Первозданные - Дэвид Линн Гоулмон

– Чистая комната.

– Пит, мне только что звонили из Белого дома. Президента проинформировали, что мы взломали мейнфрейм ЦРУ.

– Найлз, они никак не могут этого знать. «Европа» прервала отслеживание, прежде чем ее засекли.

– Пит, я уже опрокинул пару стаканчиков, но даже я могу догадаться, кто взломал «Крэй» агентства. А президент – на тот случай, если ты не заметил, – далеко не дурак. Где Джек?

– Э-э… Ну… Они с капитаном Эвереттом…

– Покинули комплекс? – перебил Комптон.

– Ну-у… Нет… Еще не успели, они только что вышли из чистой комнаты.

– У них есть нити, ведущие к сестре Джека?

– Найлз, проклятые русские отрезали девчушке палец.

– У них есть нити?

– Да, сэр. Лос-Анджелес.

– И они все еще в комплексе?

– Да, сэр, – сказал Голдинг, чувствуя себя так, будто предает Джека и Карла.

На другом конце линии воцарилось молчание. Наконец Найлз заговорил:

– Ладно, дай им еще тридцать минут, чтобы покинуть Неллис, а после разошли приказ всем сотрудникам «События» задержать капитана Эверетта и полковника Коллинза.

– Сэр? – переспросил Пит, не веря, что начальник отпускает этих двоих.

– Дьявол, ты вполне можешь включить в приказ и их маленьких спутников. Задержать Менденхолла и Райана. Нет, постой, – добавил Комптон, думая почти так же быстро, как и «Европа». – Разыщи лейтенанта Менденхолла, оторви его от Райана и остальных и заставь вместе с Сарой Макинтайр явиться ко мне. Сделай это немедленно, Пит, прежде чем до Уилла доберется полковник, слышишь?

– Но…

– Если Джек думает, что есть шанс найти его сестру, мы дадим ему время это сделать, но я знаю наверняка, что все, от ФБР до мальчиков с Фермы в Вирджинии, всеми силами будут стараться ему помешать. Мне нужно, чтобы Макинтайр и Менденхолл явились в мой кабинет – они не должны присоединиться к Коллинзу, Эверетту и Райану.

В телефоне раздались гудки, и Голдинг недоуменно покачал головой.

– Было бы мило, если бы кто-нибудь хоть иногда спрашивал меня, не хочу ли я присоединиться к компании, – пробормотал он себе под нос.

* * *

Повесив трубку, Найлз медленно снял ботинки и лег на диван – там он спал бо́льшую часть последнего месяца. На этом диване он попытается проспать и темный шторм, который вот-вот разразится. Подняв очки на лысеющую голову, Комптон закрыл глаза. Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем в Лэнгли негодующе завопят об атаке Группы на «Синий георгин» ЦРУ? Завопят так, что их услышат аж в Белом доме?

Едва директор комплекса почувствовал, как к нему подбирается подкрепленная виски дремота, когда в кабинет шагнула его молодая помощница. Она быстро подошла к дивану, потрясла Найлза, и тот проснулся, как человек, падающий с обрыва, – с тем же выбивающим из колеи ощущением падения и невозможности остановиться. Открыв глаза, он понял, что не может сфокусироваться на возникшем над ним лице. Молодая женщина протянула тонкую руку и опустила очки ему на глаза.

– Сэр, президент на телефоне. Говорит, что вы не отвечаете на вызов по ноутбуку.

Комптон лежал, не желая шевелиться, не желая оказаться лицом к лицу с человеком, которого он ослушался. Сделав глубокий вдох, он медленно сел на диване, потом спустил на пол ноги в носках – сперва одну, потом другую.

– Сэр, вы ужасно выглядите. Может, вам стоит просто ответить на телефонный звонок, не выходя на визуальную связь? – спросила ассистентка.

Найлз окинул ее взглядом. Молодую женщину звали Линда, и она все чаще и чаще заступала на дежурства, поскольку в эти дни Алиса Гамильтон проводила больше времени с сенатором Гаррисоном Ли – бывшим директором Группы. Комптон полагал, что два самых старых члена Группы достойны каждой минуты, которую проводят вместе, – они, конце концов, это заслужили.

– Я так плохо выгляжу, а? – спросил он.

– Да, плохо, – не стала скрывать Линда.

– Что ж, вы быстро учитесь, юная леди. Думаю, я последую вашему совету. Дайте сюда телефон.

Помощница взяла телефон с маленького столика у кушетки и сняла трубку.

– Мистер президент, мы нашли доктора Комптона.

Найлз поднес трубку к уху. На другом конце линии царило молчание.

– Комптон, – сказал он.

Рот его был как будто забит ватой.

– Я предупреждаю вас, мистер директор, что ЦРУ доложило о взломе системы «Георгин». Могу я предположить, что это сделали ваши люди?

– Вы не можете предположить, что это сделали мои люди, – самым оскорбленным тоном отозвался Найлз.

– То есть ты говоришь, что это сделало Агентство национальной безопасности, или ФБР, или мальчики из Пентагона? Помимо вашей «Европы», только они на такое способны. И поверь, я знаю, на что способен тот нервный ублюдок Пит Голдинг, я видел его работу. Если он захочет, он сможет заставить чертову систему «Крэй» сделать обратное сальто.

– Я возмущен, господин президент. Только потому, что Пит… Ну, в любом случае меня возмущает подобное обвинение.

– Просто чтобы ты знал: я приказал арестовать полковника Коллинза и любого из его отдела безопасности, кто вздумает покинуть Неллис. А я почти не сомневаюсь, что они попытаются это сделать. Христа ради, Найлз, я же просил тебя как друга ничего ему не рассказывать! Я хотел, чтобы некоторое время в ситуацию не вмешивались посторонние. Судя по всему, мы никогда не узнаем истинной причины, по которой сестра Коллинза решила с ним поговорить.

– А я как друг сказал именно то, что вам хотелось услышать. Вы бы на моем месте стали и дальше держать его в неведении о том, что произошло с его сестрой? Нет, вряд ли. И этот человек сделал для нашей страны больше, чем любой из известных нам людей. Думаю…

– Не думай, черт побери! У нас серьезная проблема. Его сестра, возможно, подобралась к кому-то, и директор Истербрук рискнул своей шеей, чтобы ей помочь. И не спрашивай, почему мы еще не знаем этого наверняка. Послушай, Коллинз уже крупно облажался, он совершил большую ошибку. Он и его дружок Эверетт подали предварительные заявки на полет в Лос-Анджелес из Неллиса. Дьявол, у ФБР ушло две минуты, чтобы получить эту информацию. И у ФБР есть, по крайней мере, два агента на каждой грунтовой взлетно-посадочной полосе на пятьдесят миль вокруг. Вот что, Найлз, Джек Коллинз слишком рискует, а я не хочу потерять его вместе с его сестрой – я у него в долгу. Пусть не лезет на рожон хотя бы до тех пор, пока мы не утрясем дело, над которым работала Симпсон. Итак, позволь ФБР схватить его и арестовать.

– Я это знаю, но не собираюсь держать его в неведении, даже если его сестра уже мертва. Если она погибла, как по-вашему, кто еще в этом мире сможет выследить убивших ее ублюдков?

– Никто. Но, мистер директор, маленький вы мерзавец, считайте, что вы под домашним арестом. Я должен просто немедленно к вам вылететь и повесить вас.