, немедленно покинуть территорию блока «Д» в соответствии с планом эвакуации.

Алексеев колебался несколько секунд, после чего решительно произнес:

— Я с вами.

Он быстро подхватил свой ноутбук, свернул и рассовал в карманы халата провода и поднялся, всем видом показывая, что готов идти.

— Уходим, — скомандовал Басов.

Он первым вышел из комнаты. За ним — Алексеев. Последним, не спуская с прицела стоявших у стены охранников, вышел Крапивин.

— Кто за нами пойдет, буду бить на поражение, — на прощание пообещал он.

В коридоре за дверью уже слышался топот солдатских сапог.

Беглецы выскочили в первую комнату. Крапивин быстро нашел нужную кнопку и открыл стальную дверь в подвал дворянской усадьбы.

— «Окно» надо закрыть, — повернулся Басов к Алексееву.

Инженер кивнул, опустился на колени и защелкал по клавишам ноутбука. Через несколько секунд стальная дверь словно растаяла в воздухе и на ее месте возникла бревенчатая стена.

— И все? — изумился Крапивин.

— «Окно» ликвидировано, — сообщил Алексеев.

— И все же нам надо бы поскорее убраться отсюда, — проворчал Басов.

— Согласен, — кивнул Крапивин. — Уходим.

Он сделал несколько быстрых шагов к выходу.

— Вадим, ты куда? — окликнул его Басов.

— Уходим, — повторил Крапивин, останавливаясь.

— Конечно уходим, — улыбнулся Басов, — Только зачем по снегу в темноте бегать? Вот аппарат в рабочем состоянии. Как я понял, у нас на выбор несколько миров, в которые мы можем выйти. И уж там нас точно не догонят ни люди Селиванова, ни охрана объекта.

— Точно! — Крапивин быстрыми шагами вернулся к друзьям. — Куда будем уходить?

— Предлагаю для начала вытащить нашего общего друга из изгнания, — предложил Басов. — Ты же его вроде отсюда отправлял.

— Согласен, — кивнул Крапивин. — Дайте, пожалуйста, первый канал, Виталий Петрович.

— Первый? — не понял Алексеев. — Там же…

— Что там? — удивленно посмотрел на него Крапивин.

— Вы же туда Чигирева уводили. Разве вы его не…

Алексеев запнулся.

— Нет, — покачал головой Крапивин и, помолчав, добавил: — Хотя приказ такой был.

— Так он жив? — удивился Алексеев. — Я же слышал выстрелы.

— Вы и должны были их слышать, — ухмыльнулся Крапивин. — И остальные должны были слышать. Иначе и меня бы прикончили, и его бы так просто не оставили. Так что он там теперь от татаро-монгольских захватчиков по лесам бегает. Надеюсь, выжил. Хотя не сладко ему, наверное, за эти месяцы пришлось.

— Но ведь постоянного канала не было, — заметил Алексеев.

— Что вы имеете в виду? — насторожился Крапивин.

— Когда установлен постоянный канал, время в обоих соединенных им пространствах движется одинаково, — принялся объяснять Алексеев. — Так функционировал этот канал: там прошел месяц — и здесь прошел месяц. А когда я выезжал по приказам руководства открывать другие окна, этот канал закрывался. А первый канал после вашего перехода я не задействовал.

— Что вы хотите этим сказать? — уточнил Басов.

— Что я могу провести вас в тот же момент, в который вы ушли, с точностью до двух-трех часов, — торжествующе объявил Алексеев.

Сергей Чигирев сидел на опушке леса и наблюдал, как вдали горит Москва. Москва древняя, тринадцатого века, подожженная татарами Батыя. Еще не столица, еще только маленький городок Владимирского княжества. Ярость и отчаяние, которые он испытал, поняв, что заброшен в этот мир «в ссылку», уступили место усталости. Он уже не метался по лесу, не проклинал Крапивина и остальных участников эксперимента. Он тупо смотрел перед собой, а в голове крутилось только одно: «Никогда больше. Никогда больше не увижу Дарью. Никогда больше не увижу сына. Никогда больше не смогу предотвратить смуту. Никогда, никогда, никогда…»

Сзади донеслись шаги и треск веток. Чигирев инстинктивно встрепенулся и схватился за висевший у него на поясе кинжал. Обернувшись, он остолбенел. Из леса к нему приближалась странная троица. Впереди шли Басов и Крапивин в одеждах русских дворян времен Бориса Годунова и при оружии соответствующей эпохи, но за плечами у каждого болталось по автомату Калашникова, а у Басова за пояс еще был заткнут пистолет Макарова. За ними быстрыми шажочками семенил Алексеев в неизменном белом халате, накинутом поверх гражданского костюма, и со своей машиной под мышкой. Про себя Чигирев отметил, что за четыре часа, которые он не видел Крапивина, подполковник сумел обзавестись приличной бородой. Кроме того, он, как и Басов, был облачен в теплый кафтан и шапку, совсем не гармонирующие с окружавшим их летним пейзажем.

— Ну вот, наконец! — обрадовался Басов, подойдя к историку. — Мы уж с ног сбились.

— Что происходит? — спросил Чигирев и опасливо покосился на Крапивина.

— Эксперименту конец, — пояснил Басов. — А мы теперь можем направиться в любой из миров, открытый Виталием Петровичем. Но вот дорога в наш собственный нам теперь заказана.

— Объясните, что произошло за эти чертовы четыре часа! — потребовал Чигирев.

— Это для тебя прошло четыре часа, — усмехнулся Басов.

И он рассказал удивленному историку о том, что случилось с ним после боя на Варварке, о том, как он встретился с Крапивиным и как Крапивин не исполнил приказ Селиванова о ликвидации историка, и о том, что Селиванов приказал уничтожить группу «Гранат», и о том, как они вместе с подполковником закрыли «окно» между двумя мирами.